Вторжение - Генри Лайон Олди

Город притворяется мирным, и местами это ему удается. Открыты кафе и бо̀льшая часть магазинов. Люди сидят на скамейках на бульварах и в парках. Пьют кофе за столиками под навесом. Куда-то спешат — но чаще никуда не спешат. Автобусы ходят по расписанию — ну, или почти по расписанию. Потоки машин. Трамваи, троллейбусы, маршрутки. Детвора — на самокатах, на велосипедах, по-двое, по-трое, небольшими компаниями. На улицах, во дворах, в парках, на детских площадках. Мамы с детьми. Где-то играет музыка.

Странное ощущение. Да, это замечательно — что в охваченной войной Украине остались такие города. Где продолжает идти нормальная жизнь. Где люди заняты своими обычными делами, где мамы могут спокойно гулять с детьми, дети — играть, а взрослые — никуда не спешить и не шарахаться от резких звуков.

И в то же время ощущается в этом что-то неправильное. Какой-то сюрреалистический сдвиг реальности. Экзистенциальный диссонанс. Словно все окружающее — лишь иллюзия, Матрица, и вот-вот сквозь тщательно выстроенную голограмму проступит отвратительный лик войны, а вместо солнца в небе зависнет Атмосферный Череп Сальвадора Дали.

Да, знаю, это деформация психики. Моей психики. Синдром беженца плюс воображение писателя.

Но тут взгляд вычленяет из мирного бытия людей в форме и с оружием: бойцов ВСУ, теробороновцев, полицейских… Их вид возвращает ощущение реальности и восстанавливает душевное равновесие. А ещё тут и там видишь блокпосты. Закрытые магазины, на которые поначалу не обращал внимания. Надпись на дверях «секонд-хенда»: «Беженцев оденем бесплатно». Серьезные лица прохожих — сейчас улыбок куда меньше, чем в мирное время. И музыка — она где-то негромко играет, но не гремит из каждой кафешки. Время от времени воет сирена воздушной тревоги, к которой уже все привыкли.

И ещё другие малозаметные приметы.

И понимаешь: нет, это не иллюзия и не иная реальность. Война и мир проникли друг в друга, переплелись, как Инь и Ян — и вопрос лишь в пропорциях того и другого.

Мир стал другим. И надо просто жить дальше, жить в этом новом мире, потому что другого нам не оставили.

Жить и каждый день в меру сил делать хоть что-нибудь, чтобы пусть немного, но сдвигать эту реальность от войны к миру, от смертного холода и тьмы — к теплу и свету.

ОЛЕГ:

Сотрудники харьковского зоопарка остаются на работе круглосуточно. Ночуют они здесь же, в рабочих помещениях, на скорую руку обставленных как спальни. Здесь же и едят.

Город постоянно находится под обстрелами, транспорт не ходит. Идти пешком с работы домой, а потом обратно на работу попросту опасно. Да и питомцы, звери и птицы, в условиях войны требуют повышенного внимания и заботы.

Так и живут вместе люди и звери. Это было бы смешно, не будь это так грустно.

ДМИТРИЙ:

День 29. 24 марта 2022

Начал понемногу возвращаться литературный язык. Образность. Еще не полностью. Эпизодически. Да, образность теперь несколько иная — так и мир вокруг теперь иной. В одном нашем романе не так давно мы написали: «Вселенная никогда не будет прежней». Это про здесь и сейчас. Про Украину. Про весь мир. Про нашу Землю.

…Дочитал последний рассказ из тех, что прислали для антологии, которую готовит Мартин из Словакии. На днях сформируем с Олегом полный состав. Прикинем, как лучше расставить рассказы внутри сборника. И перешлем все это Мартину.

Постараемся это дело не затягивать. Украинские беженцы уже сейчас в Словакии (и не только там, разумеется). Любая помощь сейчас им очень нужна. И чем скорее, тем лучше. Так что чем быстрее сборник будет скомплектован, тем быстрее полученные от этого проекта средства поступят к украинским беженцам в Словакии.

