Прошлое. Настоящее. Будущее - Константин Анатольевич Крылов

В силу вышесказанного представляется целесообразным создание единого националистического движения (каковая работа сейчас и происходит), неявным образом связанного с «уличными бойцами». То есть было бы здорово создать аналог ирландской партии «Шинн Фейн» («Мы сами»), которая, постоянно открещиваясь от обвинений в прямых контактах с боевиками из ИРА, проводит в жизнь их идеи на легальном политическом поле. Одновременно намекая англичанам:

мол, будете подавлять нас, будете подавлять всякий легальный ирландский национализм – будете иметь дело с теми, кого мы, конечно, не одобряем, но понимаем: И за кого поручиться уж точно не сможем.

С учётом того, что официальная политика в России загнана в жёсткие партийные рамки и де-факто свёрнута, такое движение должно быть не партийным (просто нет смысла, как показал печальный урок партии «Великая Россия»), а общественным. То есть надо работать не с партийными лидерами, а с конкретными соратниками, на которых можно положиться и которые заведомо поставят общее дело выше партийной дисциплины.

Говоря коротко: надо преодолевать недоверие между «легальными политиками» и «уличными бойцами», учиться работать вместе и отрабатывать конкретные сценарии совместных акций. Разумеется, это не касается всяких «мурзилок» вроде руководства «Народного союза», но с теми политиками, которые показали на деле, что могут переступить через узко партийные рамки, работать можно и нужно. Тем более, что грань между респектабельностью и «улицей» успешно стирается руками всё того же родного нашего государства: «легальных» политических националистов, как показывает курс, взятый в АП, в России нет и не должно быть в принципе.

Рассмотрим кратко остальные обвинения, которые касаются «легальных националистов».

«Зажуёт кремлядь». Волков не боимся и бояться не будем. Тем более что, как показывает опыт, реально возразить на аргументы националистов «кремляди» решительно нечего. Поэтому она боится всяких публичных диспутов, прямых эфиров и тому подобного как огня. Так что вопрос, кто кого зажуёт, уже давно решён в пользу националистов – «кремлядь» вынуждена отбиваться разве что за счёт нечестного судейства и тому подобных приёмчиков. Но и на них есть управа – Европейский суд тот же, который, конечно, не любит русских националистов – но Кремль он не любит ещё сильнее. И, главное, Страсбург не считает националистов достаточно опасной силой для того, чтобы остерегаться их и ни в чём им не содействовать. Так что шансы, хотя и небольшие, но есть.

«Обвинят в связях с Белковским». Тем, кто реально опасается такого обвинения (а их вполне можно понять), лучше всего просто с оным персонажем не связываться. В конце концов, по улицам он, аки лев рыкающий, не бродит и своё общество никому насильно не навязывает.

Хотя вопрос самим по себе «Белковским» не исчерпывается, он довольно важен в теоретическом плане. Поэтому его стоит рассмотреть подробно.

Националист – это, прежде всего, политик. Политика – это искусство возможного. Настоящий политик – человек, до известных пределов беспринципный и в то же время весьма принципиальный. Границы принципов определяет он сам – целью, которую он ставит перед собой.

Неправильно говорить, что «цель оправдывает средства». Напротив, цель определяет средства. Если ты русский националист – значит, для тебя дороже всего на свете русская Россия и русский народ. Следовательно, действовать надо так, чтобы соответствовать образу.

Типичный пример несоответствия – некий пожилой персонаж, который поначалу позиционировал себя как русского националиста, а закончил откровенной русофобией и братанием с «несогласными».

Генерал Власов, кстати, кто бы про него что бы ни говорил, был птицей того же самого полёта. Поэтому ни он, ни Сталин (про него, впрочем, чуть ниже) в идеалы для русских националистов, мягко говоря, не годятся. «От противного» – не идеология, а это ребята именно такого рода.

«Националист», одновременно входящий в ряды «кремляди» – неадекватный случай с другой стороны. Потому что считать себя русским националистом и в то же время искренне поддерживать власть, которая вымаривает русских по миллиону в год, заменяя их мигрантами, не получается, как ни крути.

Итак, «Белковский». Он известен, прежде всего, тем, что поддерживает на плаву «оранжевый проект», не давая ему окончательно протухнуть, а также тем, что одновременно поддерживает и несколько других «проектов», включая и «легальный русский национализм». Просто он неглупый человек, который не хочет складывать все яйца в одну корзину – будь то «оранжевая» или любая другая. Понять его можно.

Следовательно, если с подобным человеком и возможно сотрудничать в какой-то области – то лишь в области «легального национализма». По крайней мере, тем, кто считает себя националистом. И точка. Участвовать в других его «проектах» – одна недопустимая для националистов крайность, а испытывать к нему мистическое отвращение, используя блатную логику «зашкваривания» – крайность другая.

Впрочем, повторимся: никто не заставляет. Но позиция националиста как человека, который пойдёт куда угодно, чтобы сказать одни и те же слова и бороться за одно и то же дело – вполне приемлема и достойна уважения. Пошёл бы и в Кремль, да вот беда: там такого слушать не захотят, а если и выслушают, лучше никому от этого не станет. Опыт «Русского проекта» «Единой России» лишь подтвердил этот тезис – пользу из него для себя извлекли разве что сами участники проекта, а партия осталась к их рекомендациям глухой и безучастной.

Следовательно, само по себе «обвинение в связях с Белковским» может иметь силу только в одном случае: если и обвинитель, и обвиняемый безоговорочно принимают логику «зашкваривания». Если же этого нет, то придётся копать уже чуточку поглубже – доказывать, что имели место не просто «связи с Белковским», а поддержка «оранжевого проекта», и так далее, и тому подобное.

«Он дал вам денег?» – «Да, и что с того?» – «А что он потребовал в обмен?» – «Всего лишь письменное изложение моей точки зрения, которую я готов излагать всегда, перед всеми, в неизменном виде и притом совершенно бесплатно». Всё. Занавес.

Вот если деньги даются под какое-то конкретное дело – тут уже надо думать, кто больше с этого выиграет: заказчик ли, сам ли националист, или же русское дело.

И только в последнем случае не стоит отказываться. Да и то – не семь, а семьдесят раз отмерив. В двух других – как говорится, отказываться не только можно, но и нужно. Особенно, если за частным выигрышем для самого националиста окажется крупный проигрыш для русского дела, что может проявиться не сразу, а, скажем, через пару лет.

«Бездеятельность и позёрство». Как раз такими обвинениями легче всего