Пророчества книги Даниила: происхождение, история экзегетики, толкование. Царство святых Всевышнего и мировая история - Игорь Александрович Бессонов

средневекового и современного Иерусалима начинается именно с этой даты. По общему мнению исследователей, старый город Иерусалима до сих пор сохранил римскую планировку, заложенную во времена Адриана. В это же время сложились и границы города, в состав которого вошла Голгофа (современный христианский квартал), ранее находившаяся за пределами Иерусалима, но не вошел город Давида – наиболее древняя часть еврейской столицы (позднее он был инкорпорирован в состав города в византийский период). Примечательно и то, что указ 130 года является единственным указом о восстановлении Иерусалима после римского разрушения 70 года. Это обстоятельство сильно облегчает нам дальнейшие расчеты – вместо множества плохо датированных и гипотетических указов разных персидских царей мы имеем одну единственную хорошо задокументированную дату. Некоторые возражения может вызвать только то, что Иерусалим первоначально строился Адрианом как римский город Элия Капитолина. Однако в качестве такового он просуществовал только два века – в дальнейшем Иерусалим стал священным городом трех религий, вернув себе историческую и духовную связь со святынями древнего Израиля и раннего христианства – при этом сохранив географическую и культурную преемственность от римского города, построенного при Адриане. Таким образом, мы можем использовать 130 год как единственно возможную дату для отсчета 70 седмин после разрушения Второго Храма.

Возможно, у читателя могут возникнуть некоторые сомнения в правомерности отсчета 70 седмин от указа Адриана из-за того, что, в отличие от указов персидских царей, он не благоволил к евреям, а, напротив, означал оккупацию их национальной святыни. Вероятно, подобное различие в данном случае имеет место, однако оно никак не может повлиять на корректность выбора точки отсчета 70 седмин – Иерусалим был восстановлен именно в соответствии с указом Адриана, независимо от того, какое значение этот указ имел в истории еврейского народа. Кроме того, антиеврейские намерения Адриана сами по себе вызывают определенные сомнения. Большинство современных историков полагает, что Адриан в данном случае просто следовал своей обычной градостроительной политике, не имея никаких антисемитских мотивов[625]. Особый интерес представляет собой точка зрения, согласно которой Адриан первоначально, напротив, благоволил к евреям. Ее развитие можно найти в работах израильского историка Й. Царифа[626]. Он предполагает, что Адриан первоначально стремился восстановить Иерусалим в качестве космополитического римского города, пригласив к участию в его воссоздании и евреев, и, возможно, даже поддерживал идею восстановления Храма. Решение о строительстве римской колонии Элия Капитолина было, по мнению Царифа, принято уже после начала восстания Бар Кохбы.

Основным источником концепции Й. Царифа является информация, содержащаяся в мидраше Берешит раба. Согласно повествованию Берешит раба римский император собирался разрешить евреям восстановить Иерусалим и Храм, но отказался от этой идеи из-за жалоб самаритян, открывших ему глаза на мятежные намерения иудеев[627]. Рассказ Берешит раба явно построен на основе рассказа книги Эзры о восстановлении Иерусалима, согласно которому самаритяне обвинили иудеев в подготовке восстания при построении стен Иерусалима. Разумеется, Адриан, лично участвовавший в подавлении восстания евреев диаспоры и несомненно знакомый с историей Великого восстания 60–70-х годов, не нуждался в информации, полученной от самаритян, чтобы знать о возможности восстания среди евреев. Тем не менее сама идея о том, что император изменил свой первоначальный план восстановления еврейского Иерусалима под влиянием местного «антиеврейского лобби», составленного из представителей эллинизированного населения Палестины, хорошо помнившего историю царства Хасмонеев и иудейской войны, представляется вполне вероятной и правдоподобной. Таким образом, данный в 130 году указ Адриана мог по своему первоначальному смыслу быть благосклонным к евреям, аналогично обсуждавшимся нами указам Артаксеркса.

Текст пророчества о 70 седминах начинается с указания на точную дату начала отсчета указанного в нем срока: םלִַשָׁ וּריְ תוֹנבְלִוְ בישִׁ הָלְ רבָדָ אצָֹמ־ןמִ, дословно «от исхода слова вернуть и построить Иерусалим». Современная академическая наука обычно трактует «слово о восстановлении Иерусалима» как пророческое слово о восстановлении города, данное Иеремии или Даниилу. Однако, как мы уже могли увидеть выше, христианские комментаторы еще в древности предложили другое толкование этого выражения – большинство из них рассматривали его как указание на один из упомянутых в Библии указов персидских царей о восстановлении города. Это предположение, скорее всего будучи еще одним примером sensus plenior, выглядит вполне оправданным с лингвистической точки зрения – мы действительно можем найти примеры использования слова רבַדְּ в значении «царский указ» в поздних библейских книгах (Есф 4, 3; 8, 17). Таким образом, нет никаких препятствий для того, чтобы истолковать «слово о восстановлении Иерусалима» как указ Адриана о восстановлении города. Как мы уже отметили, он был дан Адрианом весной-летом 130 года.

Далее пророчество Даниила говорит о сроке до явления Помазанника-Владыки и о восстановлении города – «до Властителя-Помазанника пройдет семь седмин, а потом еще шестьдесят две седмины – в это время восстановят площадь и городской ров, но это будет година бедствий» (Дан 9, 25). Как мы уже отмечали выше, общепринятый научный консенсус в настоящее время состоит в том, что автор книги Даниила понимал под первым Помазанником кого-то из участников восстановления первого Храма, скорее всего первосвященника Иисуса, сына Иоседекова. По словам Дж. Монтгомери «Мессия – это эпитет царя, священника (2 Макк 1, 10) или пророка; в духовном смысле – патриарха (Пс 105, 15), и даже Кира, «Моего Помазанника» (Ис 45, 1) <…> Второй термин, «князь», характеризующий первый, используется для наименования должностных лиц: руководителей, особенно служителей Храма, первосвященников, аристократов или князей (Иов 29, 10), царей – и качестве раннего титула царя Израиля (1 Царств 9, 16) и иноземных царей»[628]. Таким образом, Помазанник Владыка есть священное лицо, облеченное определенными властными полномочиями. Мог ли кто-то из исторических деятелей через семь седмин после указа Адриана справедливо претендовать на это наименование? Положительный ответ на этот вопрос позволит нам подтвердить правомерность использования этой даты в качестве точки отсчета. По нашему мнению, найти эту личность среди исторических деятелей II века н.э. не составляет большого труда. Это Йехуда ха-Наси, глава еврейской общины земли Израиля и редактор Мишны.

Мы изложим обоснование связи пророчества Даниила с личностью Йехуды ха-Наси в два этапа: сначала познакомим читателя с историей жизни и деятельность этой исторической личности и приведем причины, позволяющие нам считать правомерным наименование рабби Йехуды как דיגִנָ חַישׁמָ. Далее мы перейдем к более сложному в историческом плане обсуждению и обоснованию хронологии, позволяющей связать жизнь и деятельность Йехуды-хаНаси с пророчеством о 70 седминах.

Эпоха Йехуды ха-Наси (вторая половина II – начало III века н.э.) была временем расцвета институтов еврейского самоуправления в земле Израиля, имевшего место уже после восстания Бар Кохбы. Он исполнял обязанности