Москва-1980 - Михаил Востриков

Барабульку местные не жарили, а варили в кипящем подсолнечном или оливковом масле со щепоткой соли, не потроша, в состоянии «как есть». Потом откидывали её на дуршлаг и целиком выкладывали на блюдо. И таким образом приготовленную барабульку можно было есть даже целиком, прямо с головой и хвостом. Это очень вкусно.

Хозяйка сарайчика меня баловала, посуду и масло мне дала. И к пробуждению любимой и котёнка на уличном столе всё было уже готово — стояло блюдо с золотой барабулькой и резаным лимоном, плошка с большими кусками жареной камбалы и кефали. Запах, м-м-м… Как тогда, в экспедиции на Ханаанские острова, когда барич Заи устроил нам всем утреннее испытание невозможным запахом свежезажаренного морского окуня и все сразу же проснулись и выползли из палаток.

Рыба, по куску белого хлеба, стакан чая, коту — головы и косточки, вот и весь наш завтрак. По пути на пляж мы ещё зашли на местный базарчик за фруктами и до обеда просто валялись на лежачках, по паре раз лениво заплывая до оранжевых буйков и обратно. Нега и лень на солнышке с мытыми крымскими персиками и грушами — самый лучший отдых телу и голове. А потом был обед в армянской шашлычке и послеобеденный сон в теньке. Красота!

У дочки соседей по пляжному лежбищу я увидел надувной матрасик в виде весёлого морского змея. Говорили в Чёрном море один такой водился, остался ещё с динозавров. Вроде даже видели его, а-ха-ха! Змея, змеи…

СТОП!

И я подскочил на лежаке как ужаленный!

Змеи же…

Вот же ответ на все мои вопросы — это змеи!

И я стал вспоминать! Как я спасся от смерти в Мире магического средневековья, на 100% уготованной моему юному Эколе Бести жестокими высокородными негодяями — рейдерами, братом баричем Грес и сестрой бевой Алу из венценосного рода Герр, племянниками Главы государства великого князя Гула IV. И в итоге я же переиграл их всех! И случилось это только и исключительно благодаря принцессе-кобре Шуи Сисс, вовремя инициировавшей меня в Кобру — носителя особой змеиной магии и особых сверхспособностей. А это ведь совсем другая Магия, не человеческая, как у Инших, которой я кстати тоже владел на уровне «вне категорий» по градации настоящего магического Мира! Вот эти обе магии меня и спасли! Обе, а не одна!

Внимание, вопрос! В этом Мире, который задолго до меня был полностью поделен и отформатирован под нужды всего лишь двух Доглядов Инших — Светлого и Тёмного, змеиная магия была? Конечно! И она была первое, с чем я здесь столкнулся в Московском зоопарке…

Ну а что я тогда думал⁈ Змей и нужно держаться, если хотел здесь жить. Они и станут основой моей независимости от Доглядов Инших — реальной силой, которую невозможно переломить, а только можно будет с ней договариваться. Как тогда! Да, как тогда! А ведь был у меня и ещё один аргумент для своей независимости в разговоре на равных с кем бы то не было в этом Мире. Но о нём позже…

— Танечка, поваляйся пока, я сейчас приду.

И я пошёл с пляжа к предгорьям Крымских гор, благо, что до них было два шага. Там я нашёл удобный камушек и присел на него. Вокруг не было никого из людей, все на пляже. И я дунул в свой магический змеиный подвес-свисточек.

И тут же из-за соседнего камушка выглянула рыжевато-коричневая головка небольшой змеи с глазами, на которых хорошо было видно поперечную черту.

— Ну наконец-то, — проворчала змея у меня в голове, — Ох-х, ты и тянучий брат Кобра! Уже неделю у нас, а всё никак не свистнешь. У нас же такого свисточка нет, чтобы тебя позвать!

— А Вы собственно кто? — удивлённо спросил я.

— Я — Коронелла! Крымская змея-медянка к вашим услугам, неделю уже тебя здесь пасу. Зелёная кобра Офиофаг из Москвы, председатель нашей всесоюзной ассоциации «Змеи сидящие», это кто в серпентариях живёт, нам уже все уши за тебя прожужжала, что ты, да как ты, а ты не свистишь и не свистишь.

— Уши? Змеиная почта «Уши-в-уши»! Она здесь тоже есть?

— А то как же, лучшая в мире!

— А как же кобра Офиофаг узнала, что я в Крыму? Я ведь к ней в Зоопарк так и не зашёл перед отъездом, только по приезду собирался.

— Змеи — лучшие шпионы и разведчики на свете! Не знал что ли? — скромно парировала змея Коронелла.

— Да, знал, знал. Уже все кто хотел, меня здесь вычислили.

— А кто ещё кроме нас, змей?

— Иншие. Догляды их. В Москве ещё. Как вы с ними?

— А никак! У них свои дела, друг за другом бегать воевать. А мы змеи существа мирные, ни с кем никогда не воюем и Магия у нас исключительно своя, они её даже не знают. Да и значительно больше нас по количеству, чем этих Инших. Ведь всякая змея — маг. Так что, если что, мы их враз…

И тут Коронелла спросила меня неожиданно, прямо «в лоб»:

— Брат Кобра! А ты к нам придёшь про «Змей Мира Магического средневековья» рассказать, как обещал Офиофаг в Москве? Или только им, московским?

— Д-да, конечно, за тем и свистел, а ещё посоветоваться хотел, как мне в Догляды не попасть по принуждению или по глупости? С них станется, ушлые! Завтра с утра, в полчетвёртого, прямо здесь. Как тебе?

— Нормально. Почти рассвет. Все наши будут, я им передам. А чего там советоваться? Не знаю, как мы тебе, а ты нам очень нужен, Кобра! Становись змеиным Предстоятелем для Доглядов Инших, а для людей — децернентом-человеком корпорации «Змеи СССР»! Фиг тогда они тебя все вместе объедут! Все наши за тебя проголосуют, уверена. Нет у нас сейчас своего децернента. Вот нас и не замечают и с нами не считаются, как будто и нет нас на свете. А ведь змеи гораздо ближе к людям, чем все эти Догляды Инших. Куда у людей ни кинь, везде у них змеи — на иконах, в песнях, в книгах, в медицине, даже в Библии змеи. А