Повседневность Средневековья - Мария Ивановна Козьякова

на заре Средневековья, язычники сочетались браком по своему обычаю: франки, например, кольцом и динаром. Когда языческие обряды сменились христианской церемонией, церковь стала освящать все этапы на пути к семейному союзу: заключение контракта, помолвку, церемонию бракосочетания. Она берёт на себя повседневное руководство, контролируя семейную жизнь, строго надзирая за нравственностью. Так, состоящим в браке лицам были запрещены побочные связи, а также доступ в публичные дома. Обращает на себя внимание тот факт, что выполнялись эти канонические требования с большим трудом. Только в конце VIII в. впервые запрещены разводы, священники получили право проверять степень родства, а в начале IX в. было узаконено участие священнослужителей в церемонии бракосочетания.

Вступать в брак разрешалось, как и в античности, в весьма раннем возрасте: невесте должно было исполниться 12 лет, а жениху — 14. Иногда женились и выходили замуж ещё раньше. Выбор супругов определялся имущественными или престижными интересами, а также политическими амбициями, что характерно для правящей верхушки. Заключение брака должно было служить благополучию и преуспеянию рода, и потому право принимать решение принадлежало главе семьи: отцу, старшему родичу или же сеньору, опекавшему своих вассалов, его жену и детей в случае гибели последнего.

«Муж есть глава жены» — эти слова апостола Павла говорят о патриархальном характере средневековой семьи больше, чем длинные рассуждения. Это отношения учителя и ученика, и средневековое общество признает за мужчиной право учить жену. Формы такого «просвещения» чрезвычайно разнообразны, в том числе применялась и физическая расправа, что вполне соответствовало духу времени. Например, в Англии вплоть до Нового времени мужчин не наказывали за избиение своих жён палками, если последние были не толще большого пальца руки.

Женщина на протяжении многих столетий была лишена имущественных прав, и даже жёнам титулованных аристократов после смерти мужей оставались лишь титулы, которые, однако, также не передавались по женской линии. Вплоть до XII в. жёны и дочери феодалов не могли наследовать земельных владений, которые, за неимением сыновей, отходили к другим родственникам по мужской линии. Получив такие права, женщины тем не менее продолжали оставаться пассивными посредниками при передаче наследства, так как опека над женой и детьми погибшего вассала принадлежала сюзерену. Он и решал их судьбу, исходя из собственных интересов.

Церковь объявляла брак вечным и нерасторжимым, но разводы всё-таки происходили, хотя и довольно редко. В классическое Средневековье поводом для развода могло стать, например, отсутствие детей. В отдельных случаях шли на некую хитрость: расторжению подлежал брак, заключённый с нарушением церковных установлений, ведь в таком случае он не мог считаться таинством. Декларируемая моногамия на протяжении веков, увы, остается недостижимым идеалом. Начиная с франков, знатные вельможи меняют жён так часто, как им заблагорассудится. Судя по хроникам, первые Меровинги напоминали восточных владык, беря себе всё новых наложниц, делая их жёнами и расставаясь с прежними. Франкский сеньор имел столько жён, сколько мог прокормить, отмечали историки. В поместьях магнатов начиная с VI в. имелись так называемые голубятни — дома служанок, удовлетворявших специфические запросы сеньоров.

В течение всего Средневековья существует конкубинат. Собор в Толедо в 400 г. разрешил его, рассматривая как постоянный внебрачный союз либо как неоформленный брак. Он был широко распространён, в результате чего появилось большое число внебрачных детей. В среде феодалов побочные сыновья, бастарды, признавались семьями, их положение не считалось позорным. Конкубинатом активно пользовалось духовенство, которому был запрещён официальный брак. Только в XVI в. на Латеранском соборе 1516 г. светские и церковные власти смогли положить конец данному институту.

Средневековый человек, в отличие от гражданина античного полиса, в первую очередь принадлежал семье и лишь затем — обществу. Малая семья — отец, мать и дети — входила в состав домашней общины или большой семейной группы — линьяжа. Больше всего известны линьяжи в высших слоях общества: в феодальных либо патрицианских кругах. Они включали в себя кровных родственников, побратимов и зачастую вассалов — то есть весь род, совместно владевший землей и другой недвижимостью. Для мужчин феодального линьяжа воинские обязанности и вопросы чести были не менее важны, чем хозяйственные интересы. Его члены связаны узами родственной солидарности, и потому род проявлял сплочённость и на поле боя, и во время междоусобиц. Отстаивая честь рода, мстя за действительные или мнимые оскорбления, линьяжи сталкивались в кровопролитных файдах — средневековой вендетте.

Кровная месть на протяжении столетий оставалась незыблемым законом средневекового Запада. Ответственность за содеянное также несли все родственники, например, при проигрыше в ордалии — судебном поединке. Так, проиграв ордалию, отчим Роланда Ганелон и почти все его родственники были казнены. Поддержка рода — важная реалия, и потому сила и могущество линьяжа определялись не только знатностью его членов и богатством земельных владений, но и количеством родственников.

Публичный дом в средневековой Франции

Многочисленность родни одновременно создавала и крайне напряжённую ситуацию. Соперничество, характерное в целом для рыцарской элиты, проявлялось и в семье. Каждый линьяж — это микрослепок феодальной лестницы, в каждом должна выстраиваться властная иерархия, определяться «порядок клевания». От рыцаря требовались доказательства его состоятельности как военного командира, сеньора и вождя, в чём он и практиковался с юношеских лет. Это приводило к соперничеству между родными и сводными братьями, дети восставали против отцов, бастарды боролись за власть. История даёт тому массу примеров: борьба между сыновьями Вильгельма Завоевателя или бунт детей английского короля Генриха II против отца.

Большая семья характерна также для ремесленной и крестьянской среды. Здесь она принимает форму домашней общины, ведущей совместное хозяйство. В деревне её члены обрабатывают общий земельный надел, в городе совместно трудятся в мастерской хозяина. К общине могут принадлежать и слуги: так, в доме мастера живут и кормятся ученики и подмастерья, зачастую женясь потом на хозяйских дочерях.

Вклад женщины в средневековое хозяйство был чрезвычайно высок. Труд крестьянки был почти тождествен мужскому. Она работает в поле, на своём огороде, ведёт дом, занимается подсобным промыслом. Представительницы высшего класса руководят работой гинекеев — мастерских, где выполняются типично женские работы: прядение, ткачество, пошив одежды, изготовление отделки и аксессуаров. «Люди прялки» — так называют женщин той эпохи. Женщины из низов нанимаются в прислуги, работают белошвейками, прачками, банщицами, торгуют на рынке.

В средневековом городе наблюдался избыток женского населения. В результате войн и междоусобиц, опасностей торговых путей мужчины погибали значительно чаще. Часть их была лишена возможности вступать в брак. В первую очередь это относится к клирикам. Первоначально безбрачие было обязательным только для монахов и высшего духовенства, но в XI в. оно распространилось на всё католическое духовенство — эта практика носила название «целибат». Папа Григорий VII возвел его в ранг