Амурные увлечения вождей - Василий Владимирович Веденеев

Вроде бы они получили возможность теперь открыто проявлять свои чувства, и никто не имел права упрекнуть их в аморальности поведения, но… возможно, вся прелесть и заключалась в таинственности и налагавшихся запретах? И как только они исчезли, словно унесенный свежим ветром, растворился флер романтики юношеской любви?

В общем, первый брак просуществовал всего три года, после чего Ева и Герхардт приняли решение резко изменить свои судьбы и пойти дальше каждый своей дорогой.

Вторая женщина

Герхард был симпатичным молодым человеком с хорошими перспективами, и вполне естественно, он не долго оставался один. Разные подружки, промелькнувшие словно в калейдоскопе, наверное, практически не оставили следа в его душе. Но вот на горизонте появилась очень интересная женщина – Анна Ташенмашер.

«У Шредера, несомненно, есть определенный комплекс в сексуальной сфере», – ехидно писали журналисты, когда спустя год после развода с Евой Шубах он решил сочетаться узами брака с Анной.

– Что вы находите предосудительного? – вяло отбивался Шредер. – Чем вам не угодила фройляйн Ташенмашер?

Дело в том, что Анна слыла большой политической активисткой, а Шредер уже по уши завяз в политике – она-то их, по всей вероятности, и свела.

– Она – школьная учительница! – изрек один из критиков образа жизни будущего канцлера.

– Ну и что? – изумился тот.

– Вы не понимаете? – желчно усмехнулся оппонент. – У вас комплекс школьника, дорогой господин политик. Сначала вы женитесь на подружке, ляжки которой тайком тискали под партой, обливаясь холодным потом от страха, что заметит учитель, а теперь, поднабравшись опыта в семейной жизни с ученицей, обратили внимание и на учительницу?

Да, фройляйн Анна Ташенмашер, к некоторому несчастью герра Шредера, была по профессии школьным учителем, что и послужило поводом для многочисленных двусмысленных шуток и ерничаний в прессе.

Тем не менее в 1972 г., через год после развода с Евой Шубах, молодой политик повел под венец учительницу и политическую активистку Анну Ташенмашер, а журналистам пригрозил судом за вмешательство в частную жизнь и оскорбление личности. Те сразу поутихли.

Третья женщина

Бог, как известно, любит троицу. А еще в старину говорили, что только первая жена от Бога, вторая – от людей, а третья вообще подсунута мужчине самим Лукавым, не к ночи будь помянут!

Брак со школьной учительницей и политической активисткой Ташенмашер тоже распался, и Герхард вновь оказался холостяком и завидным женихом.

– Она сильно утомила его тем, что, как в классе, по ночам твердила: «Повторенье – мать ученья!» – двусмысленно шутили немцы.

«И вообще, отчего Шредер такой жгучий брюнет? – вдруг подняла вопрос одна из правых газет. – Он специально красит волосы, чтобы скрыть раннюю седину или его таким мама родила? Или – о, майн готт! – господин Герхард не чистокровный немец?»

Да нет, конечно же Шредер не еврей, как намекала пронацистская газетка, а натуральный немец, а волосы он действительно подкрашивал, возможно, несколько неудачно. Но почему такое повышенное внимание к собственной внешности? Все объяснялось предельно просто: в поле зрения господина Шредера появилась та самая роковая третья женщина, которую, как говорят, подсовывает сам Лукавый. Ее звали Гильтруд Хемпель.

Гильтруд считалась в западных землях Германии общепризнанной и весьма известной сторонницей и активисткой движения общества защиты окружающей среды. Она сумела снискать себе славу и уважение среди коллег и быстро продвигалась наверх по политической лестнице. Шредер стал активно оказывать знаки внимания Гильтруд и недвусмысленно ухаживать за ней.

– Наконец-то наш мальчик решился и вышел за стены школы, – не удержался от колкости один из журналистов. – Пора попробовать секс и на природе!

Но ему пригрозили судом, и он немедленно прикусил язык, не решившись развивать эту весьма скандальную тему. Сам Шредер неустанно подкидывал «материальчик», когда его видели в ресторанах и клубах то с одной красоткой, то с другой.

Брак двух политиков все же состоялся, как ни пророчили крушение всех ухаживаний Шредера опытные политические комментаторы. Теперь им пришлось, покаянно посыпав голову пеплом, признать:

– Да, Гильтруд Хемпель и Герхард Шредер создали первую в стране семейную пару известных политиков!

На удивление журналистской братии, брак не распался ни через год, ни через два, и даже десять лет спустя Гильтруд и Герхард оставались вместе. Тринадцать лет просуществовала эта семья. Развод сильно ударил по карману Шредера: ему пришлось заплатить судебные издержки бывшей супруге в размере пятнадцати тысяч марок, и в качестве компенсации за потерянное наследство и имущество он выплатил ей еще сто пятьдесят тысяч марок. Евро тогда еще не ввели.

А до того он был вынужден – можно только себе представить, как ему мучительно это не хотелось делать! – публично рассказать о своих закулисных амурных делах. И вскоре – это случилось в 1996 г. – появилась скандальная статья, рассказывающая о крутом романе политика с прелестной молодой блондинкой – журналисткой Дорис Копф.

Естественно, в 1997 г. Гильтруд и Герхард развелись. Другого выхода не было…

«Три женщины не могут ошибаться»

Дорис Копф – миниатюрная, очень интересная внешне женщина, на двадцать лет моложе канцлера Герхарда Шредера – согласилась выйти за него замуж.

Немедленно противники канцлера, которых, кстати, всегда хватало, выпустили в продажу майки с броской надписью крупными буквами на груди: «Три женщины не могут ошибаться!» Майки стали популярны, но Дорис на это предупреждение не обратила никакого внимания.

В 1998 г., во время следующей предвыборной кампании, Герхард сочетался браком с очаровательной Дорис. Да, пожалуй, еще ни один немецкий политик не вызывал столь жгучего интереса к своей личной жизни со стороны средств массовой информации, как канцлер Шредер.

Был случай, соседи собирались подать на него в суд, из-за того что его охрана закрыла очень удобную автостоянку. У нас такая ситуация просто немыслима, при всех заверениях в демократии. Впрочем, разгоравшийся скандал быстро и умело замяли: коли есть специалисты по раздуванию скандалов, есть и специалисты по их тушению.

Потом пресса смаковала новую историю – господин Шредер приревновал свою законную супругу к президенту Франции господину Шираку: тот звонил к ним домой по телефону поболтать с разговорчивой и интересной собеседницей Дорис.

Шредеру это страшно не понравилось, и он стал изображать Отелло, утверждая, что с Шираком жена разговаривает лучше, чем с ним, а там подоспел и новый грандиозный скандал.

Видимо, противники Шредера, выпустившие майки с надписью «ТРИ ЖЕНЩИНЫ НЕ МОГУТ ОШИБАТЬСЯ!» –