Игорь Северянин - Вера Николаевна Терёхина

«Игорь-Северянин.

Сотрудник-ритмик периодических изданий.

С.-Петербург. Средняя Подьяческая, д. 5».

Визитка в соответствующем её размеру маленьком конвертике была отправлена Фофанову в Гатчину 30 декабря 1907 года. Это обстоятельство подтверждает высказанное исследователями предположение о том, что именно Константин Михайлович Фофанов посоветовал молодому поэту выбрать этот псевдоним.

Новая подпись-псевдоним Игорь-Северянин (через дефис) появилась на листовке «Игорь-Северянин. Памяти А. М. Жемчужникова». Стихотворение датировано: «С.-Петербург. 26-го марта 1908 года» (то есть на следующий день после кончины Алексея Михайловича Жемчужникова).

Именно на этой листовке памяти одного из трёх братьев Жемчужниковых, которые подписывались вместе с их кузеном Алексеем Константиновичем Толстым коллективным псевдонимом «Козьма Прутков», молодой поэт опробовал своё литературное имя (не на «Зарницах мысли», как пишет публицист Михаил Петров, приводя дарительную надпись на брошюре: «Глубокоуважаемому талантливому поэту Леону Михайловичу Шах-Паронианцу от автора на воспоминание. Игорь-Северянин. 7.IV.08»).

Напомним, что до листовки «Игорь-Северянин. Памяти А. М. Жемчужникова» вышло 14 брошюр. Первые десять автор печатал под собственным именем — Игорь Лотарев, а с конца 1905 года, когда он задумал в некотором роде периодическое издание — 1-й и 2-й сборники «Мимоза» (брошюры 11-я и 12-я), поэт впервые столкнулся с необходимостью воспользоваться псевдонимом.

Один автор — сам Игорь Лотарев. Но разнообразные по характеру стихи автор подписывал соответствующими псевдонимами. Например, элегические воспоминания о «небосклоне Дальнего Востока» принадлежат Квантунцу, а строки из «Песен сердца» о вышедшей замуж кузине Лиле, «царевне Суды», пишет Изгнанник. Под именем Беспристрастного печатались мадригалы любимым оперным певицам. Тогда обилие псевдонимов позволяло в глазах читателей «размножить» сотрудников изданий и придать им некоторую солидность. Сохранилась и визитная карточка этого времени:

«Игорь Васильевич Лотарев,

редактор-издатель ежемесячных

литературных выпусков “Мимоза”».

Под собственным именем — Игорь Лотарев — Северянин выпустил ещё два сборника: поэтический очерк «В северном лесу» и «Лепестки роз жизни (I—III): Из стихотворений 1906 г.» (оба 1906-го). После годового перерыва в 1908 году одна за одной выходят брошюры под именем Игорь-Северянин, всего двадцать одна брошюра. Последняя печатная брошюра, подписанная псевдонимом Игорь-Северянин (через дефис), 35-я по авторской нумерации, «Эпилог. “Эгофутуризм”» (1912). В «Громокипящем кубке» (1913) появится новое имя — Игорь Северянин. Так своим псевдонимом Игорь-Северянин поэт отметил важный рубеж своего творческого пути.

Константин Фофанов не только подсказал Северянину его новое, ставшее таким известным имя. «Герой, пророк и русский мужичок», как называл Фофанова Северянин, написал своему «шатенному трубадуру», по его словам, около двадцати стихотворений (известно четырнадцать) и всемерно поддерживал его своим вниманием. Критик Александр Измайлов рассказывал, как «однажды Фофанов пришёл в редакцию в сопровождении молодого, стройного, симпатичного человека, безбородого и безусого, держащегося со светской выправкой, скромно и спокойно. Он был без кудрей до плеч, ничто не подчёркивало в его наружности звания поэта, в глазах светилась своя тихая дума, далёкая от предмета случайного сейчас разговора.

Познакомьтесь: Игорь Северянин. Поэт. Очень талантливый, очень талантливый, — заговорил своей нервной, заикающейся скороговоркой Фофанов. — Мы на днях вместе снимались. Я вам принесу карточку.

Огромный и прекрасный талант, Фофанов был щедр на признание дарований в начинающих».

О роли, которую сыграл Константин Фофанов в судьбе Северянина, говорилось в одной из ранних рецензий на стихи поэта в «Петербургской газете» в 1909 году: «Передо мною 6 изящных томиков-тетрадок со стихотворениями Игоря-Северянина. Это тоненькие книжечки ценою 10-15 копеек, но в них немало изящных, грациозных стихов. Моя похвала, впрочем, мало значит: музу Игоря-Северянина отметил рядом дружеских, приветственных писаний К. М. Фофанов».

Восемь посвящений Константина Фофанова Северянин поместил на обложках своих брошюр. На обложке брошюры «Злата» напечатаны стихотворение Фофанова «Акварель» и ответное стихотворение Северянина «Штрих»: «Я околдован “Акварелью”»... В трёх брошюрах «Лунные тени: Часть 2», «Лазоревые дали» и «За струнной изгородью лиры» Северянин опубликовал стихотворения Фофанова «На память Игорю Северянину» (23 мая 1908 года), «Пророк Илья» (весна 1908-го) и «Стрекоза» (24 апреля 1909 года). Последнее Северянин назвал «слегка декадентской “Серенадой”».

Благодарный первому профессиональному поэту за искреннее внимание Игорь Северянин посвятил «Его светозарности Королю Поэзии» сборник «Лунные тени» (1908) и немало стихотворений: «У К. М. Фофанова» (1907), «Великому современнику» (1909), «Поздней осенью» (1909), «Над гробом Фофанова» (1911), «На смерть Фофанова» (1911), «Поэза о Фофанове», «Мечты о Фофанове» (1913) и другие, написал несколько мемуарных очерков о поэте.

Северянин вспоминал: «Фофанов был обаятельным, мягким, добрым, ласковым и сердечным человеком, очень нравственным, религиозным и даже застенчивым по-детски.

Он любил своих детей, в особенности — Константина (Олимпова впоследствии). <...> Кроме своей жены, как я имею основания утверждать, он не знал ни одной женщины».

Игорь Северянин вдохновлялся поэзией Фофанова, её мотивами и стихотворными формами (терцина, октава, роман в стихах) и не скрывал её влияния на своё творчество. В поэзии своего старшего современника Северянин ценил «истинную индивидуальность», «отрицание общепринятого», «несомненную иронию», «редкую вдохновенность».

Автограф Фофанова на его книге «Иллюзии» (1900), подаренной Игорю Северянину, впервые был напечатан в следующей брошюре «Сирень моей весны» (1908): «Чудному, новоявленному поэту Игорю Васильевичу Северянину-Шеншину-Лотареву». В ответ на это Северянин посвятил Фофанову брошюру «Лунные тени: Часть 1» (1908):

«Константину Михайловичу Фофанову восторженно

посвящаю:

Его светозарности Королю Поэзии — боготворящий

наследник!»

21—23 мая 1908 года Фофанов провёл два дня на даче у поэта в «Ивановке». «Написал у меня около 20 стихотворений», — сообщил Игорь в письме Леониду Афанасьеву от 24 мая 1908 года. Среди написанных произведений — «На память Игорю-Северянину», «Пророк Илья» и др. Брошюра «Лазоревые дали» вышла с двумя посвящениями Константина Фофанова.

Одно из них:

«Ничего лучшего не мог я придумать,

что мне показал Игорь Северянин. Чту Его душу глубоко.

Читаю Его стихи — и всё говорит мне: в