Тараканьи бега - 2 - Вит Литвин

– уж не знаю их названий! – колыхались, взмывали, опускались, скрывая откровенные очертания фигуры, но даже тогда… Слишком лёгкая преграда, да и слишком уж контрастны они были – её заточенная на бой пластика, её выточенное под бой тело и эти капризно колыхающие, словно не имеющие к ней отношения, лоскуты… Я с некоторым ужасом ждал, что вот сейчас она сядет, успокоится, и эта тряпка облепит её…

Села – успокоилась она, успокоилась ткань и… В общем, мастер кроя своё дело знал – в самых провоцирующих местах ткани или оказалось несколько слоёв, или ещё что-то, но фокуса – «в облипочку» – не происходило. Но всё равно, я еле удержался, чтобы не послать её переодеться.

« – Господин, не стоит… – отсоветовала Чи-сан. – Ревность понятна, но реальных оснований для неё нет. Провоцирует её костюм только Вас. Не смотрите на орчанку – обратите внимание на орков. Даже мальчишка не бросил на неё ни одного лишнего взгляда украдкой – платье закрытое, а то, что под ним она голая, остро значимо только для Вас.

Я поначалу не поверил, но распустив Восприятие во всю его ширь, убедился никакой остроты, никакого лишнего напряжения ни у мальчишки Креттега, ни крутого мечника Оггтея не проглядывало. А тут вернулся и Ветогг, и его первый брошенный на Тарру взгляд был оценивающим, но не похотливым.

« – Хозяин, она ж мужиков этим… как его? – нутром чует, – хихикнула Несса, – и устраивать перед посторонними прикрытый тряпками стриптиз не рискнула б.

А передо мной, значит, можно?

« – Господин, боюсь, это её своеобразная месть за Ваших вчерашних принцесс. А Вы возьмите и не поведитесь! Чтоб знала! Нпример, присмотритесь к нашему новому луту, – да, все четыре этажерки уже стояли друг напротив друга, и то, что первоначально было на них – расположилось на своих местах снова. Шкатулки против шкатулок, звери против зверей, – Вас ничего не цепляет?

« – Ой, – охнула моя рыжая, – а я, кажется, догадываюсь, что нас ждёт за дверью. То есть, кто там…

Я поморщился, разогнал дурные мысли и вгляделся.

Направо, были этажерки от ложи хакариды с экзотическими зверушками, на ней расположившимися… Поначалу они казались все разными – потому что запечатлены были уж больно в разных позах – вот, спрут за мгновение до оплетающего своими щупальцами броска, вот скользящая по озерной глади водомерка… всё-таки автор – мастер: всего лишь плоский зелёный диск под её лапками –а чуть ли не кваканье лягушек слышится… а вот, гусеница, пожирающая… волка?

« – Хорота, господин. Помните, Вы их перед монастырём покрошили?

Однако, хороша, гусеница! И ещё три твари – одна другой многоногее.

А налево… Кобра с раздутым капюшоном; скрутившаяся в странное сплетение – из которого только голова с жалом торчит! – бурая гадюка или уже бросившееся ярко-зелёное пресмыкающееся – с разинутой пастью, с оскаленными клыками, на которых мерцают бриллианты уже выступившего яда. Змеи, змеи, змеи…

– Правильно, что не стали дверь открывать, – озабоченно проговорила орчанка. – Хлынул бы сюда поток гадин… – Тарра тоже поняла намёк устроителей данджа.

– Думаю, всё-таки, что гадина будет одна, – покачал головой я.

– Но ведь она могла бы и протиснуться… Даже с двадцать пятым уровнем, – проговорил Оггтей.

« – Да, господин. Если безногая с многоножкой уравнены по уровням, то скорее всего змея – длинней, а хакарида – шире. Или опять же – можем напороться на змеиное кубло, в три, а то и девять гроссов.

– Вечером посмотрим, – ответил я всем. – Креттег, открывай шкатулки.

В двух из них нашлись два гнездовых браслета – как мой гнездовый щит, но не на двенадцать стразов накопителей, а только на два. И с добавочной опцией. Камни моего щита либо поглощали враждебный каст, либо за счёт поглощённой энергии отражали его, а браслет мог по желанию хозяина выбрасывать поглощённый в указанную им цель. И они были чуть мощнее моих – мои оперируют с кастами до двадцатого уровня, а эти – до двадцать четвёртого. Заряжены были по одному у каждого браслета. При этом у одного рядом с кастом чуть мерцал крохотный знак молнии, у другого – что-то вроде такого же миниатюрного неровного булыжника.

« – Чисто физический урон, – откомментировала наша всезнайка.

В третьей шкатулке оказался свиток.

« – Господин! – буквально взвизгнула японка.

Креттег его даже оглядеть не успел.

– Стой! Дай мне! – потребовал я.

Он послушно передал свиток мне.

Я вгляделся в него.

Ночник Исигды

обрывок древней карты

один из четырёх

открывает местоположение артефакта

Подсказала Проницаемость.

Командуй, – предложил я нашей учёной даме.

« – Нужен столик, господин.

Столик у меня был. Вчера вечером я выкладывал на него ужин. Утром кипятком плеснул на столешницу, чтоб ополоснуть, но Тарра меня оттолкнула: «Мужчина, не мешайся под руками!»

Я думал она тряпку достанет – нет, бытовая магия. Раз! – и чисто и сухо.

« – Годится. Развяжите узел, – одобрила Чи-сан.

Свиток был связан тонко-плетёной верёвкой, узел на ней был очевиден. У нас он “бантиком” называется. Им шнурки ботинок завязывают.

« – Расположите на столе, придавите пальцами верхний и кончик и позовите Кеттару. Пусть женщина его аккуратно раскатает.

Ну, да. Разве мужик своими лапами способен – аккуратно! – развернуть бумажный свиток?!

– Тарра, помоги, – и кивнул на бумажку.

Кажется, живая женщина тоже вздохнула с некоторым облегчением, когда поняла, что я не буду пытаться придавливать свиток близлежащими обломками камней или пытаться двумя руками выполнить действие на три точки. Подошла и…

« – Ой! – едва не всхлипнула японка, а я чуть не захихикал: орчанка очень бережно раскатала свиток. Только сделала это не мягкой женской ладошкой, а длинным когтем правого мизинца.

Карта, как карта. Причём, сразу по неровным обрезам нижнего и левого края стало понятно, что это – действительно четвертинка от исходной.

– Моё! – вдруг прорезалось рычание в голосе орчанки. – Это –