Девиант - Вова Бо

просто охренительное количество духовного добра. Оружие, артефакты, зелья, карты способностей, расходники, редкие ингредиенты. И я уж не говорю про возможность быстро прокачаться, ты же видел чумных? Мобы для битья. А если еще и в угодья охотников податься, там у них вообще рай. После такой ходки можно будет еще несколько лет жить сыто и припеваючи, если удастся одолеть тварину. Пришли.

Опять эти охотники. Походу, что-то опасное, не зря меня тревожила карта с призывом этого самого охотника. Что-то вроде местного босса? Но он сказал охотники — во множественном числе. Надеюсь, перед их угодьями есть вывеска или транспарант, чтобы случайно не забрести на частную собственность.

Лагерь ребята подобрали грамотно, видно, что не первый раз в таких делах участвуют. Судя по надписям — здание музея с толстыми колоннами на входе и обшарпанной лестницей. Воздух затхлый и пропитан пылью, темно и прохладно от сквозняка. Значит, есть запасные выходы.

Мы поднялись на второй этаж, где парни расположились в древних, но хорошо сохранившихся креслах и диванчиках. По центру стоял вычурный стол с красивой резьбой, который сейчас был завален всяким хламом.

— Мы уже прошлись по окрестным точкам спауна лута, — произнес Кирпич, — но в основном хлам нашли. Ты, наверное, голодный? В той коробке немного консервов и воды, последнюю экономь.

— Спасибо, перекусил уже. Что такое спаун лута?

— Спауны — точки появления, местный жаргон. А лут, ну как бы тебе объяснить? Видел карты же? Предметы из карт? Твоя экипировка, например, гончая, посох.

— Ну, — я уселся в наименее пыльное кресло.

— Смотри, — он внезапно развернулся и поднял небольшую табуретку, украшенную самоцветами и резьбой. — Как думаешь, если я ударю Фарадея этой табуреткой со всей силы, ему будет больно?

— Если по голове, то и больно, и долго.

— Отлично, — ухмыльнулся Кирпич.

А затем с размаху обрушил табурет прямо на затылок спокойно сидящего седого. Грохот, шум, табурет в дребезги, во все стороны летят ножки и оторванные доски. А Фарадей даже не шелохнулся, словно вообще не заметил удара.

— Поверь, тебе бы тоже ничего не было, — произнес Кирпич. — Забудь все, что ты знал о мире. Законы физики здесь вывернуты наизнанку и работают как хотят. Все, что ты видишь вокруг, просто фальшивые декорации. Если предмет не наполнен духовной силой, то он не имеет ценности. Еду моментально выблюешь, как и воду. Если на тебя упадет стена дома, то ты только отряхнешься и чихнешь от пыли. Свечи не горят, оружие не стреляет, меч ломается, словно он из говна сделан, а не из стали. Значение имеют лишь вещи, напитанные духовной силой. Которые либо достаются из карт судьбы, либо могут быть в них помещены. Это и называется лутом.

Словно демонстрируя свои слова, он показал мне пустую карту, как та, которую я очистил. Кирпич приложил ее к обрезкам арматуры, лежащим на столе, провел пальцем по карте, и они исчезли. Зато появилась картинка той самой арматуры, правда с надписью «металлолом».

— И как понять, где хлам, а где лут? — спросил я, пытаясь подавить удивление.

— Научишься, — улыбнулся Кирпич. — Это не трудно, с опытом приходит.

Вот тебе и недостающая информация о мире. Хотел понять, что я упускаю, а теперь получается, что я и основ-то не знал. Поистине безумный мир, в котором все вывернуто наизнанку. Я даже пощупал кресло, в котором сидел. Вроде как обычное, вполне материальное.

Ладно с упавшим на тебя домом, хотя верится с трудом. А если сам упал с того дома? Гравитация? Голод? Обезвоживание? Старость в конце концов, болячки там всякие? Или тут все вообще бессмертные?

— И, как ты понимаешь, по пустым домам много добра не насобираешь, — продолжал Кирпич, а я чувствовал, что мы подходим к сути дела. — Все это не то, ради чего стоит рисковать шкурами. А вот охраняемые точки спауна уже интересней. Там можно разжиться и оружием, и припасами. А затем уже… — Он замер, делая вид, что задумался. — Я буду с тобой честен, Деви. Ты тот самый случай, который украл у хряков колоду. Не напрягайся ты, братка, мне твои карты не нужны. Скорей всего все самое полезное уже на тебе. Сколько зарядов в посохе? Десять? Вряд ли у тебя есть тот же аспект в характеристиках, что и в оружии. А значит ты тратишь в лучшем случае по два заряда на заклинание. А фамильяр? На два дня небось? Или это третий ранг? Тогда три, получается. Опять же, вряд ли у тебя есть демонический аспект, до пятого уровня ты еще не мог добраться. Понимаешь, к чему я клоню?

— К тому, что за три дня я отсюда не выберусь?

— Даже за тридцать три. Но, — Кирпич очень наставительно поднял палец, а мы подошли к сути. — За эти три дня можно аккуратно пройтись по угодьям охотников и набрать столько добра, что, хватит и чертоги пройти, и на жизнь останется. Понимаешь, братка? Твоя колода, мои навыки, да наша опытная команда. Все в шоколаде будем. Начнем с чего попроще, пройдемся по локациям Чертогов, там противники не сильные будет. Поднатаскаем тебя малеха, а дня через два уже и зеленые угодья найдем.

Он выжидательно смотрел на меня, а я переваривал услышанное. Ублюдку я ни на йоту не верил. Говорил он складно, да мимо. Карты кошкодевочки ему тоже были не нужны. Да только при ней их не оказалось. А ведь я даже когда оставил щит возле башни, сама карта никуда не делась.

Возможно, эта Фауни, как он ее назвал, сидела в этом же самом кресле и слушала похожую историю. Только вот шоколада я возле ее трупа не заметил. Кстати, это объясняет, почему на кресле так мало пыли. Ну что тут еще сказать?

— По рукам, — улыбнулся я. — Но у меня еще много вопросов.

— Ну разумеется, — обрадованно воскликнул Кирпич, а остальные радостно закивали. Пухляш, как там его, Бледный, даже от консервы оторвался ради общего восторга. — Мы пока еще осматриваемся, выжидаем. Так что время побалакать есть.

— Расскажи о том, что будет после Чертогов, — произнес я самый важный вопрос за сегодня. — Я смогу вернуться?

— Э, нет, братка, — развел руками Кирпич. — Ты же случай, а значит помер там, в своем мире. Как и я в свое время. Из Чертогов только одна дорога, в город Душ. Стремное местечко, должен признать. Но если есть кости, то есть деньги, то жить можно очень хорошо.

— А название у города есть?

— А как же? Вавилон.

— Вавилон? — скептически переспросил я.

— Вавилон, — кивнул Кирпич. И не врет,