Реформация. Противостояние католиков и протестантов в Западной Европе, XVI-XVII вв. - Оуэн Чедвик

Отстаивая позицию, сторонники этого подхода заявляли, что лучше, если Слово Божье произнесет необразованный, но верующий человек, нежели кто-либо другой. Архиепископ Мэтью Паркер из Кентербери начал с того, что неожиданно назначил на должности священнослужителей слишком много людей, руководствуясь похвальным желанием заполнить места в приходах. Однако он вскоре стал сожалеть о содеянном и изменил свою линию поведения.

Альтернатива заключалась в том, чтобы твердо выдерживать свою линию поведения по поводу проповедей, ограничивать право проповедования действительно разумно квалифицированными людьми, принуждать приходы получать удовольствие от службы и официально публиковать проповеди, произносимые чтецом.

Примерно в 1620 году в деревенской церкви Итон-Константина в Шропшире службу служили поочередно четыре чтеца. Каждый из них был школьным учителем, все четверо были малообразованными, двое не отличались моральной чистотой. Они читали молитвы по воскресеньям и праздникам, но не допускались к произнесению проповеди, учили в школе и пьянствовали по будням, пороли мальчиков, когда напивались, и в итоге были уволены.

В окрестных деревнях проживало порядка дюжины пожилых священников, им было около восьмидесяти, но никто из них не проповедовал, а большинство вели скандальный образ жизни. Там же находилось три или четыре церкви, в которых служили способные и набожные люди. Однако если кто-то отправлялся из собственного прихода, чтобы послушать их проповеди, к нему в родной деревне относились с презрением, воспринимая как фанатика, наделяя прозвищем «пуританин».

Отчет о посещении архидиаконства Норфолка в 1597 году показывает, что здесь находилось восемьдесят восемь церквей, где произносилось всего лишь четыре проповеди, в год и восемь церквей, где никакие проповеди не читались вовсе.

Попытки излечить прежнее невежество духовенства, выходцев из народа, требовали времени. Должен был пройти не один год. Однако что-то удавалось сделать. В конце XVI века горняки Гарца пользовались абстрактными теологическими терминами, бесспорно не понимая их значения.

Насколько мы можем судить по печатным проповедям 1600 года и последующего времени, тогдашняя конгрегация смогла достичь большего понимания теологических догматов, чем большинство конгрегаций XX века. Проповедь выглядела довольно бледно, в ней не удавалось избежать противоречий, она непосредственно связывалась с прегрешениями членов конгрегации. Чаще, чем позже позволял обычай, она направлялась против выступивших против сюзерена и также против папистов, схимников или анабаптистов, в связи с подобными случаями становилась резкой, слова не смягчались.

Между 1621 и 1631 годами поэт Джон Донн проповедовал с кафедры собора Святого Павла в Лондоне, произнося самые прекрасные и проникновенные проповеди периода Реформации и, возможно, во всех христианских странах. Его примеру оказалось не так просто последовать.

Среди протестантов существовало общее поверие, что священник должен включать в свою проповедь нечто превосходящее общий уровень, чтобы заставить сознание прихожан стремиться к совершенству. Даже тогда, когда оно почти приближалось к данному состоянию, Донн ожидал, что придет высший уровень библейского и теологического знания и в его конгрегации станут судить о его проповедях по пользе, какую получат его слушатели. Сам Донн считал, что на верном пути.

В городах, в отличие от сельской местности, проповеди читались чаще. Полагали, что примеры из Священного Писания должны сопровождать каждое культовое действие, если, конечно, это оказывалось возможным. В таком небольшом городе, как Торгау (недалеко от Лейпцига), проводилось пять ежедневных служб с проповедями. В Страсбурге проповеди произносились каждое утро и вечер с кафедры и четыре раза в неделю в нескольких других церквах. Общее количество могло расти, как для священников, так и для населения. В Ростоке (северо-восток Германии) общее число проповедей, произнесенных за 1640 год, определяется цифрой в 1500.

Некоторые лютеранские критики придерживались мнения, что это было уже слишком много, что излишество вредит священникам и населению. «В этом городе, — говорил Герберт из Фрауштадта (ныне город Всхова в Польше. — Ред.), — сами проповедники заговорят себя своими проповедями до смерти».

Когда в Англии Ланселот Эндрюс стал проповедовать дважды в день, то просто начал болтать пустое. Он иронически замечал, что, проповедуя дважды в день, один раз просто треплет языком. Однако его рвение возрастало. Однажды Чедертон проповедовал в течение двух часов, когда ему сказали, что следует остановиться, поскольку он испытывал терпение окружающих. Однако одновременно стали раздаваться крики: «Ради спасения Господня! Продолжайте. Умоляем вас, продолжайте». И он проповедовал еще в течение часа.

Церкви XVI века приобрели новые предметы мебели, на кафедре появились песочные часы. До Реформации они были редкостью и стали распространяться в английских сельских приходах во время правления Елизаветы. Многие сентиментальные люди рассматривали час как время, которое может выдержать их конгрегация, но даже в особых случаях более долгие проповеди, как правило, не читались.

Кальвин упрекал Фарела за то, что он произносил длительные и утомительные проповеди. Кранмер советовал Латимеру, чтобы тот читал проповедь не более полутора часов, потому что король устает. Большинство церковных предписаний требовали, чтобы проповедь продолжалась полный час, по крайней мере в воскресенье. Однако печатные проповеди показывают, что на самом деле они оказывались гораздо короче.

Гуманистически настроенный Меланхтон полагал, что вполне достаточно четверти часа, поскольку ухо устает первым. Известны часы с пятнадцатиминутным заводом, и не всегда точные изготовители иногда совершали ошибки в пользу конгрегации. Сохранились песочные часы, которые решительно ограничивали час сорока восемью минутами.

Воскресная утренняя служба обычно завершалась чтением катехизиса или уроками, часто посещавшимися как взрослыми, так и детьми. Известно, что в лютеранской Германии даже правители выполняли катехизис. Постепенно на протяжении XVII века подобная практика теряла свое значение по мере того, как улучшалось преподавание в школе.

Время с 1550 по 1650 год стало свидетелем широкого распространения знания Библии среди протестантских мирян. Продвижение такого знания оказалось медленным и неровным. Уильям Брадфорд, родившийся в Остерфилде в Южном Йоркшире в 1590 году, вспоминает, что сельские жители в период его отрочества были совершенно незнакомы с Библией.

Однако свидетельства другого рода настолько многочисленны, что вполне достаточно привести два случая. Один случился в воскресенье, когда заключенный маркиз де Монтроз остановился в Кейте в 1650 году по пути на эшафот. Священник произнес над ним отпущение, сравнив его с Агагом, царем амалекитян (который был взят в плен царем израильтян Саулом, а затем умерщвлен. — Ред.). Тогда маркиз сказал: «Скорее Иеровоам (виновник разделения единого Израильско-Иудейского царства, в дальнейшем — царь Израиля, отклонившегося от Иудеи. — Ред.)». И повернулся спиной к священнику.

Другой случай произошел в 1652 году, когда толпа собралась, чтобы услышать дебаты между пресвитерианцем и независимым (индепендентом) из английской армии. Какова же была тема диспута? Первородный грех, судьба, виды поклонения.

ЦЕРКОВНЫЕ ЗДАНИЯ

Возобновление значения проповедей потребовало иной структуры