Полководцы Победы - Леонид Михайлович Млечин

командование Приморской армией, эвакуировал ее из Одессы в Крым. Бои шли ожесточенные. Севастополь немцы штурмовали боевыми группами при поддержке саперов, артиллерии и под прикрытием авиации. Части Красной армии были измотаны, заканчивались боеприпасы. 250 огненных дней и ночей продолжалась героическая оборона Севастополя. В июле 1942 года части Красной армии оставили город. Но генерал Петров вернется, чтобы освободить Крым!

Малая Земля

Десант на Малую Землю под Новороссийском во времена Леонида Ильича Брежнева превратили в едва ли не главное событие Великой Отечественной войны. В результате к Малой Земле стали относиться с некоторой иронией. А ведь это была тяжелейщая битва, участники которой достойны восхищения. Более того, Малая Земля – часть сражения, определившего исход войны.

Война требовала доступа к жизненно важным ресурсам – прежде всего к нефти. Летом 1942 года Адольф Гитлер распорядился начать наступление вермахта на юге. Для начала он собирался захватить Кавказ и получить бакинскую нефть. А захватив Советский Союз, Гитлер намеревался продолжить наступление на Ближний Восток и Северную Индию с баз в Северной Африке, Турции и на Кавказе.

Турция приобретала стратегическое значение как ворота на Ближний Восток. По Новороссийско-Сухумскому шоссе командование вермахта предполагало добраться до турецкой границы. Так что боевые действия на юге приобрели стратегическое значение.

Ключевую роль в тех боях сыграл Герой Советского Союза генерал армии Иван Ефимович Петров, талантливый полководец с очень трудной судьбой.

Маршал Андрей Антонович Гречко, который после войны станет министром обороны, справедливо заметил: «Генерал Петров – талантливый военачальник, но скромный человек».

В ночь на 28 декабря 1942 года новый начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал пехоты Курт Цейцлер доложил Гитлеру: «Если теперь не отдать приказ об отступлении с Кавказа, то вскоре нам придется пережить второй Сталинград».

Но Адольф Гитлер еще надеялся, что вермахт удержится на Кавказе и захватит грозненскую и бакинскую нефть, а затем доберется и до ближневосточной. Все его планы рухнули, когда в январе 1943 года Красная армия начала Северо-Кавказскую операцию. Задача: разгромить немецкую группировку и освободить временно оккупированный Северный Кавказ.

В первых числах февраля 1943 года Черноморскому флоту и Азовской военной флотилии поручили провести отвлекающую операцию в тылу немецких войск. Флотилией командовал тогда еще контр-адмирал Сергей Георгиевич Горшков, который станет дважды Героем Советского Союза, заместителем министра обороны и главнокомандующим Военно-морским флотом страны. Черноморским флотом командовал вице-адмирал Филипп Сергеевич Октябрьский.

В районе Мысхако на западном берегу Цемесской бухты (юго-западнее Новороссийска) в ночь на 4 февраля 1943 года высадили десантный отряд под командованием майора Цезаря Львовича Куникова, который до войны редактировал заводскую многотиражку. Он всегда хотел стать моряком и в 1928 году поступил в Высшее военно-морское училище имени М. В. Фрунзе в Ленинграде. Но заболел и был отчислен из училища. В войну он добровольцем ушел на фронт, командовал дивизионом сторожевых катеров Азовской военной флотилии, 305-м отдельным батальоном морской пехоты в составе Черноморской группы войск.

Двести шестьдесят морских пехотинцев – все это были добровольцы! – высаживались прямо в ледяную воду. Потери были большие. Но бойцы зубами вцепились в захваченный плацдарм на берегу Цемесской бухты южнее Станички и закрепились. Тем временем главную операцию отложили, а десант продолжал упорно удерживать плацдарм, который окрестили Малой Землей и который приобрел важное значение. Но все немецкие силы обрушились на десантников.

