Дар - Зинаида Порох

с жизнью и смертью меня не касаются, — нахмурилась Фаина. — Мне своих забот с кланом хватает. Когда Арина вышла замуж и немного утихомирилась, я только обрадовалась и далее мало ею интересовалась. Знаю только, что твоё рождение она не пережила. Не ведаю и то, почему она закрыла твой дар. Это всё дела вашего рода. И вернётся ли твой дар к тебе, теперь зависит только от Арины. Я лишь помогу вам встретиться.

— Как — встретиться? Она же умерла! — растерялась Лара.

— Какая ты ещё юная и неискушённая! — вздохнула Фаина. — Даже жаль тебя портить. Но делать нечего — пора тебе уже умнеть, Лара, и становиться жёсткой. А то пропадёшь, попав в пасть кому-то охочему до чужого добра. Или — по наивности — станешь для нас, Хранителей Покона, источником новых неприятностей. Как, впрочем, для себя и для людей.

Смерти нет, милочка. Есть разные формы жизни — в том или ином теле. И разные формы материи. Или же энергии.

— И в какой… форме сейчас моя мама? — растерялась Лара.

— Сама увидишь. Я той стороной не распоряжаюсь и предсказать ничего не могу, — сказала Фаина.

— А что — дар мне обязательно надо вернуть? Я что, ведьмой стану? — растерялась Лара.

Она ожидала неких пассов, советов, в крайнем случае, но такое….

— Ведьмой или ведуньей это уж тебе выбирать. Но я не думаю, что из тебя получиться ведьма, — усмехнулась та. — Как говорят — харизма не та.

Ой, — зябко поёжилась Лара — её уже бил мандраж. И от встречи, и от того, что она принесёт.

— А вот трусить не надо, — повысила голос Фаина. — Иначе ваш контакт может сорваться. Там всё очень тонко и неустойчиво. Это не наш материальный мир…

— Хорошо, — взяла себя в руки Лара. — Не буду бояться. Это же моя мама, она не причинит мне худого. Так ведь? В любой форме. И знает, что для меня лучше…

— Правильно мыслишь, деточка. Итак, начинаем сеанс потусторонней связи! — поднялась с лавки Фаина.

Глава 11

Арина

Что сделала Фаина дальше, Лара не заметила — слишком она была взволнована. Может, та совершила некий пас или тихо произнесла какое-то слово, но вдруг посреди комнаты появилась фигура.

Эта женщина в тёмном одеянии с длинными пышными волосами, была очень похожая на Лару. Только её лицо было грустным, глаза потухшие, а уголки губ печально опущены. Она стояла неподвижно, опустив взор.

— Асмодина-Аралия-Арина! — громким голом сказала Фаина, женщина, вздрогнув, подняла на неё глаза.

И тут Лара заметила, что Фаина теперь совсем другая. Это была высокая женщина с гордой осанкой, одетая в белую римскую тогу и золотые плетёные сандалии. Её русые волосы, украшенные золотой тиарой, были уложены в причёску из тугих завитков. При взгляде на неё вспоминались греческие скульптуры богинь из музеев.

— Одна из владеющих силой, живущая в мире теней, я снимаю с тебя печать молчания! — объявила Фаина.

И женщина посреди комнаты, сделав глубокий вдох, будто отмерла, а взор её синих глаз обвёл комнату.

— Доченька! — глухо вскрикнула она, увидев Лару.

— Мама! — отозвалась та, бросившись к ней.

Но, не добежав, упала, как подкошенная, будто ударившись о невидимую преграду или откинутая невидимой силой.

Фаина, подав девушке руку и помогая встать, сказала:

— Тебе туда ещё рано, Лара! Забыла предупредить — мир мёртвых и мир живых разделены непреодолимой преградой.

— Я хотела её обнять! — тихо сказала девушка.

— Я бы могла тебе сказать — обниметесь потом, когда обе будете по ту сторону. Но и это вряд ли. У вас с Ариной пока разные дороги, — тихо сказала Фаина.

Арина, тем временем, почтительно склонила голову и глухо сказала:

— О, великая наставница владеющих силой — Фаимгия-Фамия-Фаиэла-Фасия-Фадина-Фания-Фаина, почтеннейшая и мудрейшая из Глав! Хранительница Клана Владеющих Силой в Гишпании, той же Великой Булгарии, той же Хазарии, той же Тмутаракани и той же Кубани! Я, живущая в мире теней, приветствую тебя, о, Хранительница! И склоняю перед тобой свою силу!

— Я также приветствую тебя, пришедшая из тени! — с достоинством ответила Фаина, слегка кивнув ей в ответ. — Здесь твоя дочь, Арина. Я устроила вам встречу потому, что ей нужна твоя помощь. И лишь это заставило меня, нарушив запрет, открыть портал. У вас всего час, Арина!

И Фаина исчезла. Не вышла, а именно исчезла, будто растворившись в воздухе.

Арина смотрела на Лару, а по её бледным щекам текли слёзы. Девушка подошла к ней, встав напротив. Теперь она хорошо чувствовала разделяющую их невидимую границу, от которой веяло леденящим холодом.

— Мамочка, не плачь, я так рада тебя видеть! — тихо сказала ей Лара.

Неужели эта печальная женщина — её мать? Но они с ней действительно очень похожи.

— Мою радость невозможно передать, доченька! — печально вздохнула Арина. — Я ведь думала, что мы никогда не увидимся.

— Почему? Ведь там, — указала девушка на границу, — в ином мире, все потом встречаются. Так говорят.

— Говорят. Но это не о нас с тобой, — вздохнула она. — У нас разные дороги, доченька, Я всё для этого сделала, закрыв от тебя силу.

— Зачем?

— Не хотела, чтобы ты оказалась там, где сейчас нахожусь я, — сказала Арина. — И плакала я ещё потому, что знаю, зачем ты здесь. Тебе нужна твоя сила.

— Я не прошу силу, мама. Мне нужна твоя помощь. Помоги мне защититься от тех, кто открыл на меня охоту. Оказывается, сила, которая от меня скрыта, хорошо видна другим. И она им очень нужна. Так сказала Фаина. А помочь защититься от них можешь только ты.

— У тебя есть моя защита. Её не многие могут преодолеть. А забрать твою силу — ещё меньше.

— А Евдокия?

Арина задумалась.

— Евдокия и раньше-то была сильная ведьма. Ни с кем не считалась. А теперь, небось, ещё больше кровушки напилась. Охоту, говоришь, открыла? — блеснули гневом глаза Арины. — У-у… — произнесла она шёпотом какое-то ругательство. — Ну, погоди, встречу тебя, стерву!

— А та старуха-летунья с красными глазами, кто она? Едва не уходила меня, — пожаловалась Лара. — Если бы мы вовремя с Урала не уехали…

— О таких даже я не знаю. Очень древняя тварь, — покачала головой Арина. — Твоя скрытая сила очень велика, вот и привлекает всяких… — Снова ругательство шепотом. — Когда-то слава об ужасной и непобедимой Арине и её добыче разносилась по всей Гишпа… — горделиво начала Арина. И тут же виновато остановилась: Ой! Видишь, доченька, как крепко засела во мне гордыня? Хотя я в этом не раз каялась.

— Может мне и теперь просто надо уехать из Краснодара? — спросила девушка. — Перевестись в другой