Чернильное варенье. Женские истории к чаю - Марина Генцарь-Осипова

– Без обид, Юль. Кто знал, что так случится. Макс оказался козлом. Ты же его отшила. Я не в обиде, – вызвала на откровения Ева. И подруги вновь зашагали общей тропой.

Жизнь одной протекала бурлящей рекой, для другой уготовила неподвижную заводь. Мелодрама не была частым гостем Евы. Несколько случайных ухажеров и свиданий, с натяжкой на романтику, остались в пыли пройденных дорог. Юлька на таких точно бы не позарилась. Она выбирала исключительно состоявшихся, великодушных бизнесменов. Тех, что готовы бросить к загорелым холеным ногам полцарства, жен и детей.

– Без брюликов пусть даже не дергаются, – хорохорилась богиня.

Время беспощадно сточило ветхое жилье в старом районе Евы. Бабушкино наследство, дом стал жертвой разрушительных когтей демолятора. Мэрия возвела молодой микрорайон на окраине и вручила ключи новоселам.

Свежая двушка, приятная работа и стабильный заработок – неплохие атрибуты женщины, чей возраст тянется к отметке «сорок». Единственный пункт свирепо нарушал стереотип удачи: две соседствующие графы с заголовком – семейное положение и дети. Строки сиротились в ожидании изменений.

С юности Ева любила смотреть «Утро». Любимая музыка разбавляла репортажи и заряжала энергией на весь день. В последнее время внимание приковывала разноцветная порхающая надпись «Аист по заказу» в верхнем углу экрана.

– Интересненько, – с любопытством пальцы пробежали по клавишам ноутбука и взгляд напоролся на фото детей. Сайт пестрел роликами: сироты мечтали о любящих семьях и доме. Взгляд одной девочки-подростка не оставлял Еву в покое. Будто видела эти глаза.

– Может, актриса кино? Какие красивые волосы цвета осени.

Она прокручивала видео снова и снова. Безрезультатно. Пыталась проникнуть в черты и воспоминания. Лицо одержало победу и Ева пошла. Адрес узнала на сайте.

– Какой ребенок вас интересует? – спросила заведующая. – Ну, с подростками я бы не рекомендовала связываться. Возьмите лучше четырехлетку. С ними проще и мамой скорее начнут называть. А этой почти почти 16. Поступит по программе сирот в колледж, переведут в другой приют и заживет взрослой жизнью.

– Я могу ознакомиться с данными?

– Конечно. Девочка здоровая. Сами видите. В приюте с рождения, из отказников.

Мгновение, и папка легла на стол.

Еву бросило в жар. Холодный пот заструился по телу. Ворот бадлона сжимал пересохшее горло. Спазм сдавил носоглотку, не давая дышать. Мозг отказывался переваривать то, во что впивался неверящий взгляд.

– Какая же сука! Вот сука! Тварь! Настоящая тварь! – твердила она снова и снова.

Встреча одноклассников намечалась на начало августа. Участь жертвы допроса с подковырками Еву не прельщала, но вечер она ждала как никогда. Оставалось всего две недели. Она купила яркое платье с модным принтом, подобрала контрастную сумку и туфли. Лазерная коррекция магически преобразила лицо, а макияж подчеркнул глубину взгляда. Теперь Ева не тень.

Солнце. Да, солнце.

– Здравствуй! – приятная нотка задела слух.

– Привет! – небрежно бросила Ева. Будто вчера только расстались. – Как живешь?

– Да, ничего. Все по-прежнему, без изменений. Работаю. Вернулся к маме. Старая совсем стала. Хворает.

– А один почему? Жена где? – желчь донимала.

– Расстались.

– А дети?

– Нет.

– И никогда не было? – звучало почти как наезд. – Извини. – одернула она себя. – Не знаю, что на меня нашло. Вот прицепилась, – резко сменила тон Ева.

– Цепляйся, – радужно заулыбался Макс. – Мне приятно.

В течение месяца Ева обежала необходимые инстанции, получила одобрение на опеку и стала мамой для шестнадцатилетней Миланы.

