Куколока - Владимир Васильевич Радимиров

— А-а-а! — взревел он яро, на ноги подхватываясь, — Кто ты такая, ведьма проклятая?!!!

Подскочил он живо к стоявшему Куколоке да и сорвал у него с лица тёмный намордник. А Куколока до того дебильную рожу ему скроил, каковых у него не было, когда он и взаправду дураком-то был.

Увидав заместо пленницы-красавицы незнаемую им харю, ажно попятился назад гад Песиглавец, а затем слюну он сглотнул насилу и Куколоку вопросил сипло:

— Ты кто такой, идиот? И где жертва моя, Узора?

Стянул тогда усилок с себя балахон ненужный, ноги широко расставил, руки в бока упёр и таково рёк:

— Это ты у меня сейчас жертвою станешь, собачья морда! Меня зовут Куколока, и я пришёл взыскать с вас, с чертей, должок!

Музыка тут опять поменялася — с дурашливой на ярую, ну а Песиголовец побагровел аж на харю и злобно рявкнул:

— Ну что ж, ангелов Куколока — давай бороться! Я тебе сломаю все кости, незваный ты гость!

Подскочил он живо к стоявшему парню и что было силы за торс его руками облапил. Ну и Куколока, вестимо, столбом там стоять не остался и так вражину наглого в тисках ручек своих сжал, что у того аж рёбра все затрещали.

Недолго они этак топталися: взметнул наш силач противника громадного себе на плечи, а потом на руках его поднял, как следует раскрутил и… в тот же угол его зафинтил, куда он и ранее укатился.

Заревел Песиголовец от ярости и боли, поднялся, шатаясь, на ноги да… сызнова на Куколоку и бросился. Но едва лишь приблизился к нему он вплотную, как тот размахнулся и кулаком по лбу его ухнул.

Удар получился воистину бронебойный! Шмякнулся зверолюдь на спину мешком — и дух поганый с него вон!

Обыскал победитель поверженного врага и нашёл ключ от подвала, на шее у него обретавшийся. Спустились они с Узорою в глубокий подвалище каменный, глядь — булава на стене висит, сделанная из сверкающего металла, оружие волшебное супротив Пёсьего братца. Забрал Куколока булаву с собою, а потом тело Песиголовца на костре он сжёг, и пепел его чёрный по ветру развеял.

Да и говорит спасённой им деве:

— Оставайся, Узоро-краса, покамест в этом месте. Ты тут будешь в безопасности, ну а я сестёр твоих подамся искать…

Вышел он из замка, клубок путеводный на землю кинул и далее себе двинул. И захотелось ему оружие добытое испытать. Видит Куколока — у дороги камень лежит громадный, размахнулся он да булавою по нему как даст! Разлетелся каменище великий в прах от сего удару, и лишь пыль обильная от него там осталася. «Да, — обрадовался силач, — оружие это против нечисти доброе, и мне оно подходит полностью!»

И вот идёт он, идёт и через времечко изрядное замаячили там горы невысокие с холмами, а затем и вовсе крутняк утёсный начался. И промеж тех гор дерева росли необъятные, безлистные сплошь, как и положено было в местах этих адских.

Видит тут Куколока — дерево растёт на взгорке, середь прочих особенно громадное, а на верхушке его устроено оказалось гнездо, тоже, вестимо, не малое. И слышит витязь удивлённый, что птенец в гнезде пищит встревожено. Пригляделся он получше — мамочка родная! — ползёт вверх по стволу змеище огромный, на удава видом похожий…

«Это он птенца, видимо, сожрать хочет! — догадался враз Куколока, — Надо мне будет этому воспрепятствовать…»

Сунул он клубочек себе в карман, к дереву затем скоренько подбегает, да этого удавища за хвост-то — цап! И вниз его потянул неслабо. Зашипел хищник пекельный громогласно, на Куколокино нахальство завозмущался, а лезть-то далее и не может — фигушки, как говорится, макушки! Силушка ведь у дурака когдатошнего совсем не та, что была давеча — наипервейший же он ныне силач, как иначе-то!

Подался тогда змей назад и принялся быстро спускаться, а потом взял и напал на птенцова спасателя, оплетя тело его кольцами своими ужасными. Стал он богатыря жать да давить, норовя очевидно весь дух из него повыдавить — да не тут-то было! Ухватил усилок змея за шею его толстую, а потом взял и оторвал ему голову на фиг, а когда враг убиённый кольца давящие ослабил, то размотался Куколока от них, затем за хвост змеюку схватил и раскрутил его над собою, словно пропеллер. Да — сь-сь-сь-сь! — зашвырнул его в такую высь да даль, куда сам макар телят не гонял.

И тут он смотрит — птенчик из гнезда сторожко выглядывает. Да какой там птенчик — птенчище, птеняга! — огромный такой комок беловатый ростом с собаку-волкодава.

— Спасибо тебе, человек не адовый, что меня ты спас от удава! — запищал птенец радостно, — За это папа с мамою тебя наградят!..

А тут и вот же они — легки на помине! Такущие здоровущие два орла с верхотуры вниз спикировали, что Куколока ажно поразился. Крылья у этих громадин метров в семь были шириною, а цвет перьев у них был золотой. Хотели они явно когтями хватать нашего спасателя, да тут птенец им заорал, чтобы они это делать завязывали. Так, мол, и так, завопил он, тата с мамою — этого парня вы не хватайте, ибо он меня от змея спас!

— Ах, вот оно что! — восклицают тут орлы хором, и далее говорит папа-орёл: А то мы смотрим — змей по воздуху летит безголовый, и не иначе как от нашего гнезда. Думали, что это Птицеголов коварный сынка нашего хочет украсть…

И поведали они Куколоке вот что: у них-де с этим Птицеголовом вражда уже тыщи лет длится. Ни он их, ни они его не могут победить. Так этот мерзюка чего тогда удумал-то? Птенцов ихних, подлюга, ворует! Уже незнамо сколько птенчиков он, гад, сожрал, и они три тыщи лет птенцов на крыло не поднимали…

Поблагодарили родители сердечно Куколоку, а потом орлица перо золотое у мужа своего с башки выдёргивает и парню его подаёт.

— Это не простое перо, а волшебное, — кидается она в пояснения, — воткни его себе в волосы, и приобретёшь ты враз твёрдость руки и зоркость глаза. Тебе сии качества возможно понадобятся. Таков тебе от нас подарок за спасение нашего сынка.

Воткнул Куколока перо золотое себе в лохмы, и в тот же миг будто очи себе настроил: до того он вдруг сделался зорок, что