Гренадская революция. США против карибского социализма - Николай Николаевич Платошкин

28 октября дочь Диаса написала письмо начальнику политотдела Главного управления исправительных заведений МВД Кубы, в котором говорилось: «Как дочь я скорблю. Как член Союза коммунистической молодежи испытываю безграничную ненависть и презрение к американским империалистам»[459].

В 5.07 26 октября кубинское посольство на Гренаде сообщило в Гавану, что 6 боевых вертолетов США атакуют кубинские позиции в районе аэропорта. В 6.55 было получено новое донесение с Гренады: «огнем авиации практически разрушено основное здание», в котором закрепились оборонявшиеся[460].

Несмотря на явный героизм защитников «маленькой Гаваны», было ясно, что под таким сумасшедшим огнем вооруженные одними автоматами кубинцы долго не продержатся. Тортоло решил сформировать группу и прорываться на север, в сторону поросших кустарником холмов по направлению к Гран-Анс. Группа, в которую входила и единственная женщина-офицер 26-летняя Салина Гарсия, вырвалась из лагеря и вскоре добралась до советского посольства. Их примеру попыталась последовать еще одна группа кубинцев, но американцы остановили ее прицельным пулеметным огнем.

В 11.07 в Гаване прочитали последнее сообщение с места боя: «Бойцы последнего редута отдали жизнь, но не сдались»[461].

Примерно в середине дня 26 октября кубинцы капитулировали и «маленькая Гавана» была превращена в импровизированный концлагерь. В плен попали сотни человек, из руин извлекли 16 убитых. При этом отношение к пленным было нормальным, хотя врачебной помощи американцы толком не оказывали, поручив это карибским «союзникам», у которых не было ни оборудования, ни медикаментов. Американцы (среди которых были и кубинские эмигранты) стремились склонить пленных кубинцев к невозвращению на родину.

В этот же день американцы захватили «мерседес» с сотрудниками советского посольства. Русских связали и, несмотря на их протесты, посадили в «джип». Полковник 82-й дивизии под одобрительные смешки собравшихся офицеров устроил мягкий картинный разнос сержанту за нарушение дипломатического иммунитета, но в основном за то, что тот носил в боевых условиях не предписанную боевыми условиями каску, а красный берет десантника.

Хотя с взятием «маленькой Гаваны» сопротивление кубинцев на Гренаде прекратилось, Тробо все еще думал, что на острове его поджидают сотни кубинских спецназовцев. Именно поэтому генерал струсил и решил не идти штурмовать лагерь НРА в Каливиньи, хотя его следовало взять еще в обед 25 октября.

Зато более чем через сутки после начала вторжения американцы решили вспомнить о своих гражданах, которых еще надлежало «спасти» в студенческом городке в Гранд-Анс. Несмотря на то, что от «маленькой Гаваны» до городка было примерно полтора километра, Тробо, напуганный яростным сопротивлением кубинцев, отказался от продвижения по суши и решил свалить «миссию» на «рейнджеров» (которые вообще-то уже как сутки должны были вернуться домой).

Тробо по-прежнему никак не мог наладить нормальную связь с «Гуамом», которая выходила из строя, как только вертолетоносец менял курс. Зато из самого студенческого городка регулярно выходил на связь радиолюбитель Марк Баретелла. Он нормально связывался с «Гуамом», его ловили даже в США.

«Спасти» студентов, которым по данным Баретеллы никто не угрожал, решили следующим образом. Пляж Гран-Анс прямо перед городком проутюжат с воздуха «кобры», «корсары» и «спектры», затем из Пойнт-Сэлайнз на вертолетах морской пехоты прилетят три роты «рейнджеров» (батальон Хаглера). Одна рота блокирует южные подступы к городку (хотя к югу от него до самого Пойнт-Сэлайнз на самом деле не было никаких гренадцев или кубинцев), другая – с севера (там тоже противник не наблюдался). Наконец, третья рота быстро выведет студентов и на четырех транспортных вертолетах доставит их на «Гуам». Затем вертолеты заберут и самих «рейнджеров» – американцы все еще боялись оставаться в незнакомой местности.

Студентам через радиосвязь приказали к моменту начала операции закрыться в комнатах вдалеке от пляжа, лечь на пол и ждать «рейнджеров». По всем, кто двигался, было обещано стрелять без предупреждения. Желавшие эвакуироваться должны были иметь нарукавную белую повязку.

Разведка обнаружила к югу от городка в районе передатчика «Радио Свободная Гренада» и советского посольства небольшой отряд НРА из роты Абдуллы. Очевидно, гренадцы ждали наступления с юга вдоль берега из района Пойнт-Сэлайнз. С моря никаких противодесантных укреплений замечено не было.

Как обычно все пошло не так, как планировалось. Так как операция готовилась быстро, американцы просто забыли про примерно 200 студентов, которые жили не в городке, а в окрестных домах. Этих людей так никто и не эвакуировал, хотя никто из них и не пострадал.

В 16.00 26 октября началась огневая подготовка. Когда штурмовка пляжа закончилась за 20 секунд до приземления первого вертолета с «рейнджерами», выяснилось, что в нем солдаты не той роты. Во время подлета боевой порядок смешался. К тому же неопытные пилоты высадили отряд на первых трех вертолетах на 500 метров южнее, почти напротив советского посольства. Три следовавшие за первой группой вертолеты тоже промахнулись, хотя и не так сильно. «Рейнджерам» пришлось затратить много времени, чтобы сформировать оборонительный периметр к северу и югу от городка. Если бы в Гранд-Ансе было хотя бы какое-нибудь организованное сопротивление, то и эта операция спецназа могла бы закончиться полным провалом.

Хотя по вертолетам был открыт спорадический огонь из автоматов, они пострадали, как обычно, от пальм. Один СН-46 задел винтом за ствол дерева и вертолет сел прямо на полосу прибоя. Студентов быстро забрали, набили «под завязку» в подлетевшие четыре транспортные вертолета, затем отправили в Пойнт-Сэлайнз, а оттуда – на Барбадос. С Барбадоса они прилетели на военно-транспортном самолете в Южную Каролину, где уже была отрежиссирована церемония торжественной встречи родными и близкими. Весь мир облетели кадры, когда один из «спасенных» целует американскую землю прямо у самолета. Хотя реальная угроза для их жизни на Гренаде была только во время штурма их городка «рейнджерами».

Когда студентов погрузили в вертолеты, на пляже взорвалась дымовая граната – это был сигнал забирать самих «рейнджеров». Во время этого еще один вертолет налетел на пальму. Но в целом спецназ мог быть доволен – вся операция по «спасению американских граждан» заняла 26 минут и обошлась без потерь, если не считать одного «рейнджера», легко задетого минометной миной.

Правда, уже в воздухе выяснилось, что на берегу забыли целое отделение спецназовцев – 11 человек. По радио им приказали пешком идти на юг, в расположение 82-й дивизии. Но у «рейнджеров» не было радиочастоты 82-й дивизии и они не смогли установить с ней радиосвязь. Поэтому десантники решили поступить по-другому. С наступлением темноты они подобрались к обломкам вертолета (который расстреляла собственная авиация) и нашли там три резиновые спасательные лодки. Однако две из них были продырявлены осколками,