Состояние Российской Империи - Жак Маржерет

В док. № 3 Е. Витовтов включен в состав комиссии из представителей разных ведомств, наводившей порядок в учете ценностей и денег после восстания москвичей 19(29)–20(30) марта 1611 г. После отъезда В. О. Янова в составе посольства боярина М. Г. Салтыкова к королю в начале октября 1611 г. Е. Витовтов, скорее всего, возглавил Разряд (московский), не имевший тогда какого-либо реального административного значения. Видимо, в июне 1612 г. при последней смене гарнизона ушел из Москвы с Госевским. Автор Нового летописца относит его к числу «изменников» и сообщает о его «злой смерти» в Литве (по другим источникам, он был жив там еще в 1620/21 г.). Его старший брат, Григорий, начинавший карьеру еще в 1599 г. (в Пскове), в 1611–1612 гг. был дьяком Владимирской чети в Первом, Втором ополчениях и объединенном ополчении, а также при Михаиле Романове по апрель 1614 г. (АИ. Т. II. С. 379, 383; Лихачев. Дьяки. С. 538-546, 558-559; АЗР. Т. IV. С. 324, 342, 389; РИО. Т. 137. С. 14; Т. 142. С. 225, 231; ПСРЛ. Т. 14. С. 84, 101; Сухотин. Четвертчики. С. 20; Платонов. Очерки. С. 273–276, 303–305; Любомиров. Очерк. С. 276; Веселовский. Дьяки. С. 94–95; Станиславский. Двор. С. 373, 387; Тюменцев. Смута. С. 554). — В. Н.

345

Василий Юрьев — подьячий Разрядного приказа в июле 1607 г. (составители публикации «Народное движение» вряд ли верно «назначили» его в приказ Казанского дворца вслед за С. Б. Веселовским), не позднее мая 1608 г. бежал в Тушино, где получил дьячество, оставался там и в 1609 г., вошел в «январский» призыв 1610 г тушинцев на службу Сигизмунду III и получил, как и другие, 30(20) марта того же года пожалование на все свои владения. В сентябрьском перечне должностных назначений (датировка Л. М. Сухотина) он написан в Разряд. Судя по его совместной работе с Е. Витовтовым (по крайней мере в сентябре–октябре 1610 г.),

B. Юрьев был вторым дьяком в Новгородском разряде. Он записан в боярском списке 1610/11 г. в разделе «Дьяки по приказам» с двумя пометами: «умре», «написан при Литве». Для понимания особенностей составления этого документа учтем следующее: кроме В. Юрьева помета «написан при Литве» сопровождает еще семь фамилий. В перечне думных дьяков нет ни одного тушинского думного дьяка, получившего назначения от Сигизмунда III (за исключением записанного отдельно печатника и думного дьяка И. Т. Грамотина). Наконец, никакими известиями о В. Юрьеве ни в 1611 г., ни позднее мы не располагаем (Сторожев. Материалы. С. 77, 85–86; Платонов. Очерки. С. 273; Веселовский. Дьяки. C. 592; Народное движение. С. ПО, 468). — В. Н.

346

Князь Иван Иванович Шуйский — младший из пяти братьев Шуйских. Служебную карьеру начал стольником в особом дворе Ивана IV в конце 1570-х гг., принимал участие в дворцовой борьбе 1585–1587 гг. и был сослан с братьями (кроме Андрея) в Галич. Прощен ок. 1590–1591 г., в составе государева двора стал московским дворянином, не позднее апреля 1598 г. ему было сказано боярство. В 1600 г по доносу своих холопов вновь попал в опалу (без конфискации имущества, но с лишением боярского чина). Был прощен, видимо, еще до вступления в Москву Лжедмитрия I в июне 1605 г., а вскоре вместе с двумя старшими братьями вновь обвинен в злоумышлении на нового царя («Димитрия Ивановича») и измене ему. Сослан, прощен и возвращен с братьями в столицу к концу 1605 г. Участвовал в успешном заговоре В. И. Шуйского в мае 1606 г. После убийства Лжедмитрия I и вступления на престол старшего брата Василия возглавил Стрелецкий приказ. Активно участвовал в действиях против болотниковцев в 1606–1607 гг. и войск Лжедмитрия И в 1608–1609 гг., но военная удача посещала его совсем нечасто. В царских походах (на Тулу в 1607 г., против тушинского вора в 1608 г.) занимал пост первого дворового воеводы в царском полку. Арестован при низведении с царского престола Василия Шуйского с конфискацией недвижимости и практически всего имущества (П. Борковский в грамоте в королевский лагерь писал, что «Шуйских так обобрали, что они едва остались в платьях, которые на себе имели»). Увезен с братьями в Речь Посполитую гетманом Жолкевским (в нарушение специального соглашения с Думой, запрещавшего их вывоз за границы России), он единственный из трех братьев выжил в плену и вернулся в Россию в 1619 г. после заключения Деулинского перемирия, но заметной роли в политике не играл. Умер в феврале 1638 г. В док. № 2, 3 речь, в том числе, идет о конфискованных деньгах и ценностях Шуйских в связи с раздачей жалованья наемникам. О кн. боярине Д. И. Шуйском см. коммент. 192 в первом разделе наст. издания. — В. Н.

347

Гривенка — мера массы (веса) в XII–XVII вв., равнялась 96 золотникам или 405,51 г (т. е. равнялась фунту). Золотник равнялся 96 долям или 4,2666 г. — В. Н.

348

Стамбред — дешевые сорта шерстяной косонитной ткани. — В. Н.

349

Багрец — очень дорогое, тонкой выделки сукно, ценившееся также за окрас: багрецом называли самый яркий и густой красный цвет с просинью (без огненного отлива). — В. Н.

350

«Слуги княжате Збораскому» — имеются в виду слуги кн. Христофора Збаражского, одного из видных военачальников в армии Сигизмунда III под Смоленском. Перевод стоимости вещей (взятых на Казенном дворе слугами князя для своего господина) П. Борковским на себя говорит о его близких отношениях с этим магнатом. Эпизод частный, но характерный: московским добром попользовались не только участники похода Жолкевского, но и те, кто оставался под Смоленском, имея неформальные связи с польско-литовскими командирами в Москве (слуги побывали в столице, видимо, где-то в конце февраля — начале марта 1611 г.).

Эту запись с упоминанием дьяка Ивана Чичерина трудно точно датировать. Скорее всего, она относится ко времени до мартовского восстания москвичей. Почему Иван Чичерин и Евдоким Витовтов именуются здесь просто дьяками, а не думными — объяснить не умеем. Тем более, что в близких по времени официальных