Да, понимаю, это немного, но это то, что мы реально можем сделать. И делаем.

К счастью, мы делаем не только это. К сожалению, это все равно капля в море.

ОЛЕГ:

В Харькове российский снаряд попал в многоэтажный жилой дом. Погиб мужчина в возрасте 96 лет.

Позже администрация мемориального комплекса Бухенвальд, ссылаясь на внучку погибшего, сообщила, что это был Борис Романченко, участник Второй Мировой войны, узник лагерей смерти Бухенвальд, Пенемюнде, Дора-Миттельбау и Берген-Бельзен. В наше время Романченко был вице-президентом Международного комитета Бухенвальд-Дора.

Страшная гримаса судьбы — погибнуть через семьдесят семь лет после той войны на новой войне, от снаряда тех людей, чьи предки освобождали Бухенвальд.

Лжи доверяешь, свет путаешь с тьмой,

Дань забываешь отдать красоте…

Мысли? Они, между нами, дерьмо,

Просто дерьмо, без особых затей.

В жизнь, будто в стенку, колотишься лбом,

Стенка на стенку, и к стенке прижат,

Все это, все это, все это дом,

Дом,

От которого, в общем-то, не убежать…

ДМИТРИЙ:

День 30. 25 марта 2022

Подготовил и опубликовал в Фейсбуке еще один пост с информацией о координационном центре харьковских волонтеров «Харків-SOS». Люди делают крайне нужное дело — лишний раз напомнить о них и тем, кто нуждается в их помощи, и тем, что сам может помочь координационному центру — точно не помешает.

Провел тестовую видеоконференцию на английском языке с Мартином из Словакии. Проверка связи. Связь работает нормально. Иногда чуть подтормаживает, но ничего страшного. Мой английский оказался лучше, чем я опасался, но хуже, чем я надеялся. В целом мы с Мартином хорошо друг друга понимали, оба результатом удовлетворены — можно завтра проводить основную конференцию.

ОЛЕГ:

Николай Макаровский — наш друг и бессменный председатель оргкомитета широко известного фестиваля фантастики «Звездный мост». На днях в его дом попал артиллерийский снаряд, разрушив часть дома. По счастью, Николай с женой остались живы, но были вынуждены уехать к родственникам в Черновцы.

Говорил с Николаем по телефону: голос бодрый, шутит, но чувствуется, что ему не по себе.

Злая ирония судьбы: снаряд прилетел с той стороны, откуда в гостеприимный Харьков на «Звездный мост» много лет подряд приезжали российские писатели-фантасты. Ели-пили, выступали на семинарах и лекциях, любовались праздничным фейерверком. Многие из них сейчас подписали открытое письмо в поддержку войны, публично одобрив варварские обстрелы Харькова.

Письма и снаряды — страшное соседство.

ДМИТРИЙ:

День 31. 26 марта 2022

Провел онлайн видеоконференцию на английском в рамках словацкого онлайн-конвента фантастики. Мартин задавал вопросы, я отвечал. Рассказал немного о нас с Олегом и о писателе Олди. О развязанной Россией в Украине войне. О наших книгах, их переводах на иностранные языки. О готовящейся благотворительной антологии Мартина. И еще о всяком. Иногда немного запинался, когда пытался строить слишком навороченные фразы на английском — есть за мной такой грех. Но по большому счету все прошло нормально, Мартин потом написал, что было интересно, и все всё поняли. В целом, мой английский примерно того же уровня, что и у словацких коллег, и мы друг друга хорошо понимаем.

Будем заканчивать работу над сборником. Марина и Сергей Дяченко по просьбе Мартина, которую я им передал, прислали три рассказа для антологии. Рассказы эти я читал раньше, но все равно надо перечитать и отобрать наиболее подходящий. Если в ближайшие дни новых рассказов не пришлют, на этом работа по составлению антологии будет завершена.

Сегодня российские войска обстреляли ракетами Львов. Первый обстрел был около 17-и часов. Три мощных взрыва. Дом вздрогнул, стекла в окнах испуганно задребезжали,