Комедии. Фрагменты - Менандр

возможно, находился кусочек папируса со словами: «Спускайся, Гета, раз она (не велит)... Уходя, она...» — «Аполлон, дело по-настоящему военное... Вот, гляди, я вхожу (боясь), что ты, гуляя (взад и вперед), (приведешь) грабителей... и избегая их...» — «О несчастный...» О чем шла речь, не ясно. Если о попытке осадить Кратию в доме, этим, может быть, объясняется в дальнейшем ее негодование (208).

249

... войска малочисленность? Не ясно, в чем состоит предположение Геты: если Фрасонид подарил Кратии служанок и золото (А 39-40), он был, очевидно, командиром достаточно высокого ранга.

250

Зевс, отвратитель бед... — Ср. Софокл, Трахинянки, 303; Еврипид, Гераклиды, 867.

251

В каждом стихе сохранилось только по несколько букв.

252

Сохранилась только левая половина столбца, представляющего диалог. Один из говорящих — Демея, другой — вероятно, все тот же ближе неизвестный нам А. Распределение между ними реплик неизвестно.

253

Читаются только отдельные слова: «Клянусь богами... Самый скверный из людей... Совершив... Найдя... женщину... ради». После 93 — новая лакуна, на которую приходится окончание II и начало III д.

254

101-131 — безнадежно испорченные стихи. Читаются только отдельные слова: «Меч... Не мог(ла?) бы... Мольбу о помощи (122)». Ясно только, что здесь начинался диалог, продолжающийся в 132-141 и имевший содержанием положение Фрасонида и Кратии. Участники этого диалога остаются неизвестными.

255

Снова очень испорченный текст, в котором читаются только отдельные слова: «О доченька... Колечко... Такой человек... Одежды... Ударяющую об землю ногой... Совершающего возлияния... Таковы дела... Молитв о помощи... Отойдем от двери... Я тяжело переношу».

256

Гета возвращается, очевидно, из компании друзей Фрасонида; возможно, хозяин послал его на разведку (162, 173-175), как Полемон Сосию (О. 177-179, 354-356). Что за люди окружали Фрасонида и чем объясняются отзывы о них, принадлежащие Гете, остается не ясным.

257

Клянусь двумя богинями... — Деметрой и Персефоной. Клятва двумя богинями выдает в говорящем лице женщину.

258

Мечи соседские... — перенесенные Гетой в дом Клинии мечи Фрасонида, среди которых Демея опознал свой.

259

И долго их... — Вероятно, может быть дополнено: «так пристально рассматривал».

260

Из трех плохо сохранившихся стихов читается только «Прекрасно» — ответ Демеи на последнюю реплику старухи.

261

Распределение реплик недостоверно; возможно, все четыре стиха составляют речь Демеи, отвечающего на предыдущую реплику старухи («Я тебе? показал, что меня беспокоит, а ты вызови кого-нибудь из соседского дома и поговори с ним. Ведь я случайно обнаружил здесь свой меч»).

262

195-203 — безнадежно испорченные стихи.

263

Атрибуция реплики Демее недостоверна. Может быть, это слова старухи, объясняющей свой уход.

264

Ты вновь моя! — Ср. аналогичное выражение радости при встрече нашедших друг друга матери и сына, брата и сестры, мужа и жены у Еврипида: Елена, 657-658, ср. 638, 652; Иф. Тавр. 828, 831; Ион, 1440, 1443-1444; Электра, 579; у Менандра: Щ. 508.

265

Из дому? — Если, бы! — Демея хочет сказать, что дом его разорен войной.

266

Сохранились единичные буквы, и эта потеря тем чувствительнее, что здесь начинался диалог Демеи и Кратии, из которого можно было бы легче, чем при нынешнем состоянии текста, понять, убеждена ли Кратия в гибели брата от руки Фрасонида и сообщает об этом отцу или только предполагает такую возможность и Демея подтверждает ее опасения. Соответственно, распределение реплик в 250-251 носит предварительный характер.

267

Роль Клинии и его краткий монолог при нынешнем состоянии текста остаются достаточно загадочными. Не ясно, откуда он знает о появлении гостя-чужестранца, если только теперь возвращается домой, где в его отсутствие произошли уже известные нам события. Не ясно, о какой женщине, приглашенной на пир, идет речь. Во всяком случае, попытки отождествить ее с Кратией едва ли возможны, — о любовных отношениях между молодым человеком и вольноотпущенницей его соседа до сих пор не было речи, и маловероятно, чтобы Клиния решился открыто сообщать о них.

268

Попечитель — т. е. κύριος, см. О. 490 и прим.

269

...набегаюсь я досыта. — Возмущенный Гета, энергично жестикулируя, быстро ходит по сцене; Клиния старается его догнать.

270

...свинья свирепая! — Гета имеет в виду, разумеется, Демею, а не Фрасонида.

271

...считался мужем я... — В глазах всех окружающих молодая женщина, выкупленная воином из рабства и сделанная хозяйкой дома, конечно, должна была считаться его сожительницей.

272

Тебя я чтил... — См. вступительную статью, с. 420. Глагол α γαπάω употребляется у Менандра, кроме этого стиха, в С. 247, 278 (чувство женщины к вскормленному ею ребенку), 385 (отношение женщины к ее фактическому мужу); А. 12; фр. 395 (любовь отца к сыну).

273

...вот этим божеством клянусь. — Речь идет о так называемом Аполлоне «уличном», которому посвящались камни конической формы, выставляемые перед дверью дома.

274

Сохранились только отдельные буквы, имена Клинии, Геты и Демеи, а также пометки на полях с указанием на перемену говорящего и слово «вхожу» (341), из которых ясно, что до этого стиха продолжался диалог Геты и Клинии; затем один из них уходил к себе в дом и его сменял вышедший Фрасонид. С 349 начинался его большой монолог, кончавшийся уже за пределами 403. Несмотря на плохую сохранность монолога, видно, какими противоречивыми чувствами объят Фрасонид, мечущийся между обвинениями против Кратии и ее оправданием, равно как и обвинениями и оправданиями по своему собственному адресу.

275

Хворь... носить... — Отождествление любовного чувства с болезнью — частый образ в доменандровской лирике и особенно трагедии. См.: Ярхо