Диалог с Богом. История противостояния и взаимодействия человечества с Творцом - Джордан Питерсон

Готовность Аарона-политика пойти на поводу у злых влечений народа сделала израильтян слабыми, уязвимыми и даже презренными в глазах врагов: «Моисей увидел, что это народ необузданный, ибо Аарон допустил его до необузданности, к посрамлению пред врагами его» (Исх 32:25). Описывая разрастание популизма, губительного, точно разъедающая язва, нарратив указывает на фундаментальную проблему истины или даже общественного договора, возникших из простого единодушия – и не согласованных с внутренне структурированной всеобъемлющей реальностью или априорным космическим порядком. Столп традиции, укорененный в земле; ось, вокруг которой вращается весь мир; нерушимый центр, который должен был оставаться неприкосновенным, – все это вырвано с корнем и заменено инфантильным адом гедонистической анархии:

Все шире – круг за кругом – ходит сокол,

Не слыша, как его сокольник кличет;

Все рушится, основа расшаталась,

Мир захлестнули волны беззаконья;

Кровавый ширится прилив и топит

Стыдливости священные обряды;

У добрых сила правоты иссякла,

А злые будто бы остервенились.

Без указаний Моисея и объединяющего столпа животворящей традиции израильтяне решают прославить то – и поклониться тому – что почти сразу же делает их безответственными и слабыми и выставляет на посмешище для потенциально смертоносных врагов. Явный признак гедонистического ликования – непочтительного, пьяного веселья – виден и в поклонении израильтян золотому тельцу: «Но [Моисей] сказал: это не крик побеждающих и не вопль поражаемых; я слышу голос поющих» (Исх 32:18). В иных переводах смысл фрагмента передается так:

И сказал Моисей: «Это не голос вступающих в битву и не голос кричащих о поражении: я слышу голос предавшихся возлияниям» (Brenton Septuagint Translation)

Но Моисей ответил: «Кричат они, похоже, не о том, что выиграли или проиграли битву. Скорее, дикой оргии подобны эти звуки!» (Contemporary English Version)

Моисей ответил: «Это не крик победителей и не плач проигравших. Я слышу шум гульбы» (God’s Word Translation)

Но он сказал: «Не победителей я слышу и не побежденных, а тех, кто любит шумные пиры» (New Revised Standard Version)

Этот внезапный упадок израильтян представлен как опасность для их выживания. В политике, оторванной от традиций, не только начинают господствовать беспечные прихоти – но прихоти худших из меньшинства. Это явный знак: когда умолкает голос, зовущий к высшему, – к цели, которой сложно достичь, – поднимают крик самые инфантильные и неуправляемые, требуя власти. А можно ли предположить иной исход? Регресс легче и вероятнее прогресса, и идти к энтропии легче, чем от нее – даже если последнее определяет саму жизнь.

Моисей призывает тех, кто остался верен Богу, присоединиться к нему у лагерных ворот (Исх 32:26). Левиты собираются под началом своего вождя и Финееса, сына Аарона, а затем решают убить около трех тысяч неверных израильтян (Исх 32:28). Какова была их доля от общей численности населения, неясно. Когда Иофор советует Моисею разделить народ согласно иерархии ответственности, они распределяются по группам из десяти, пятидесяти, ста и тысячи человек, так что их вполне достаточно, чтобы сформировать множество групп из тысяч. В двенадцатой главе говорится о шестисот тысячах человек (Исх 12:37) – и, возможно, евреев примерно два миллиона; о том же, по сути, говорит книга Чисел (Чис 1:46; Чис 11:21). Некоторые считают, что это существенное завышение, предлагая вместо этого цифру, близкую к тридцати тысячам. Однако даже если принять последнюю оценку, то три тысячи убитых – это все равно малая доля.

В дальнейшем еще сильнее подчеркивается то, что политическую сферу, утратившую свое единство с профетической сферой и областью традиций, – либо свое правильное место в иерархии этих сфер, – может быстро развратить меньшинство, упорно жаждущее ублажения своей корысти. Перед нами разворачивается очень суровый и жестокий финал этой части путешествия. Он указывает на две вещи: во-первых, на риск скатывания заблудшего народа в коллективную инфантильность и превращение израильтян в толпу эгоцентричных гедонистов; и во-вторых – это не менее опасно – на то, что в этой толпе пробуждается тиранический дух, проявленный здесь в форме расправы, устроенной Моисеем, чей главный грех – склонность использовать принуждение и силу (одним словом, власть), когда хватило бы приглашения за стол переговоров. Эти тенденции неразделимы. Те, кто отказывается от всякой ответственности и зрелости в погоне за утолением сиюминутных плотских страстей, не могут принести жертву, необходимую для гарантии будущего выживания или мирной общественной жизни, – и все их отношения немыслимы без присутствия железной руки. Как в свете этого понять, что делать, когда грозят кризис и вырождение? Подчеркивает ли текст опасность идиотской толерантности (указывая на то, что израильтяне подчинены горсткой преступников) и репрессивного режима – в форме обращения к смертоносному насилию, более свойственного традиционным государствам? Вспомним Откровение Иоанна Богослова, где говорится об архетипическом конце времен, когда багряный зверь убивает мать всех блудниц, служительницу наслаждений. Это видение того, как люди и общества могут встретить свой ужасный конец.

После очищения Моисей снова просит о заблудшем народе Израиля: он не хочет принимать участия в определении будущего, если они не будут прощены. Бог угрожает полностью поглотить их (Исх 32:10), однако после ходатайства Моисея (Исх 32:35) наказание становится другим – несколько неопределенным, но меньшим (поскольку слово «поражен» можно прочесть в двух смыслах – «нанес удар» или «поразил болезнью»). Сразу же после этого Бог повторяет желание временно вселить израильтян в обетованную землю, но уже не руководит ими напрямую, посылая вместо Себя гораздо меньшую форму ангела:

И сказал Господь Моисею: пойди, иди отсюда ты и народ, который ты вывел из земли Египетской, в землю, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову, говоря: потомству твоему дам ее;

и пошлю пред тобою Ангела [Моего], и прогоню Хананеев, Аморреев, Хеттеев, Ферезеев, [Гергесеев,] Евеев и Иевусеев,

[и введет он вас] в землю, где течет молоко и мед; ибо Сам не пойду среди вас, чтобы не погубить Мне вас на пути, потому что вы народ жестоковыйный.

Исх 33:1–3

О чем говорит это отступление от Бога, пусть и неполное? О том, что люди, которые вероломно отворачиваются от того, что должно быть на самом высоком месте, рискуют навсегда утратить связь с совестью и призванием, которые в противном случае направляли бы их как в сложные, так и в хорошие времена. Это чувство отражено и в книге пророка Иеремии: «Выслушай это, народ глупый и неразумный, у которого есть глаза, а не видит, у которого есть уши, а не слышит» (Иер 5:21); и в книге пророка Исаии: «Ты видел