Милый мальчик - Роза Ветрова

Может, Савва себе нового зверька присматривает? В компанию к Эрнесту и Александру. При воспоминании о гладком питоне по моему телу бросается дрожь. Имена остальных змей я не запомнила. Помню что их было много: и питоны, и полозы, и удавы. Шизанутый Чудик положил мне парочку на колени, и я упала в обморок. Поэтому воспоминания слегка подтерты моим подсознанием. Во избежание более глубоких психологических травм.

Вдоволь насмотревшись на меня, Савва опять закидывает меня к себе на плечо, в этот раз одергивая мне юбку.

- Так почему именно эта работа? - услышала я.

Странно, конечно, вести диалог в такой позе, но, пожалуй, лучше ему ответить.

- Платят хорошо.

- Там сидят одни извращенцы. Могу поспорить они дрочат круглосуточно, представляя ваши лица и костюмы.

- Ты тоже там сидел, - напоминаю я.

- Я и говорю - одни извращенцы. Сегодня мне не понадобится напрягать фантазию. Матроска тебе идёт.

Когда до меня доходит смысл его намёков, я возмущенно восклицаю и шлепаю его по спине. В ответ этот придурок опять шлепает меня по заду.

Краем глаза я уже замечаю знакомые очертания, общага совсем близко. Выдыхаю с облегчением.

- Боброва... - отвлекаюсь от созерцания бегущего под широкими шагами Саввы асфальта и вслушиваюсь.

- Да?

Савва останавливается и ставит меня перед собой. В его потемневших глазах клубится такая тьма, что сердце по привычке падает в район желудка.

- Ты выполнила мою просьбу?

**

9

Просьба?

Он о той "просьбе", что прозвучала как приказ, или угроза... Да что угодно, только не просьба! Он об этом, черт возьми?

Савва наклоняется к моему лицу, разглядывая вблизи. Я прокашливаюсь, ища глазами пути для отступления.

- Ты же не раздвигала ноги перед этими извращенцами? Берегла себя для меня?

Его нос почти касается моего, и мне хочется отшатнуться, но я сдерживаю порыв. Просто чувствую что на сегодня лимит его "заботы, участия и терпения " исчерпан.

От губ Чудика вкусно пахнет клубникой, он ведь выдул несколько молочных коктейлей, которые я услужливо ему приносила. А от кожи почти незаметно доносится тонкий запах лосьона или крема для бритья. Не знаю, чем он пользуется, и знать не хочу.

Раздражает тот факт, что запах этого психопата мне приятен. Потому что от всего остального меня просто колотит.

- Твое молчание мне очень не нравится, - его тон вмиг леденеет, а зрачки становятся почти черными. - Я обязательно узнаю, какая сука пихала в тебя свой член, и отрежу его. А потом вернусь и разделаю тебя на тонкие полоски. Как бекон.

На этих словах мои глаза почти вылезают из орбит. Дыхание перехватывает, я шокированно раскрываю рот. Ещё миг, и упаду замертво. Вот же помешанный!

- Это тот охранник - белобрысый карате-пацан или Корнеев, который разливает сегодня дешёвое пойло? Кого похороним?

Мамочки... Этот псих действительно следит за мной. Он все это выяснил, подслушивал или спрашивал... Откуда-то узнал подробности.

- Или сразу тобой заняться? - из кармана на свет божий опять выползает нож. Твою ж... Да сколько можно!

- Нет! - Я отчаянно мотаю головой, в который раз из-за этого маньяка вытирая слезы. Они непроизвольно бегут горячими ручьями. Больше не выдерживаю эти эмоциональные качели, больше похожие на экстремальный вид спорта. - Я ни с кем... Никогда...

Грудную клетку трясет, она ходит ходуном в надежде захватить побольше воздуха, я не могу сомкнуть губы, так сильно они дрожат.

- Точно? - Тяжелый и тёмный взгляд Саввы пронзает нутро, я чувствую себя перед ним трепыхающейся бабочкой на иголке.

- Точно! Я никогда... Я не занималась сексом... - шепчу сквозь слезы.

- И не отсасывала никому?

От грубых слов меня тут же бросает в жар стыда и унижения. Отчаянно мотаю головой, уже откровенно рыдая. И чтобы он успокоился и убрал долбанный нож, говорю то, что он так жаждет услышать:

- Нет... Я берегла себя... для тебя...

Его пугающий до трясучки взгляд мгновенно смягчается. Чудик убирает мне локон за ухо ласковым движением, большим пальцем вытирая слезы. Нож, при этом, остаётся в его руке, и поэтому маячит перед моими глазами. Я медленно выдыхаю, отводя взгляд.

- Умничка, Боброва. Хорошая, послушная девочка. Значит, я в тебе не ошибся. Погоди-ка... Так я тебе нравлюсь или ты просто испугалась?

Мрачно смотрю на этого гребанного психопата, с ненавистью представляя, как он помрет от чего-то в ближайшее время. Может, подавится клубникой или споткнется на ровном месте и напорется на собственный нож.

Ощущение, что он догадывается о чем я думаю. В темно-зеленых глазах предвкушение, на губах возникает едва заметная усмешка. С маниакальным выражением на лице Савва ждёт ответа.

Набираю побольше воздуха в грудь и обреченно выдавливаю:

- Ты мне нравишься.

Страх и отвращение в моем голосе слишком явны, но Чудик, улыбнувшись, кивает мне и кажется удовлетворенным ответом.

- Это мило.

Нож тут же исчезает в кармане, и я устало прикрываю глаза. Но распахиваю обратно, как только чувствую как горячий язык Саввы касается моих сомкнутых губ. Он сейчас облизнул мой рот?!

- Что ты... - возмущенно вырывается из меня, но Чудик не даёт договорить.

Положив руку на мой затылок, он целует меня, накрыв своими губами и зарывшись пальцами в волосы.

Окружающий мир тут же рассыпается на части. От шока и неверия я застываю на месте. Между тем горячий язык нагло раздвигает зубы, врывается глубоко внутрь. Мой желудок подпрыгивает как мячик и летит в бездну, низ живота непривычно дёргает от переполошившихся эмоций. Это же мой первый поцелуй! Лялька бы засмеялась, узнав насколько я синий чулок, но вышло так, как вышло. Этот придурок отбил у меня всякую охоту связываться с парнями.

Я слабо мычу, очнувшись, и пытаюсь оттолкнуть нависшего Савву, но он как тяжелая каменная глыба, не двигается с места. Целуется он напористо и жадно, как будто съесть меня хочет. Но при этом задевает, видимо, какие-то нужные струны. Мои ноги обмякают, но одну руку Савва перемещает мне на спину, не давая упасть и удерживая на месте. Прикусывает нижнюю губу, оттягивая. Потом снова целует и вылизывает мой рот, отчего у меня начинает кружиться голова.

- Подожди... - шепчу обессиленно, пытаясь глотнуть воздуха в перерывах.