Instagram запестрил фотографиями свежеиспеченной семьи. Комментарии пели хвалебные оды. Коллеги выражали признательность и восторг. Река жизни развернулась вспять, чтобы прихватить забытый плот Евы.

– Евуль, привет! Сто лет тебя не слышала. Совесть имей! Подругой еще называешься. Почему я последняя узнаю? Бери доченьку и вечером дуйте ко мне на ужин. Познакомь хоть. И, кстати, у меня тоже новость. Отказ не принимается! – протараторила Юлька. – Ну, все прощаюсь. Целую. Жду.

Еву обуревали сомнения. Что за новость Юлька хотела преподнести. От этой никогда в жизни еще приятностей не поступало.

Взвесив все риски и угрозы, Ева осознавала опасность, которая могла в самый неожиданный момент обрушиться на ее жизнь. Удовлетворять Юлькино любопытство не стала, явилась без дочери.

– А почему одна? – с негодованием любопытничала радушная хозяйка.

– Нууу… репетиторы, английский. Сама понимаешь каково современным подросткам.

– Жаль. Я ей подарок приготовила. Знаешь, что чту традиции, – с возрастом Еву все больше бесили Юлины горделивые шуточки и смешки. А сейчас, после такого открытия, достаточно было одного ее вида, чтобы злобная фурия пробудилась в тихоне. Ярость вытеснила стеснительность, что годами господствовала в Еве и готовила трон чему-то незнакомому, странному и величественному.

Ужин с деликатесными трюфелями и устрицами под нескончаемый «Шато Марго» развязал языки вчерашним подругам.

– Слушай, вот ты скажи, только честно. Ты такая красивая. У тебя столько мужиков было, в ногах валялись, драгоценностями одаривали. Че замуж-то так и не вышла? Неужели тебе никогда не хотелось семью? Ребеночка бы завела.

– Да, не мое это. Хех. Живу свободно. Делаю что хочу и когда хочу. Нив чем себе не отказываю. Скоро генеральной стану. Хотя, лукавить не буду, тоска иногда накатывает. Теперь бы, может, и вышла. И ребеночек был бы кстати.

– Так, Макс свободен, к матери вернулся. Не интересует? Он тоже бездетный, – насмехалась Ева.

Слова подруги обрушили на Юльку все оттенки бордо, будто выпитое вино просочилось сквозь кожу. Дорогие ресницы порхали несдержанно. Хозяйка заметно занервничала, но врожденная расчетливость и хладнокровие затмили цвет стыда и смущения. Как ни в чем не бывало она торжественно объявила: «А знаешь, есть у меня парень. Красавчик. Перспективный. Молодой. Всего 25. Может, его под венец затащить? Он, кажется, не против».

«С дуба рухнула? Какой дурак на тетке женится? Хотя, почему нет. Денег у Юльки полно, недвижимость в Подмосковье – лакомый кусочек. Пугачева еще старше была, когда за Галкина вышла», – дискутировал подвыпивший мозг Евы и внезапно выпалил: «Однозначно! Выходи! Чего тянуть-то. Самое время!»

Время дорожает стремительно, особенно на шкале «за 40». Особенно для винтажных независимых дам. Юлька не стала медлить с помолвкой и соцсети подали преданным подписчикам фото наспех испеченного жениха.

Элегантный белый брючный костюм выгодно подчеркивал безупречную фигуру невесты. V-образный вырез пиджака уступал первенство декольте. Огромное золотое сердце утопало в ложбинке бронзовой груди. Жених смотрелся под стать избраннице – вылощенный самец. Словно породистый жеребец с поводьями в умелых руках наездницы.

– Неужели это тот самый? – поразилась Ева. Узнала на фото психолога, к которому частенько направляла учеников. – Невероятно, насколько тесен мир.

Бомонд трепетал в предвкушении свадьбы десятилетия. Оставалось несколько месяцев.

Маргарита Петровна души не чаяла в единственном сыне и дала ему