Рёв пламени. Академия. - Влад Латипов

На этот раз никто не загудел. Кто-то хмыкнул, кто-то пожал плечами. Лично мне идея не казалась уж такой ужасной — по крайней мере, это означало, что нас действительно собираются учить, а не просто списывать с баланса.

— А теперь — к действительно печальным, для вас, новостям. Как многие уже знают, в ИМА все равны: аристократы, дворяне, безродные — здесь нет титулов. Но это не значит, что вы можете вести себя так, будто до сих пор находитесь в родной деревне.

Он выдержал паузу, обвёл нас взглядом.

— В Академии разрешены дуэли. И смертельные исходы в них — не редкость. Вторая половина брошюры, что перед вами, посвящена именно дуэльному кодексу. Ознакомьтесь с ним. Настоятельно это рекомендую. От этого может зависеть ваша жизнь. Для понимания: в прошлом году поступило двести шестьдесят семь безродных студентов. Выжили — тридцать четыре.

В зале воцарилась гробовая тишина. Кто-то опустил голову, кто-то застыл с брошюрой в руках. Я мельком осмотрелся — большинство на полном серьёзе начали думать, не развернуться ли прямо сейчас.

А я… просто уселся поудобнее. В любом случае, у меня назад дороги нет.

— И ещё, — ректор вновь привлёк к себе внимание. — Если вы, случайно или намеренно, убьёте на дуэли кого-то из знатного рода — готовьтесь к последствиям. Пока вы находитесь в Академии, вы под моей защитой. Но я не всемогущ. От прямой агрессии защитить могу. От хорошо оплаченного "несчастного случая" — уже сложнее.

Он говорил это спокойно, без угроз, как врач, сообщающий диагноз. И от этого становилось только холоднее.

— Если вы решили, что лучше будет отказаться от обучения в ИМА прямо сейчас, покиньте кабинет и идите собирать вещи. Если же вас эта перспектива не пугает — оставайтесь. На размышление даю вам пять минут. — Он неспешно достал из внутреннего кармана часы на цепочке, щёлкнул крышкой и глянул на циферблат. — Время пошло.

После чего развернулся и, не торопясь, прошёл к столу сбоку от кафедры. Сел, открыл какую-то папку и будто выключился — ни одного взгляда в нашу сторону.

В зале тут же зашевелились. Кто-то начал переглядываться, кто-то зашептался, явно в панике. Один парень, весь бледный как призрак, вскочил и, не оглядываясь, вышел. За ним потянулись ещё двое. Одна девчонка рядом с проходом тихо всхлипнула и закрыла лицо ладонями. Пара человек выглядели так, будто прямо сейчас сорвутся и тоже побегут.

Я остался сидеть. Повернулся к белому как мел Даниле.

— Ну, что думаешь? — спросил я его.

— Честно? Я в ужасе! Хочется встать и свалить прямо сейчас. А ты то чего такой спокойный?

— Ну, я один раз уже умирал. — Я помрачнел, вспомнив тот вечер с которого все началось, и который привёл меня сюда. — Да и денег на штраф у меня просто нет. Так что особо выбирать не из чего, а переживать… ну, смысла не вижу.

— Хорошо тебе… А я, пожалуй, всё-таки пойду в армию. Есть ощущение, что там у меня шансов выжить больше. Рад был познакомиться. Может, ещё пересечёмся.

С этими словами Данила встал, неуверенно кивнул и пошёл к выходу вслед за остальными.

К тому моменту, как вышло время, отпущенное нам ректором, зал поредел почти наполовину. Тот неспешно поднялся из-за стола, вернулся к кафедре и оглядел оставшихся.

— Итак. Все, кто хотел уйти — ушли? Прекрасно. Признаюсь, в этом году вас осталось больше, чем в прошлом. Это радует. Не знаю, что именно вами двигало, когда вы решили остаться — гордость, глупость или просто отсутствие других вариантов. Но хочу немного вас обнадёжить. Ранее я вас слегка обманул.

Он сделал короткую паузу, давая нам переварить сказанное.

— Выжило в прошлом году сто пятьдесят восемь студентов. Тридцать четыре — это те, кто остался и решил продолжить учёбу в нашей Академии. Остальные сами сошли с дистанции. Так что, можете выдохнуть.

Словно по команде, по залу прокатился слышимый вздох облегчения. Я и сам почувствовал, как стало легче дышать. Да, треть погибших — это всё равно немало. Но по сравнению с тем, что нам внушили сначала… теперь шансы выжить были гораздо больше.

— Простите, Михаил Владимирович! — робко подняла руку одна из девушек. — Можно вопрос?

— Для начала, представьтесь. Имя, ранг.

— Пшеничкина Мария, 2-й ранг, стихия земли. — Девушка встала.

— Замечательно. Слушаю вас, Мария.

— А… если не секрет… сколько благородных погибло в прошлом году? — Она явно смутилась от собственного вопроса и добавила: — Простите, если это дерзко, спрашивать о таком.

— Всё в порядке, Мария, — ректор слегка улыбнулся. — Этот вопрос возникает каждый год. Отвечу. Из почти тысячи поступивших в прошлом году студентов благородного сословия — погибло сто сорок пять человек. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?

— Да, конечно, Михаил Владимирович. Простите, что прервала вас. — Пшеничкина поклонилась и села обратно.

— Есть ещё у кого-то вопросы? Нет? Замечательно. Продолжим.

Следующие полчаса, князь увлечённо рассказывал о том, какая замечательная ИМА академия, что нас ждет в течении учебного года и какие перспективы перед нами откроются, когда мы с достоинством закончим обучение. Наконец, его явно заученная и произнесенная уже не в первый раз речь, завершилась.

— Что ж, на этом вводная часть завершена. — произнес он. — Сейчас прошу всех пройти за мной — будем повторно измерять ваш ранг.

С этими словами ректор развернулся и направился к двери. Мы вскочили с мест и двинулись за ним. Главное, не забыть брошюру, — мелькнула у меня мысль, и я торопливо подхватил её со стола.

Мы шли за ректором по длинным коридорам Академии, пока не начали спускаться по лестнице в подземный переход между корпусами. Оказывается, здесь и такие есть — надо бы запомнить. Несколько поворотов, пара одинаково унылых тоннелей, и мы на месте.

На вид — обычный коридор, ничем не отличающийся от прочих, разве что без окон. Ректор остановился у одной из дверей и зашел внутрь, бросив через плечо:

— Ждите здесь.

Спустя пару минут оттуда вышел молодой парень в белом халате с пластиковой коробкой в руках. Молча прошёлся вдоль нас, собирая студенческие, после чего скрылся в том же кабинете.

Несколько минут тишины, после чего изнутри прозвучало:

— Сосновский!

Из центра нашей группы вынырнул парень с невзрачной внешностью и скрылся за дверью. Минуту спустя — вышел и направился дальше по коридору. За ним прозвучала следующая фамилия. Всё двигалось по