Генерал Петров приказал: «Используя захваченный плацдарм, полковнику Гордееву свой десантный отряд последовательно сосредоточить в районе Станичка… В последующем по мере наращивания сил десанта штурмовыми группами очищать город Новороссийск».

На Малую Землю перебросили две стрелковые бригады, бригаду морской пехоты, полк десантников, истребительно-противотанковый полк. 12 февраля Цезарь Куников был ранен в бою и через два дня умер. Посмертно он отмечен званием Героя Советского Союза. Командование вермахта констатировало: «Под Новороссийском в начале февраля 1943 года наши войска потерпели неудачу: противник пересек Цемесскую бухту и сумел закрепиться на западном берегу бухты южнее города. Несмотря на все усилия, немецким войскам так и не удалось сбросить противника назад в море; более того, русские смогли продвинуться к горе Мысхако».

Командовал 18-й армией генерал Константин Николаевич Леселидзе, артиллерист по военной специальности. Для него война началась в июне сорок первого под Брестом. Полковник Леселидзе был начальником артиллерии 50-й армии, участвовал в боях под Москвой. В битве за Кавказ командовал корпусом. В марте 1943 года получил под командование армию, которая занимала крайний левый фланг фронта.

Генерал-майор Давид Иосифович Ортенберг, ответственный редактор «Красной звезды», приехав на Северо-Кавказский фронт, отправился на командный пункт 18-й армии. Член Военного совета армии генерал-лейтенант Семен Ефимович Колонин отвел редактора главной военной газеты к командующему армией генерал-полковнику Леселидзе. «Я увидел худощавого невысокого роста генерала с выразительным лицом и блестящими умными глазами кавказца, приветливого и улыбчивого», – вспоминал Ортенберг. Леселидзе рассказал о ситуации на плацдарме. Ортенберг захотел увидеть все своими глазами. Плацдарм – голый мыс площадью 30 квадратных километров. До войны здесь выращивали виноград, из которого делали шампанское «Абрау-Дюрсо». Весь плацдарм просматривался противником, который занимал господствующие высоты. Поэтому войска упорно зарывались в землю. Немецкая авиация утюжила плацдарм. Снабжение было крайне тяжелым делом. Кормили бойцов два раза в день – под утро и поздно ночью, когда немецкая авиация не летала. Пополнение, патроны и снаряды, продовольствие и даже белье (на Мысхако стирать и развешивать белье было невозможно) десанту доставляли рыбацкие сейнеры и мотоботы из Геленджика. Переправлялись ночью, когда немцы ничего не видели и потому не стреляли.

Перед рассветом командующий армией и редактор «Красной звезды» спустились к берегу, чтобы плыть назад. Но поднялось волнение, сторожевой корабль не мог пристать к берегу. Ждали сейнер, который должен был забрать раненых – человек пятнадцать. Начался обстрел – падает одна мина, другая…

Вдруг раздался голос:

– Товарищи, защитим нашего командующего!..

Высокий сержант с забинтованной рукой, подвешенной на косынке, бросился к Леселидзе и встал к нему спиной, лицом к рвущимся немецким минам.

Раненые бойцы подбежали, вспоминал Ортенберг, и окружили их плотной стеной:

«Не знаю даже, как передать то, что я почувствовал и пережил тогда. Что же это такое? Раненые люди. Преданность родине и самоотверженность они уже доказали пролитой на поле брани кровью… Какие же нужны слова, чтобы оценить самопожертвование этих людей, кинувшихся в минуту опасности к своему командующему прикрыть его своей грудью?

Такие же мысли пронзили и генерала Леселидзе. Об этом он мне потом сказал. А в тот момент командарм скомандовал резко и твердо, словно рубанул:

– Кто разрешил?! Рассредоточиться!.. Лечь…

Мы и сами легли рядом с ними, взволнованные, потрясенные…»

Леонид Ильич Брежнев дважды побывал на Малой Земле. Один раз сопровождал группу московских партийных работников, в другой – приехал вручать партийные билеты и награды. Но и эти поездки были опасными.