Где та гавань, тихая навеки - Андрей Павлович Кудин

Те сны проходят тихо-тихо,

Душе даруя покаянье,

И день прошел, минуя лихо,

С его коварным многограньем.

«Налетел слепой дождь…»

Налетел слепой дождь,

Пузыри по воде,

Солнце нежной рукой

Гладит мне по щеке.

Воробьи распушились

В бане теплого дня,

В небо радуга-мост

Увлекает меня.

Благодать, тихий рай,

Не всегда ж горевать,

Я смотрю за окно,

И мне хочется спать.

«Дорога лунная светла…»

Дорога лунная светла,

И будто вырвавшись со дна,

К луне ведет от маяка,

Как чья-то нежная рука.

Я не устал наверняка

Глядеть в ночные облака,

Стремясь увидеть, чья рука

Уводит в небо моряка.

И пусть потом придет тоска,

Когда уйду от маяка,

Душа спокойна и чиста,

Как в море синяя вода.

«Облака, сгрудившись в стаю…»

Облака, сгрудившись в стаю,

Воздух надо мной сминают,

Дождь готовит свой орган,

Трели ветра тут и там.

Ворон, словно дирижер,

Взял тональность фа мажор,

Разноперый птичий хор

Оккупировал забор.

Гром литаврами гремит,

Парк нарядами шумит,

Начинается концерт

Под названием «Концепт».

«Облиты кровью облака…»

Облиты кровью облака,

Открыты окна, и прохлада

В проемы сходит свысока,

В лучах хрустального заката.

Кустарник старый под окном

Гордится ярко-рыжим чубом,

И дуб волшебный перед сном

Кивает кроной – желтым кубом.

Застыло все, и тишина

В своем пустом, немом испуге,

Пригубит сладкого вина

В бокале стройном у супруги.

«Там небо синее волшебной бирюзой…»

Там небо синее волшебной бирюзой

Холмов касалось, синей глади моря,

И парус белый яркою мечтой

Парил над гладью, ни о чем не споря.

Там солнце яркое веселыми лучами

Тянулось к тайнам, скрытым в глубине,

И мой сосед с соседкой вечерами

Украдкою шептались обо мне.

«Окончилось лето…»

Окончилось лето,

Снова разлука,

Осень крадется,

Рыжая скука.

Рябина пучками

Кровавых дробин

Огнем прожигает

Листвы палантин.

Душу не лечит

Хмельной никотин,

И капает с неба

Унылый токсин.

«Усталый город, ночью серый…»

Усталый город, ночью серый,

В душе осколки от мечты,

И на карнизе голубь белый

Взирает вниз из пустоты.

Луна с брезгливою тоскою

Высокомерно вниз глядит.

И кровь упрямою волною,

Хладея, сердце леденит.

Прочь гонит сон моя тревога,

И строки льет на лист рука,

Через окно видна дорога,

Ее конец, и облака…

«Дрожали слезы в окнах, осень…»

Дрожали слезы в окнах, осень,

Седой туман прохладу нес,

И лес, парадно грациозен,

Бросал листву на тихий плес.

Закат парил над горизонтом,

Пробив лучами в тучах брешь,

Последний свет дарил ротондам

И уткам, строившим кортеж.

Ребенком помню мир огромный,

Который надо мной довлел,

Теперь он кажется фантомным,

Он в осени моей истлел.

Как фото старое в альбоме,

Как артефакт средь новых дней,

Как боль, как слово в идиоме,

Хранится в памяти моей.

«Все прошло неожиданно быстро…»

Все прошло неожиданно быстро,

Скоро сад наш укроют снега,

На душе и спокойно, и чисто,

Разделяет река берега.

Я смотрю на красивые розы,

Непогоде живут вопреки,

Хоть морозит и холодом осень

Нежно-алые их лепестки.

Ну а мне заморозила душу,

Застлала пеленою глаза,

И росою живою на стужу

По щеке покатилась слеза.

Лишь с Русью в сердце

«Я так люблю цветы, что в чистом поле…»

Я так люблю цветы, что в чистом поле,

Мне по душе нетронутый простор,

Я так люблю лес летний в птичьем хоре,

И дорог мне прохладный воздух гор.

Одна для всех у нас большая скрепа,

Чтоб быть самым счастливым из людей,

Глоток воды, кусок земли и неба,

И нежный голос Родины моей.

Простите мне мою сентиментальность,

Я не хочу других учить любить,

Простите мне врожденную витальность,

Лишь с Русью в сердце можно русским быть.

«Моря, поля, леса и горы…»

Моря, поля, леса и горы,

Песок пустынь и полноводность рек,

Я все люблю, что есть у нас в России,

Любовью истинной, как русский человек.

Дожди и снег, осенние туманы,

Песнь птиц, цветы и неба синеву,

Я это все Россией называю,

Все это я Отечеством зову.

«Это солнце над красным горизонтом…»

Это солнце над красным горизонтом,

Это поле, дорога в никуда,

Долгий путь, и мысль скользит экспромтом,

Ждут меня большие города.

За холмом остались сад и хата,

Ивы пышные, тонущие в пруду,

И еще веселые девчата,

И друзья, к которым не приду.

Все гляжу туда, где жило детство,

Слышу бабушки и деда голоса,

Доброхотов жалкое