Реванш - Талли Шэрон

О.

Я прикусила губу, садясь на колени перед диваном, и, сделав глубокий вдох, выпалила на выдохе:

– Я переезжаю с ним.

– Что?

– Чего?! – более пылким тоном закричала Ирма, поднявшись со своего места. Аннет взглянула на меня, выпучив глаза и открыв рот, пока я метилась взглядом между ними, слегка улыбаясь. – То есть, что за хрень, Бэмби! Господи, вот такие мы тебе подруги, да? Ты не рассказала нам о своих планах! Мы что…

– Блин, Ирма! – воскликнув, я нахмурилась. – Нет! Вы – самые лучшие подруги. Я просто не знала, куда отберут Карлайла. Это всего лишь первый день драфта, обмен может произойти в любой момент и вдруг будет команда, чье местоположение чуточку… поближе?

Аннет протянула мне руку, требуя сесть рядом с ней, и я сделала это. Она тихо смеялась с того, как Ирма, громко жестикулируя, продолжала сетовать на судьбу и проклинать тот день, когда я решила связать себя отношениями с Карлайлом Шервудом.

– То есть ты все равно собиралась уезжать от нас?

– Да, – я заломила пальцы, часто хлопая ресницами, – мы не потеряем общение! Обещаю! Я буду приезжать, и вы можете посещать матчи, и мы…

– Это все равно не то!

Мы с Хилл вместе смеялись ровно до того момента, пока Хансен не уронила слезу, рухнув поверх нас с крепкими объятиями.

– Что ты будешь делать в Новой Англии! – рыдая, произнесла подруга, и у меня надломился голос.

Черт.

Я вытерла подступившую к глазам влагу и дрожащим голосом ответила.

– Учиться. И работать.

Эти полгода были насыщеннее всех моих двадцати с лишним лет. Я плакала, смеялась, целовалась и любила. Каждый день я шла в университет и все больше понимала, что то место, где я сейчас учусь, по своему уникально – это место хранит в себе самые сокровенные воспоминания, но я сделала ещё одну ошибку, когда оставила свою жизнь на самотек.

Только благодаря появлению квотербека в моей жизни я смогла разложить по полочкам вихрь мыслей и наконец понять, что гуманитарные науки – это не мой двигатель. Это лишь удобная позиция, принять которую в моменте казалось легче, чем найти смысл жизни.

Но я его нашла.

Все не просто так. Если бы не мое поступление в Сейбрук, я бы никогда не узнала Ани и Ирму. Никогда не познакомилась бы с Карлайлом, а эти три человека теперь являлись одними из самых важных в моей жизни.

Благодаря им я становилась все увереннее на комментировании, открыв себе в конечном итоге широкий горизонт новых возможностей и знакомств. Бетси Фаррелл взяла у меня интервью и накрыла меня новой волной популярности в мире спорта и… это было сумасшествием. Новостные порталы пестрели золотой парочкой футбольного комментатора и лучшего игрока студенческого сезона, а мы, счастливые, наслаждались тем временем, что было нам дано.

Мы с Шервудом познакомили своих родителей на новогодних каникулах. Он поехал вместе со мной на свадьбу Итана и Мерил, оказавшись самым приятным подарком для фанатеющего от футбола брата, сопровождал меня на протяжении всех ночей, когда я думала сдаться, и освещал мне путь, стоило начать думать, что я заблудилась.

Я встретилась с его прекрасной семьей, подружившись с не менее прекрасным Кристофером, который действительно был полной противоположностью Карлайла. Сумасбродный, энергичный и без плана на будущее, в то время, как его старший брат имел все варианты исходов нашего будущего.

Карлайл. Теперь я выбирала его. Всегда и везде. Доверяла ему свою жизнь. Нашу жизнь, потому что он убедил меня в том, что его плечо надежнее тысячи бетонных плит. И я рискнула.

– Ты будешь слишком далеко от нас, – продолжая плакать, произнесла Ирма, – мы с Ани переедем с тобой!

Я засмеялась, чуть не выплюнув сопли, и провела руками по мокрым щекам, глядя на Аннет, которая также, как и мы, вытирала слезы.

– Я рада за тебя, малышка, – произнесла Хилл, крепче держа меня за руку, – я правда рада. Но не забывай о нас. Мы всегда рядом, даже если между нами тысячи километров. От рассвета до заката.

– От заката до рассвета, – в унисон с Ирмой произнесла я и ещё больше рассмеялась, пересекаясь слезливыми взглядами с девочками, которые были для меня больше, чем сестринство.

Они были моим домом. Но домом, который нужно было временно покинуть, чтобы потом снова встретиться и взглянуть на то, какой огонь зажгли они в своих жизнях.

Полчаса спустя мой телефон зазвенел, когда я давилась слезами в своей комнате. Лицо Карлайла, полностью испачканное в моей розовой помаде, вспыхнуло на экране, от чего я не смогла сдержать улыбку и шмыгнула носом прежде, чем принять звонок. Я прижала смартфон к уху, глядя в окно, где простирался вечерний весенний Сан-Франциско, высоко светя солнцем в небе.

– Итак, – хриплый протяжный голос на том конце провода взбудоражил все мои последние крупицы самообладания, – красотка, ты готова к Новой Англии?

Я провела ладонью по лицу.

Как никогда.

Будто всю жизнь я готовилась исключительно к этому моменту, потому что трепет внутри был настолько сильным, что я не могла поверить в реальность происходящего.

– Готова, – с улыбкой произнесла я, – Новая Англия звучит неплохо.

– Снимем квартиру, заживем вместе, – Карлайл выдержал паузу, – и сделаем ребеночка.

Я засмеялась с его внезапного желания и поспешила сбавить обороты нашего разговора, потому как я абсолютно точно не была настроена на детей в ближайшие несколько лет.

– С последним придется повременить, капитан.

– Если это твое желание, детка, то без проблем. Но в моей голове был идеальный план родить сына и назвать его Эдвардом, – смех стал еще громче, когда прямая отсылка к «Сумеркам» предстала передо мной не в образе вечно семнадцатилетнего вампира, а в виде мини копии Карлайла, белокурого мальчика с карими глазами…

Это было слишком хорошо, чтобы стать правдой, но если чему меня и научил мой парень за все это время, так это тому, что даже самые отдаленные мечты могут стать реальностью рядом с правильным человеком.

Я качнула головой.

– Нам стоит закончить тенденцию дурацких имен на нас.

На этот раз засмеялся Карлайл. Его смех был тихим, искренним и хриплым.

До боли родным.

– Все только начинается, детка, – я знала, что он улыбался, чувствовала по его интонации и не могла сдержать в ответ своей, закрывая рот ладонью, – ты и я. Мы.

– Мы, – повторила я эхом, смотря в голубое чистое небо, бескрайнее полотно из надежд и спокойствия.

Новый страшный город только поджидал нас, чтобы