Тонкий полутролль. Часть 2: Берег невозможности - Константин Твердянко

без стука отворилась, и вошла какая-то деваха. Выяснилось, что ее зовут Тинара и что ее нам дали в качестве сопровождающего. А я думал, что курировать наш досуг здесь будет Сартак. Жаль. С ним-то я хоть как-то наладил общение, да и, к тому же, он был мне крайне признателен за помощь в упокоении бодрячков-покойничков. Чего же ждать от этой девки — черт ее знает. Вдруг она сотрудница местной службы безопасности и приставили ее к нам, чтобы следила за подозрительными гостями?

Хотя, признаться, на оперативницу Тинара не походила совершенно. Совсем юная девчонка, лет шестнадцать ей, не больше. Тощая, заспанная, чуть растрепанная, с по-детски пухлыми губами. Говорила она на языке «средней земли» еще хуже, чем Сартак, но объясниться вполне получалось. На меня смотрела с трудно скрываемым восторгом. Явно впервые видела «настоящего эльфа». А мои глаза, горящие в полумраке хибары, еще больше усилили впечатление. И все же — надо быть с ней начеку. Вообще-то всяких этих агентов специально подбирают и готовят так, что и не заподозришь. Или я опять чересчур перегибаю? Все-таки глухая средневековая деревня, люди тут вон босиком шляются. Как и сама Тинара, к слову.

Героически преодолевая обоюдный языковой барьер, я велел ей позаботиться о бане для нас на завтра. И об ужине заодно — сейчас. Время-то уж за полночь перевалило, должно быть.

Тинара быстренько смоталась за снедью для благородных гостей и вскоре притащила немудреные закуски: подвяленную рыбу, грубые лепешки из непонятного теста и какие-то вареные клубни. Отослав девчонку восвояси, я с аппетитом набросился на еду. Ведьма, впрочем, не сильно отставала.

Рыба оказалась полусырой — подумаешь, беда! После того, чем я питался в лесу, она стала прямо-таки божественным кушаньем. И совсем не жестко: мелкие черные зубы раздирали подсушенную плоть, будто я жевал переспелые фрукты. Лепешки, судя по всему, пекли из дробленых лесных орехов. Или из еловых семян — на вкус слегка отдавали смолой. Все равно отлично! Клубни же были почти безвкусными, как густой крахмальный кисель. Ощущалось отсутствие соли и специй. Ничего, зато сытно.

Наскоро перекусив и запив все ключевой водой, я почувствовал, как меня неумолимо клонит в сон. У Звитки глаза тоже слипались, она привалилась спиной к стене и клевала носом. Я сладко зевнул и распорядился:

— Спать. Если встанешь рано, без меня из дома не лезь. И к моему… месту, где сплю, не подходи.

Кажется, она удивилась, но промолчала. Вот и правильно, не хватало мне еще объяснять, что не особо-то ей доверяю.

Дремал я даже более чутко, чем в лесу. Да, здесь за мной не гоняются длинноухие сволочи… Пока что. Но зато я ночую фактически в стане врага, а рядом ведьма, которая много что может сделать с человеком. Ну или с троллем.

На счастье, обошлось. То ли Звитка и впрямь не хочет применять ко мне свои силы, то ли моя осторожность ей помешала, то ли не решилась действовать после моего предупреждения. Я надеюсь, что причина первая, конечно. Но перестраховаться все-таки было необходимо.

Ни свет ни заря нагрянул лекарь-знахарь, чтобы проконтролировать, как самочувствие у подопечных. И опять даже не подумав постучаться! Видимо, у них и не приняты такие церемонии. Заваливайся, как к себе домой.

В первый миг, когда спросонья услышал скрип двери, я даже слегка запаниковал. Спасибо тонкому слуху — не подвел. Так что моменту, когда лекарь вошел в дом, я оказался готов — успел спрятать рожу. Решение самое простое и естественное — банально перевернулся на лежанке лицом вниз. В ответ на его приветствие что-то пробурчал и отмахнулся. На просьбу осмотреть шею милостиво отодвинул волосы рукой, не меняя позы. Мол, делай свое дело, а спать не мешай. Устал с дороги важный гость. Интересно, а вообще эльфы спят? Хорошо, что добрый доктор не задается такими вопросами…

Было несколько неловко за немытую шевелюру. Вовсе не потому, что я стыдился деревенского лекаря-знахаря — еще чего. Такие мелочи меня уже давно не заботили совершенно никак. Просто высокорожденным эльфам как-то не пристало ходить с грязными космами. Нарушает имидж, короче.

Как бы то ни было, но мужичок ничего по этому поводу опять не сказал, а смылся еще быстрее, чем вчера. Судя по шороху одежды, успел осмотреть и Звитку — причем буквально за пару секунд. Потом завоняло горелым — значит, погасил светильник. И вот уже дверь опять скрипит, и быстрые шаги уносятся прочь от временного пристанища сына звезд и его спутницы. Как бы он не навернулся по дороге — так спешит.

Примерно через час, позевывая, я спускался с крыльца. Хотел умыться в реке, но вовремя увидел скроенный из коры рукомойник, приделанный к столбу рядом с баней. Его как раз заботливо наполняла водой Тинара. Заметив меня, она ойкнула и чуть не облилась. Я благосклонно кивнул девчонке и подумал, что надо сообразить какой-нибудь шарф или платок повязывать, как тогда, на приеме у бургомистра Торлопа. А то в капюшоне ходить по такой погоде — и жарко, и тупо как-то. Вот и сейчас я поймал озадаченный взгляд нашей кураторши. Конечно, ерунда, но зачастую именно на таких пустяках и проколоться можно.

— Нужна одежда, — не стал откладывать я в долгий ящик. — Для леса. Наша в пути… порвалась.

Девчонка покосилась на мою драную хламиду, от которой остался чуть ли не один капюшон, и понимающе покачала головой.

— Мы… Я сходить. Нести.

— И надо… Этот. Платок, — не забыл добавить я. — На лицо вязать. Мы носим так.

— Найти, нести, — зачастила Тинара.

О господи. Разговор двух слабоумных. Будто не хватает моей малограмотности.

Кураторша унеслась чуть ли не вприпрыжку. Я остался торчать, как пень, посреди улицы. Делать нечего — вернулся в нашу ночлежку. Вскоре услышал на крыльце легкие шаги и, выругавшись, спрятал лицо.

Вернулась Тинара не одна. За ней с потерянным видом плелась какая-то совсем уж мелюзга — сестра, наверное. Они тащили с собой свертки и котомки. От сумок распространялся аппетитный запах тушеного мяса и овощей. Это они кстати!

Докучать нам не стали и тактично оставили высокорожденного наедине с пищей и его спутницей. Только по-быстрому сервировали завтрак — прямо на полу. Ага, удобно до крайности.

Едва притворилась дверь, я забрал свою порцию на топчан и набросился на еду. Черт побери, как вкусно! Пускай даже и без соли, и вообще приготовлено — проще некуда. Плевать! В последний раз я так хорошо ел в Торлопе,