Поездка в Америку - Лиана Маргива

На следующее утро Эммануэль сказал:

— Я отвезу вас домой, потом поеду по делам в другой город, как только вернусь, позвоню, хочу отвезти вас в Атланту, в музей, показать самые красивые места.

Анита обрадовалась.

— Буду ждать когда вы вернетесь.

— Мне хорошо с вами, а вам хорошо со мной? — спросил он и посмотрел ей в глаза.

— Да, хорошо, — ответила девушка и улыбнулась.

Его нежный взгляд, то, с каким теплом он произнес эти слова, запали ей в сердце.

Подъезжая к дому, Анита подумала, что, может, стоит выйти из машины не у самого дома, а чуть раньше, чтобы друзья Алекса, которые собирались приехать ночью, не видели ее с мужчиной, не поняли, что она у него ночевала.

— Остановите, пожалуйста, здесь, — попросила она.

— Почему? Вы не хотите, чтобы я подвез вас до дома? Не хотите, чтобы нас видели вместе? — спросил Эммануэль строгим голосом.

Анита растерялась.

— Нет, просто так, уже близко, я могу пройти пешком.

— Я хочу, чтобы вы объяснили, почему я не могу подвести вас до дома? — повторил он сухо.

— Я сказала просто так, я извиняюсь, — растерянно прошептала Анита.

— Вы не хотите, чтобы нас видели вместе? Почему? Мне нужно объяснение.

— Нет, не из — за этого, — еще больше растерялась Анита.

Какое — то время оба молчали, потом Эммануэль сказал ледяным голосом:

— Мне пора ехать.

— Поцелуйте меня, — Анита приблизила к нему лицо, желая убедиться, что ничего не случилось. Эммануэль поцеловал ее в щеку бесчувственными холодными губами.

Анита почувствовала всем сердцем, что произошло что — то ужасное, оборвалась едва наметившаяся между ними связь. Холодное прикосновение его губ проникло в самую глубину ее сердца, она помрачнела, постаралась выдавить из себя улыбку, но у нее не получилось.

Анита вышла из машины разбитая, раздавленная, словно на нее упал тяжелый камень. Она шла домой грустная, не чувствуя под ногами земли, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться.

— Что случилось, почему у тебя такой печальный вид? — спросила Инна, как только Анита вошла в дом.

Анита рассказала ей все.

— Ему это очень не понравилось, я чувствую, он мне больше не позвонит, — вздохнула Анита, с трудом сдерживая слезы.

— Из — за такой мелочи он не может оставить тебя, — успокаивала ее сестра.

— Нет, это не так, я видела, как он оскорбился, сердцем чувствую, что потеряла его, он вдруг стал совершенно чужим. Почему он обиделся, что такого ужасного я сказала? Ты думаешь, он позвонит мне еще? — спрашивала она тревожным голосом, — не может же он оставить меня только из — за того, что я хотела выйти из машины, не доезжая до дома из — за ваших гостей?

— Гости передумали, не приехали.

— Значит, все это произошло совсем зря, — застонала Анита.

— Не переживай из — за пустяка, конечно, он тебе позвонит.

— Пойду на улицу, может мне станет легче, слишком тяжело на душе, хочется плакать.

Анита долго ходила по улицам. Строгий голос Эммануэля звучал у нее в ушах.

Резкая перемена в его голосе, в его словах глубоко ранила ее. Она старалась успокоиться, вновь и вновь думала о том, что ничего ужасного не произошло, но сухой тон любимого голоса накрывал ее сердце льдом.

Весь день Анита ходила грустная, и сколько бы сестра ни старалась развеселить ее, у нее ничего не получалось.

Как только стемнело, девушка пошла к себе в комнату под предлогом, что хочет спать. Она проснулась глубокой ночью от тяжести бесконечных мыслей, оправданий, казалось, еще немного и голова разорвется. Анита достала одну из своих тетрадей и бесшумно вышла на балкон. Электронные часы на столе показывали цифру два.

Она раскрыла тетрадь и стала писать под лунным светом.

«Эммануэль, мне не хватает английского, я не могу высказать все, что у меня на душе. Я только надеюсь, что без слов вы догадались, увидели в моих глазах, насколько я люблю вас. Да, я люблю вас всем сердцем, всей душой, иначе как бы я осталась у вас на ночь на нашей второй встрече.

С той самой минуты, когда вы открыли дверь для меня в кафе, вы проникли в самую глубину моей души, я не знаю, как это случилось, но это правда…»

Она просидела всю ночь на балконе, вспоминая каждую мелочь, голос Эммануэля — такой душевный, такой нежный, его взгляд, тепло его рук, и тут же возник его холодный, суровый голос в машине.

Анита наполнила свою душу им, выгнав из нее все, что не имело к нему отношения. Теперь, когда она могла потерять его, она еще больше осознала, как он ей дорог.

- 4 -

Ее пугала неизвестность, сердце подсказывало, что он может отвернуться от нее с такой же легкостью, с какой появился в ее жизни. Только она была уже не та, что прежде, она любила его безумно. Ей не хватало его каждую секунду, он был нужен ей как воздух.

В течение дня Анита несколько раз звонила сестре, спрашивала, не объявился ли Эммануэль. Звонка от него не было, и она страдала еще больше.

Вечером, сидя на балконе с Инной, Анита вдруг вспомнила, что Эммануэль должен был уехать в другой город. В глазах вспыхнул огонь, к ней на время вернулось желание жить дальше.

— Как я могла забыть, он ведь сказал, что уедет в другой город на два дня, а когда вернется, заберет меня в Атланту, покажет мне какой — то музей.

Сколько я выстрадала, и все зря! Какое счастье, что вспомнила об этом, иначе бы умерла от горя, от страха потерять его. Теперь я снова счастлива, — говорила она, смеясь.

— Он не может оставить тебя только из — за того, что ты не хотела, чтобы он подвез тебя до дома. Он мужчина и должен понимать такие вещи. А если он тебя оставил, значит, у него к тебе нет никаких чувств, и эта причина притянута за уши, — предположила Инна.

— Какая — то сила внутри тянет меня к нему. Хочу его видеть каждую минуту, каждую секунду, наверное, я бы и тогда не насытилась его присутствием, если бы была такая возможность. До сих пор не могу поверить, что осталась у него ночевать на второй день нашего знакомства, никогда бы не поверила, что способна на что — нибудь подобное. У меня такое чувство, будто я всю жизнь его знаю, всю жизнь его люблю, всю жизнь он