Творения. Часть 3 - Афанасий Великий

Сильван вместо Калозириса, в Паралосе – Немесион вместо Нуна, в Буколии – Ираклий, в Тентире Андроник вместо отца своего Саприона, в Фивах Филон вместо Филона, в Максимианополисе Гермин вместо Атраса, в нижнем Аполлоне Сарапион вместо Плутиона, в Афродитоне Серен вместо Феодора, в Ринокоруре – Соломон, в Стафме – Аравион; и в Мармарике: в восточной Гариатиде Андрагаф вместо Иеракса, в южной Гариатиде Кианит вместо Никона, – дабы вы могли им писать и от них получать каноническия послания.

Приветствуйте друг друга лобзанием святым! приветствуют вас все братья, которые при мне!

Сие послание писал Афанасий из Рима. Двенадцатое послание не обретается.

* * *

Тринадцатое (праздничное послание) того же (св. Афанасия)

В консульство Маркеллина и Пробина, во дни Лонгина епарха, в четырнадцатый год индиктиона; – воскресенье (Пасхи) было тогда в тринадцатый день майских календ[1], то-есть двадцать четвертаго Фармуфа, от Диоклитиана же в пятьдесят седьмом году[2].

1) И теперь, мои возлюбленные братия, я не почитаю для себя обременительным возвестить вам о спасительном празднике Пасхи, как это делается по обычаю каждогодно. Ибо, хотя христоборцы и вас с нами утесняют бедствиями и скорбями, но не смотря на то, я пишу вам даже из Рима, поелику единение в вере есть утешение, посылаемое нам Богом. Хотя, конечно, я праздную Пасху с братией здесь (в Риме); но и с вами праздную я ее в духе, моим желанием; ибо совокупно возсылаем мы молитвы к Богу, Который, по милосердию Своему, дал нам возможность не только в Него веровать, но и страдать теперь за Него (Филип. 1, 29). Хотя мы и находимся в угнетении, однако Он возбуждает нас, находящихся в удалении от вас, к писанию, чтобы мы могли иметь утешение хотя посредством посланий и вкупе стремились к истинному благу. Действительно, многия скорби и жестокия преследования, обрушившияся на Церковь, противостоят нам; ибо люди с извращенным ересью смыслом, неиспытанные в вере, возстают против истины и жестоко преследуют Церковь; одни из братьев подверглись побоям, другие истерзаны пытками и – что всего тяжелее – даже на епископов простирается их дерзость; но, не смотря на все, мы не должны забывать о Празднике, а памятовать о нем тем более; и не должны мы никоим образом пренебрегать памятованием о нем даже на короткое время. У неверующих, кажется, совсем нет праздников, поелику они всю жизнь свою проводят в пированиях и безумствах; и таким образом совершающияся у них празднества скорее служат поводом к скорби, нежели к радости. А для нас, пока мы живем здесь (на земле), они способствуют безпрепятственному переходу к той жизни. И сие время для нас; а той вечной жизни мы удостоиваемся за подвиги и верность; так что, если мы явим себя рачительными и верными рабами Христа, то можем сделаться и сонаследниками святых; как Иов говорит: не искушение ли житие человеку на земли (Иов. 7, 1)? А искушаемы бывают они в сей жизни лишь посредством тягостных и огорчительных бедствий, ради которых каждый восприимет подобающую мзду от Бога, Который говорит чрез Пророка: Аз Господь испытуяй сердца и искушаяй утробы, еже воздати комуждо по пути его (Иер. 17, 10).

2) И не тогда только, когда подвергнется кто испытанию, – заранее ведает Он, что определено каждому; ибо Он знает все, прежде нежели случится, – но поелику Он благ и человеколюбив, воздает Он каждому достойное по делам его, так что каждый может воскликнуть: «праведен суд Божий!» как и тот же Пророк говорит: Господь искушаяй праведная, ведаяй утробы (Иер. 20, 12). Посему каждаго из нас искушает Он еще и еще, дабы добродетель тех, кои не знают, вследствие чего их постигло искушение, стала явною, как и сказано было Иову: мниши ли Мя инако тебе сотворша[3], разве да явишися правдив (Иов. 40, 3)? или дабы они, приступив к размышлению о своих деяниях, могли познать и качество их и затем или начали бы сокрушаться о своем нечестии или еще более укрепились бы в вере. Так блаженный Павел, претерпев бедствия и гонения, голод и жажду, все превозмог о Христе Иисусе, возлюбившем нас; страдая, ощущал он, конечно, немощь тела; но, будучи исполнен веры и надежды, он крепок был силою духовною, и сила его в немощи совершалась в полной мере.__

3) Да и другие святые, имея таковое же упование на Бога, принимали с радостью искушения посредством бедствий; так Иов говорит: буди имя Господне благословенно (Иов. 1, 21)! а Псалмопевец: искуси мя Господи, и испытай мя, разжзи утробы моя и сердце мое (Псал. 25, 2). Итак, поелику сила должна быть испытуема, укоряет Он неразумных. Так как святые знали, что от Божественнаго огня проистекает очищение и польза, то чрез таковыя искушения им и не могло быть вреда; а напротив, они укрепляемы были посредством их и не получали от (несчастных) случайностей каких либо повреждений, но являлись чрез них в большей славе, подобно золоту, выходящему из огня (1 Петр. 1, 7); так один из подвергавшихся искушениям после одного искушения говорит: искусил еси сердце мое, посетил еси нощию; искусил мя еси, и не обретеся во мне неправда; яко да не возглаголют уста моя дел человеческих (Пс. 16, 3, 4). Не следующие Закону в своих поступках, которые ничего не знают более того, как есть, пить и умирать, видят в искушениях опасность, вследствие чего они легко впадают в погрешность, так что, оставаясь неиспытанными в вере, они преданы бывают превратному образу мыслей и творят то, что непозволительно. Посему блаженный Павел, побуждая нас к таковым подвигам, – он сам наперед обнаружил твердость в совершении их, – говорит: темже благоволю в бедах и в немощех (2 Кор. 12, 10), и затем: обучай себе ко благочестию (1 Тим. 4, 7). Как он знал о гонениях тех, которые предпочитали жить в благочестии, то хотел, чтобы и ученики его прежде учились превозмогать тяготы, возлагаемыя ими на себя ради благочестия; дабы при наступлении искушений и в виду близких бедствий, они, будучи, подобно ему, в них испытаны, были в состоянии вынести их без труда; ибо к чему приучают себя, хотя бы в мысли, в этом легко находить сокровенную радость, как бы вследствие привычки. Посему же и святые мученики, заранее близко ознакомившись с бедствиями, шествовали неукоснительно к своему совершенству во Христе, за ничто почитая поношение тела и взирая лишь на ожидающее их успокоение