История Армении - Киракос Гандзакеци

Хадд Карнеци,— верный соратник католикоса Нерсеса I Великого (359—373), был рукоположен последним в епископы Багреванда и Аршаруника. Католикос, отлучаясь из Армении, всегда оставлял своим местоблюстителем Хада, ведавшего обычно делами благотворительных и просветительских учреждений. «Житницы его чудесным образом не оскудевали... Он был ужасен, строг и неустрашим, когда укорял царя»,— говорит о нем Мовсес Хоренаци (см. кн. III, гл. 21—26, 31, 32). О нем же рассказывает Фавстос Бузанд (кн. 4, гл. 12), упоминают его историки Асохик (кн. 2, гл. 1, стр. 47) и Вардан Великий (стр. 61). Армянская церковь 19 ноября празднует день поминовения Хада и католикоса Нерсеса Великого.

748

Здесь хронологическая неувязка: Киракос говорит, что братья — вардапеты Григорис и Егия — присутствовали на празднестве освящения вновь построенной церкви Гандзасара, которое имело место в 1240 г., а чуть выше он сообщает о том, что Григорис умер в 1238 г.

749

Григор Акнерци (инок Магакия) говорит: «Вид их был ужаснее всего, что можно выразить...» (стр. 7). Вардан, относившийся к татаро-монголам доброжелательнее других армянских историков, говорит о «войске иноязычном, с незнакомыми чертами лица» (см. стр. 174).

750

«Что же касается религии их, то они поклоняются солнцу при восходе его и ничего не считают запрещенным...» —говорит Ибн ал-Асир (см.: Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды, т. I, стр. 3—4). У армянских историков, и у Киракоса Гандзакеци в частности, более подробно говорится о религии и верованиях татар.

751

Григор Акнерци передает другую легенду о рождении Чингис-хана (см.: История монголов инока Магакии, стр. 4—5).

752

Еще подробнее о жрецах и их влиянии на монголов говорит Вардан Великий (см. стр. 195). Из слов Вардана видно, что господствующей религией у монголов в то время был буддизм (см. прим. Н. Эмина ко «Всеобщей истории» Вардана Великого, № 756).

753

«Все то, что сообщает Киракос о монголах, имеет чрезвычайно важное значение для монголоведения, и в первую очередь с точки зрения истории монгольского языка 13 в.»,— говорит известный советский ученый проф. Г. Д. Санжеев (см.: К. А. Мелик-Оганджанян, Предисловие, стр. 87). По просьбе К. А. Мелик-Оганджаняна приводимые Киракосом монгольские слова проверены Г. Д. Санжеевым, местами уточнены, так что нами приводится этот проверенный и исправленный перечень.

754

Из описания Киракоса Гандзакеци видно, что сириец Рабан — лицо весьма влиятельное при дворе великого хана. Совпадение некоторых данных делает возможным отождествление Рабан-аты Киракоса Гандзакеци с несторианским проповедником, спутником сирийского католикоса мар Ябалахи III раббаном Саумой. Раббан Саума вместе с будущим главой сирийской церкви начал свое путешествие в Пекине, добрался до Багдада и побывал даже в Византии, Риме и Париже. Подобно Рабан-ате, он пользовался определенным влиянием среди монгольской знати и в войске был проповедником христианства и христианской терпимости. (Киракос пишет, что он крестил татар и строил церкви.) Однако, хотя начало «Истории мар Ябалахи III и раббан Саумы» относится к 1245 г., сирийский проповедник пустился в путь на восток гораздо позже, в 1278 г. (см. Исследование Н. В. Пигулевской, стр. 5). Киракос же в конце главы, посвященной сирийцу Рабану, отмечает, что работал он над этой главой в 1241 г. Поэтому, надо полагать, что или слухи о сирийском проповеднике Сауме дошли до нашего автора позже и он включил главу о нем в готовое изложение, или же у раббана Саумы был предшественник, подвизавшийся на том же поприще в 30-х годах XIII столетия.

755

К. Патканов переводит это предложение следующим образом: «носившего титул отца царя их, хагана» (см.: История монголов, вып. II, стр. 49).

756

Ниже Киракос подробно рассказывает о царе Хетуме (гл. 36) и его путешествии к Батыю и Мункэ-хану (гл. 58).

757

Смбатом Храбрым Киракос называет Гундстабля Смбата, о котором он подробнее пишет в гл. 46.

758

См. об этом также прим. 16 к гл. 32.

759

Карин — ныне Эрзрум.

760

Как отмечает К. Патканов (см. прим. 28 к «Истории монголов инока Магакии»), другой современник событий—Абу-л-Фарадж называет предводителя татарских войск при взятии Феодосиополя Чармагуном. Киракос Гандзакеци говорит, что вследствие немоты последнего сменил Бачухурчи. Однако по приказу хана разбитого параличом Чармагуна повсюду возили с войском, этим и можно объяснить противоречие в сведениях двух современников.

761

Григор Акнерци пишет: «Татары обезлюдили монастыри и дивные церкви, уведя жителей в плен и разорив их. Князья армянские и грузинские в это время приобрели множество богослужебных книг, жития святых, апостолов, пророков, деяния и писанные золотом Евангелия, украшенные с бесподобной роскошью во славу и благолепие детей Нового Сиона, и увезли их в Восточную страну, где наполнили ими свои монастыри» (см. стр. 14).

762

Имеется в виду румский султан из династии Сельджукидов Гийас ад-Дин Кай-Хусрау II (1237—1246).

763

Абу-л-Фарадж называет место встречи обоих войск — Кусадаг (см. прим. 29 к «Истории монголов инока Магакии»).

764

В этой битве, происшедшей в начале 1243 г., султан Гийяс ад-Дин потерпел жестокое поражение. «Опасаясь эмиров, желавших подчиниться татарам, он бежал ночью со всем своим войском»,— пишет Григор Акнерци (стр. 16). Захватив его лагерь, татары приступили к завоеванию румских владений.

765

«Поставив шахна (военных губернаторов) и начальников в разных местах земли румской, татары с большим количеством добычи, сокровищ и пленных, захваченных в земле румской, воротились в Восточную страну...» — пишет Григор Акнерци (стр. 17).

766

Здесь Киракос говорит: «***». И. Орбели отмечает, что М. Чамчян и М. Броссе «ошибочно сообщают, что эти князья выкупили пленных. О выкупе в описанный момент ничего не известно, и даже указывается, что пленники были освобождены тайно». Следует отметить, что Киракос строго дифференцирует свое отношение к этим двум понятиям — освобождение и выкуп (см.: И. Орбели, Асан Джалал, стр. 421, прим. 1). В гл. 24 и 34 Киракос говорит о