Ирри 2 - Альбе Альбертова

— Я бы рад, но не выйдет, Ирриана. Придется довериться профессионалам, иначе им потом спятившую тебя придется лечить.

— Жестоко.

— Реалистично, зато на сегодня мы закончили.

— Отличная новость, спасибо за потраченное время, — попрощалась она возмущенно.

— Пожалуйста, — профессионально-радушно улыбнулся Гектор.

И раздраженная Ирри отправилась к себе, по пути на всякий случай забежав в ректорат. Как и понадеялась девушка, оба менталиста задержались. Точнее, Каваш задержался, а мастер Намиль появился, разобравшись со своими делами.

— Тук — тук, добрый вечер, можно отвлечь вас на пару минут?

Менталисты отложили бумаги и вопросительно взглянули на посетительницу.

— Гектор отправил меня лечиться к вам. Пока не спятила окончательно. Хотя думаю, он ошибся, может, появившаяся Тьма создала такую картину?

— Даже так? — удивился ректор и жестом показал на диванчик. — Присаживайтесь, посмотрим.

Ирри устроилась на диванчике и выжидающе взглянула в глаза менталиста.

— Глубокое дыхание… — тихо произнес он. — Просто глубокое дыхание…

Потеряться в чужих глазах и чужой Тьме она не успела. Мгновенный испуг и Тьма… обволакивающая, успокаивающая и вездесущая. Осознание, что она не одна, успокоило и внушило уверенность. В случае чего выберется, используя чужую Тьму… хотя как будто она бывает чужой… Тьма едина…

Успокоение, нахлынувшее волной, так же легко ушло, растворяясь в боли… настоящей, не фантомной боли, от которой хотелось кричать, биться и вырваться на свободу… боль была везде. Боль поглощала и подчиняла. Боль ломала и сокрушала. Боль затмевала все, включая тьму…

Из последних сил Ирри ринулась вперед к Тьме и, вцепившись в нее руками, начала дышать, глубоко дышать Тьмой.

— Ирри, — голос раздавался отовсюду. — Отпусти Тьму… это не исцеление, это ненужная подпорка… Ирри, отпусти…

— Больно…

— Очень больно, но Тьма служит костылем, а не исцелением…. Отпускай…

Ирри разжала руки и Тьма ушла, утекла сквозь пальцы оставляя ее одну беспомощной слабой и больной… боль заставляла кричать и биться… боль поглощала и подчиняла… боль… сломала…

Глаза открылись резко и сразу. Ирри лежала, свернувшись калачиком, и ощущала тупую усталость, словно после целого дня тяжелой работы. Ничего конкретно не болело, но ломило все тело, и сил не хватало ни на что.

— Как ты? — голос, раздавшийся рядом, заставил повернуть голову и узнать говорившего — Каваш.

— Не знаю. Как я?

— Что ощущаешь?

— Опустошение. Усталость. Ничего…

— Ирри, так нельзя себя запускать, — голос ректора раздался чуть в стороне.

Мастер Намиль сидел на полу в полуметре от нее и опирался головой на край дивана, аккурат в районе ее ног.

— Я себя запустила?

— Да. Расставание с Эзрой и мечтами, скорее, хотя только мечтами, тяжело на тебе сказалось. Надо было сразу прийти к нам, а не давить это состояние в себе, — заметил он устало и повернул голову.

Струйка крови из носа и общий пожеванный вид пробудили совесть.

— Это из-за меня так?

Быстрый осмотр показал явную усталость обоих менталистов.

— Да, — согласился Каваш с кривой ухмылкой. — Зато готова новая научная работа: как сложно работать менталом с настроенной на Тьму. Ты настолько мастерски закрылась ее и отмахивалась от нас обоих, что пришлось нелегко. На самом деле ничего критичного с тобой не происходило, и такие вещи корректируются за пару минут — но ты умудрилась закутаться в Тьму, как в кокон, и не подпускала к себе.

— Мне было очень больно! — возразила она.

— Нет, ты подумала, что тебе должно быть очень больно, но это не так, — возразил ректор. — Ни чувств, ни глубокой привязанности не было, они не пережили смерть. Остались надежды, планы и мечты, и именно лишение всего этого казалось настолько болезненным.

— Казалось?! — возмутилась она.

— Казалось, — подтвердил ректор.

— Ирри, — подал голос Каваш, — скажи, что ты всю жизнь мечтала выйти замуж за Родового аристократа и заняться домом и семьей? Это основная базовая цель, лишение которой так катастрофично, из-за ее значимости и фундаментальности. Исследования по боку, адепты там же, зомби-блохи были нужны исключительно для привлечения внимания.

Ирри промолчала.

— Об этом и речь, — заметил мастер Намиль после категоричного молчания. — В целом разрушительную часть, наделенную тобой чрезмерностью мы убрали. Физику на прикосновения тоже заглушили. Принудительность корректировки сойдет на нет после сна и окончательно развеется в течении пары дней.

— Через пару дней я решу, что случившееся со мной — ерунда? — возмутилась Ирри.

— Через пару дней ты поймешь, что смерть, как случившееся с тобой, это серьезно, — поправил Намиль. — А расставание с Эзрой действительно неприятная сторона отношений, но не более того.

— На следующей неделе продолжим работу по осознанию смерти, — сказал Каваш. — Ты до этого еще не дошла, но скоро оно накроет.

— Это будет так же тяжело?

— Сложно сказать, может проще, может сложнее, с тобой трудно судить определенно.

— Поняла. Спасибо за помощь пойду пожалуй…

— Отдохни, ничего не читай, лучше сразу ложись спать, — посоветовал мастер Намиль и вдруг усмехнулся. — Полагаю, теперь, разделив твой внутренний мир и мою Тьму, мы можем перейти на «ты» и лишиться обращения «мастер».

— Я поразмыслю над этим предложением, — пообещала Ирри, поднимаясь и осторожно вставая на ноги.

Как ни удивительно, стояла она устойчиво и уверенно. В дверях они попрощались с Намилем, а затем она отправилась в храм, сначала ей нужно было увидеть богиню. Тииль как всегда встречала Тьмой, умиротворением и тишиной. Все мелочи, характерные для хранительницы маленьких тайн и больших секретов, по-прежнему присутствовали.

— Так нечестно, правда? — спросила она у божества, проколов палец и размазывая каплю крови по жертвенной чаше.

Богиня была с ней совершенно солидарна и охотно выслушивала жалобы Ирри на менталистов, страшилки по поводу осознания смерти и непонятности своего существования. Кажется смена темы воззвания пришлась той по душе. Девушка только планировала пройтись по деталям, как ощутила нехватку воздуха. Вдох — другой — третий …. Поворот к богине и мысленный вопрос «Как?!»

Следующий вздох принес долгожданный воздух и жизнь. Ирри испуганно посмотрела на свою покровительницу и спросила:

— За что? Ничего не поняла, но все равно жутко. Спасибо за жизнь, но как-то это перебор…

Устало опустившись на пол она дышала полной грудью и успокаивалась. Этот неожиданный страх, как и откровенная причастность ее богини, поставила в тупик. А еще отбросила переживания по поводу Эзры и несбывшихся мечтаний на потом.

Неделя на осознание предательства Эзры это одно, а расставаться со своими мечтами и планами она оказывается даже еще не начала?!

Не то чтобы Ирри все поняла и осознала, но храм она покинула несколько иной, чем вошла. Наверное, неожиданная жестокость Тииль-Мииль поразила даже больше действий менталистов. Да, богиня, конечно, темная и никогда иной не воспринималась, но вот так