XX век. Уроки истории. 1900-1939 - Егор Станиславович Холмогоров

на советские заводы шли редкие цветные металлы. И большую часть года эти конвои шли на Мурманск. В частности — конвой PQ-16, защищая который погиб легендарный летчик Борис Сафонов, третий участник «гонки» за имя аэропорта. Защищая Мурманскую железную дорогу от диверсантов, погибли и героини повести Бориса Васильева «А зори здесь тихие». Представим себе, что царь проявил ненастойчивость и нерасторопность и дорога не была бы закончена до революции (а значит ее строительство могло быть и не закончено вовсе, или затянулось бы до конца 1930-х)? Стратегическое положение нашей страны в годы Второй мировой войны было бы в этом случае совсем критическим.

«Если Петр I прорубил окно в Европу, то Николай II распахнул дверь в Арктику» говорилось об этой дороге, на которой основывались все арктические возможности России — арктическое грузовое судоходство, базирование Северного флота, западная опорная точка Северного Морского Пути. Собственно вся современная русская Арктика опирается на построенную царскими усилиями в кратчайшие сроки железную дорогу. И в этом смысле комиссар Папанин, даже если бы относиться слишком всерьез в его вклад в развитие Севморпути и не оспаривать советских мифов на эту тему, был только продолжателем дела, начатого императором Николаем II.

Именно в царствование Николая II начата была практическая работа по созданию Севморпути как реального транспортного маршрута. Строго говоря, об этом знал каждый советский школьник из популярнейшей книги «Два капитана», но как-то так получалось, что арктические экспедиции отдельно, а самодержавный царь — отдельно. Между тем, все основные русские экспедиции в арктические моря проходили при поддержке и покровительстве Николая II.

В 1897 году император одобрил финансирование первого русского ледокола «Ермак» (речные и заливные ледоколы были изобретены в России и применялись уже с 1860-х годов, но «Ермак» стал первым в мире морским и арктическим ледоколом). Его придумал адмирал С.О. Макаров, выдвинувший программу «К Северному полюсу напролом» и заинтересовавший идеей Д.И. Менделеева, который увлек проектом министра финансов С.Ю. Витте, доложившего проект царю. Уже в 1899 «Ермак» был спущен на воду.

В царствование императора Николая II русские полярные экспедиции исходили Арктику буквально вдоль и поперек. Большое значение имели плавания барона Толля, прежде всего утвержденная Николаем II Русская полярная экспедиция 1900-1902 годов, гидрографом которой был молодой А.В. Колчак. Толль искал арктический мираж — Землю Санникова, а в результате провела детальное описание побережья Таймыра, сделала тысячи промеров глубин. Колчак разобрался в природе арктического льда, что составляет фундамент нашей арктической навигации. В советское время об этой экспедиции, издание бесчисленных научных результатов которой стоило дороже, чем постройка шхуны «Заря», на которой совершались плавания, принято было рассказывать чрезвычайно глухо из-за огромного значения в ней «проклятого» адмирала Колчака.

Особое значение для русских арктических исследований имела экспедиция контр-адмирала Б.А. Вилькицкого на ледоколах «Вайгач» и «Таймыр» (Забытые герои Арктики 2018). Какое огромное значение придавал ей сам император видно из того факта, что он категорически воспротивился отзыву экспедиции в виду начала Первой мировой войны. Работы продолжались в военные годы до их успешного окончания.

Вилькицкий открыл Землю Императора Николая II, и его экспедиция стала первым прохождением Севморпути с Востока на Запад и первым прохождением этого пути русской экспедицией. Собственно, именно с плаваний Вилькицкого начинается практическая история Севморпути, а пролив Вилькицкого между мысом Челюскина и Землей Императора Николая II стал, по сути, северным аналогом Босфора и Скагеррака — это единственный путь для прохождения Севморпути. Характерно, кстати, что пролив был назван мореплавателем «Проливом цесаревича Алексея». В 1918 году его переименовали в честь самого Б.А. Вилькицкого, причем в советской литературе постепенно потеряли инициалы исследователя-белоэмигранта, так чтобы возникла путаница с его отцом А.И. Вилькицким, против которого у соввласти возражений не было.

Сегодня многие выступают за возвращение «Северной Земле» нареченного ей первооткрывателем имени, а то странно — землю в честь австрийского кайзера большевики не переименовали, до сих пор России принадлежит Земля Франца Иосифа, а вот названная в честь русского царя Земля Императора Николая II исчезла. Вместо нее абстрактная «Северная Земля», мол, занимай кто хочет.

Именно при Николае II Россия приросла арктическими островами, о чем всему миру было сообщено утвержденной царем специальной дипломатической нотой. Эти острова, цепочкой раскинувшись вдоль побережья Сибири составляют систему крепостей, имеющую всё большее значение в эпоху, когда Арктика очищается от льда, а перспективы Северного Морского Пути в качестве глобальной транспортной артерии становятся все более впечатляющими.

Кстати, если бы не свержение Николая II, то в арктическом щите России не зияла бы дыра размером с архипелаг Шпицберген. Император последовательно выступал за принадлежность этой территории России. В 1912 году высочайше утвержденная экспедиция В.А. Русанова обследовала западное побережье архипелага. Позднее Русанов (которого Каверин в «Двух капитанах» характерно переименовал в «Татаринова») пропал в Карском море, а его поиски на гидросамолете Яном Нагурским стали рождением полярной авиации, появившейся, таким образом, при Николае II и при его покровительстве.

«Мог ли в царской России сын крестьянина хотя бы мечтать о том, чтобы стать лётчиком? Конечно, нет» - восклицают левые публицисты. Это утверждение не просто ложно, а анекдотически ложно. Первым русским летчиком был сын крестьянина и внук крепостного Михаил Никифорович Ефимов. Он первым из русских и 31-м в мире получил свидетельство пилота лично из рук Анри Фармана. Незнание этого факта необольшевиком тем более позорно, что Ефимов закончил свою жизнь как красный, его память в СССР была увековечена памятниками, то есть его личность, судьба и происхождение не были засекречены в спецархивах.

Впрочем, немало русских первопилотов из крестьян красные поубивали. Как, к примеру, крестьянина Харитона Никаноровича Семененко, также известного как Славороссов. Вот с чего начиналась его биография:

«Харитон Никанорович родился 11 октября 1886 года в селе Домашлин Черниговской губернии Российской Империи. По линии отца, Никанора Даниловича, происходил из запорожских крестьян-казаков. Из восьми детей в семье выжило только четверо. Когда ему было 5 лет, семья перебралась в Одессу. Отец устроился дворником и получил казённое жильё. Мать, Акулина Логиновна, не выдержав тягот, впала в депрессию, и вся домашняя работа легла на плечи Харитона, как самого старшего из детей…».

И тем не менее, друживший с Ефимовым и еще одним знаменитым летчиком Уточкиным Харитон стал знаменитым летчиком, взяв себе спортивный псевдоним Славороссов.

«В январе 1913 года Харитон Славороссов прибыл в итальянский посёлок Виццола-Тичино из соседней Швейцарии, где участвовал в авиационных митингах. Он хотел приобрести у миланской фирмы «Капрони» пропеллер, который собирался установить на свой «Блерио». Инженер Капрони оценил его способности и пригласил к себе на