Падение в пропасть - allig_eri

— Ты стала сионом, чтобы продолжить эту традицию? — с хитринкой ответил ей.

— Как сказать… — сестра усмехнулась. — Честно признаться, я надеялась, что хоть на короткое время мы вернёмся к тому, что было раньше. К совместному ужину и ничему более, — теперь в её взгляде был укор, который относился к отцу и брату, но Тэдрех проигнорировал его, будто бы речь шла о чём-то другом, Лиам же только гордо приосанился.

— Мы никогда не были прямо-таки образцовой семьёй. Хотя… какую можно считать образцовой? — философски спросил я, а потом потянулся к своему бокалу, смачивая горло.

М-м… весьма недурное вино! Как давно я не пил чего-то подобного? Ха-а… глупый вопрос…

— Например ту, где одному из родственников не ставят в вину обретение магии, — процедила Анселма.

— А мне разве ставят? — бросил я быстрый взгляд на отца и брата, которые, видя поведение девушки, даже вытянулись и по виду, готовились оправдываться. — Брось, сестрёнка. Это всего лишь шутки, которые, к тому же, я начал первым. Знаю ведь, как Лиам держится за место наследника, словно у него за душой и правда есть что-то, что не позволит продолжать им оставаться.

— Осторожнее, Кирин, — насупился он.

— Как скажешь, братец, — мимолётно ему улыбнулся. — Хотя в бытие версом тоже есть свой плюс: не боишься смерти.

Намёк на то, что при всём желании, мне нечем угрожать.

— А что твои друзья? — Лиам подался вперёд.

— Забирай всех, — махнул ему рукой, под смешок Анселмы.

— Смешно, — проворчал он.

— Прекращайте, дети мои, — в разговор вступил Тэдрех, одной этой фразой показывая, что продолжает считать меня своим сыном.

Ух, аристократические заморочки, о которых снова нужно начинать вспоминать! В такие моменты понимаю, до чего же приятно общаться, не выискивая в каждой фразе двойное дно!

— Да, отец, — едва ли не хором произнесли мы.

— Кирин, ты всегда будешь моим сыном, — решил он разжевать мне свои предыдущие слова. Хотя нет, скорее это была вводная часть. — Но политика нашего государства такова, что я не могу забрать тебя. Лишь немного облегчить бытие, — ага, теперь понятно. Началом своего спича Тэдрех смягчал последующий смысл. — Для этого ты был направлен в услужение архонта Силаны. Наш Дарственный Отец оказал ей милость, позволив остаться формальной главой Монхарба. Это показатель, что с девчонкой не случится ничего дурного. Держись за неё. А я похлопочу, чтобы ты остался с ней, как личный волшебник и далее. Вплоть до своей смерти.

— Или её смерти, — не мог не произнести это я. Чистое мальчишество, но последние слова отца оказались болезненными и прямо-таки царапнули меня.

— Или её смерти, — пошёл он мне на встречу.

— Хм, подобное предложение, с учётом ожидаемого времени войны, — покрутил я рукой, — кажется мне… малоинтересным, но всё равно приятным. Всё-таки полтора года — это хоть и маленький, но срок.

— Император, да правит он вечно, планирует завершить компанию до зимы. Мы будем в невыгодном положении, если останемся ждать, — произнёс Лиам. С переходом на более «важные» темы, мужчина даже вытянулся, готовый блистать знаниями политики.

— Кашмир, — коротко прокомментировал я его слова.

— Не только, — теперь продолжил Тэдрех. — Многие маги здесь уже давно. Скоро начнут массово расцветать Стигматы Хореса. Брать же в услужение местных колдунов — столкнуться с новой школой обучения, к которой непривычны наши офицеры. Подкрепление же из Малой Гаодии — вариант, — отец едва уловимо поморщился, — который, правда, усложняет жизнь на родине. Маги нужны нашей промышленности.

— Провинции же бунтуют одна за другой, — кивнул брат. — Нужно как можно быстрее давить остатки сопротивления вольных городов и возвращаться в Кашмир.

— Я бы начал с Сизиана, — прокомментировал я.

— Ты что-то знаешь? — прищурилась Анселма.

— А вы нет? — оглядел я всех троих.

— Хм… — отец сделал неопределённый жест, побуждая меня продолжать.

— Лафтетары и Мазгуш Чёрный, — ответил ему. — Он планирует примерить титул наместника Сизиана, вместо Тэйтона Иннеса. Кому как, а по мне — позволить ему это сделать, идея не самая здравая. Кто даст гарантию, что точно также не начнут поступать все остальные? И воцарится хаос, куда более глобальный, чем есть сейчас, — развёл руками.

— Куда ещё хуже… — вздохнула сестра.

— Поверь, Анселма, за эти полгода я видел, когда бывает хуже… — поморщился я.

— Расскажи про взятие Морбо, — Тэдрех сложил руки в замoк, бросив на меня серьёзный взгляд.

— Тут мало что можно поведать, отец. Но отчего бы не рассказать?.. — задумался я, припоминая момент нападения войск Челефи.

Мои предчувствия не сбылись. К своей «госпоже» я возвращался с парочкой провожающих и на лошади. Приятное чувство грело душу. Общение с семьёй, несмотря на некоторые колкости, прошло хорошо! А ещё мне дали немного денег — «всего» сотню золотом, да позволили оставить одежду. Чертовски приятное чувство!

— Так значит, ты сын графа? — спросила меня Силана, через переводчика. По возвращению, девушка почти сразу потребовала моего присутствия. Она выглядела одновременно смущённой и заинтересованной. А ещё время от времени с лёгкой долей раздражения поглядывала на Фёртаса. Было понятно, что ей хотелось обсудить какие-то моменты, которые не желала доносить до чужих ушей.

— Да, побочная ветвь Сандакая Мираделя, герцога «Юга», — привычно ответил я, на что её глаза удивлённо расширились.

— Я имела честь общаться с герцогом. Он очень приятный человек, — произнесено это было быстро и со странными паузами, будто бы Плейфан силилась подобрать слова, однако Баер перевёл всё в своём типичном, нейтральном стиле. Создавалось ощущение, что ему всё равно, но я видел, как механически постукивают его пальцы — свидетельство напряжения ума.

— Значит, ты успела узнать его куда лучше меня, ведь сам никогда не общался с Сандакаем, — хмыкнул на это.

— Расскажи, как именно ты хочешь зачаровать мои вещи? Слуги сказали, ты рылся в них и успел измазать краской, — на этом месте переводчик ехидно усмехнулся, но я сопоставил это с хмурым видом самой Силаны, осознав, что брюнетке не пришлось подобное по нраву. — И даже разрисовал мои доспехи, которые потом запретил трогать под страхом смерти.

— Переврали, как и всегда, — вздохнул я в ответ.

Наш вечерний разговор оказался неожиданно