Нарушая дистанцию - Элла Александровна Савицкая

— Пока утверждать что-то рано, — отвечаю за него, поворачиваясь к Левакову. — Надо понять какие схемы проворачивал Дудов.

Майор коротко кивает, даже не взглянув в мою сторону.

— Ясно, — бросает сухо, как будто мой ответ ему меньше всего важен, а потом просто встает и выходит.

Да Господи ты Боже мой!

Встаю и догоняю его в коридоре.

— Родион Сергеевич! Подождите, Радик…

Нехотя останавливается.

— Слушаю Вас, Ирина Николаевна.

— Ну, извините меня, — мягко касаюсь его локтя, облаченного в вязанный свитер. — Я повела себя грубо. Просто… с майором Поповым мы не в лучших отношениях, и каждый раз, когда кто-то говорит о нем, меня это нервирует.

Наконец, взглянув на меня впервые за день, Леваков недовольно сжимает губы.

— Я ведь этого не знал. Могли бы сказать.

— Я вообще стараюсь о нем не говорить, — объясняю мягко, чтобы не дай Бог еще раз не ранить чувствительную душу опера.

Даже звучит смешно, честное слово.

— Но Вы правы. Вы не знали. Я повела себя некорректно и прошу прощения. Мне не хотелось бы подвергать наши рабочие отношения риску с первого же дня.

У майора уходит несколько секунд на размышления, за которые я успеваю его изучить. Несмотря на рост и довольно неплохое телосложение черты лица у него отталкивающие. Маленькие глаза, очки в не самой современной оправе. Ему бы больше подошла должность офисного червя, а не полицейского. И как он только дослужился до майора?

Неужели такими же путями, как Игорь?

— Ну хорошо, — снисходит до меня его прощение, — я согласен с Вами. Вы переборщили, но я принимаю Ваши извинения. Спасибо, что не оставили этот конфликт висеть в воздухе. Знаете, не терплю недосказанности.

Растянув губы в искусственной улыбке, дожидаюсь от него ответной. Вроде даже искренней. Похоже, кое-кто обожает, чтобы перед ним лебезили.

И как бы сильно я не любила подобных личностей, а выхода нет. Нужно терпеть. Во всяком случае, пока что.

— Можно снова на «ты», — подсказываю ему.

— Да, можно, Ира.

Ну слава Богу!

Одна проблема решена.

Возвращаюсь в кабинет и натыкаюсь на три пары пытливых глаз.

— Ты извинилась перед ним? — спрашивает Никита.

— Да. А что?

— Бляяя, ну нахуя? — растекается по столу Красавин.

— Не поняла. Что не так? — по очереди смотрю на парней.

— Мы сделали ставки. Я сказал, что у тебя железные яйца и извиняться ты не станешь, а Ник поставил наоборот, — достав из кармана джинсов пару купюр, Дима вручает их Косте, — передай этому блин. Вангующему.

Никита с довольным видом забирает деньги.

— Тогда мне половину, — требую, выставляя вперед руку, — раз уж я помогла тебе выиграть.

С дерзкой ухмылкой лейтенант подходит и кладёт банкноту мне на ладонь, при этом не преминув сжать мои пальцы. Едва он это делает, как горящие искры тут же разлетаются в стороны, ошпарив кожу и даже пропалив одежду на рукаве. Если бы это было возможно, конечно, то на ткани точно остались бы пожженные края.

Забрав деньги, отправляю их в сумку.

А что, с такими ребятами, оказывается работать неплохо. Выгодно.

Ближе к вечеру приезжает жена убитого. Дудова Лилия Петровна.

Эффектная дорогая женщина с профессиональной укладкой и макияжем, входит в кабинет.

Скорбящей не выглядит от слова совсем.

— Я не удивлена, если его действительно убили, — произносит равнодушно, сидя на стуле за столом Никиты.

— Почему? — спрашивает он.

— Потому что это рано или поздно должно было произойти.

— Можете пояснить?

Помешкав пару секунд, она достает из сумочки сигареты.

— Можно? — вопросительно взмахивает пачкой.

— Вам можно, — Дима участливо чиркает зажигалкой и помогает ей подкурить.

— Спасибо, — обдав его заинтересованным взглядом, женщина оборачивается на нас. — В общем, мы открывали автосалон с Сережей вместе. Сначала все шло неплохо. Прибыль была, разъезды, путешествия. Но потом он начал тянуть одеяло на себя. Заявлял, что работает больше, а я вообще так, просто баба. А бабам вход в бизнес заказан. В общем, я поняла, что со своим мужчиной работать вместе категорически нельзя.

— Это точно, — хмыкаю в мыслях.

— Что, простите?

— Нет, ничего, — понимаю, что озвучила то, что не нужно было. — Продолжайте.

— Так вот. Он ввязался в какие-то схемы. Я не знаю какие, но они точно были незаконными. У нас дома не раз находились люди с оружием. Я решила, что такого счастья мне не надо. Продала ему свои акции и с тех пор мы живем отдельно.

— А что за люди, не знаете?

— Понятия не имею. Я никогда не совала нос в его дела. Знаю, чем это чревато.

— У него должны были быть какие-то документы, — говорит Никита, — в сейфе на работе пусто. Не знаете, может он хранил их где-то еще?

— Были. Он часто возился с бумагами. Но увозил их всегда на работу. Тут я вам не помогу.

Мы задаем еще несколько вопросов и отпускаем Дудову с просьбой не покидать город.

Рабочий день закончен, и можно отправляться домой.

— Я подкину тебя, — Никита перехватывает меня в коридоре.

Собираюсь сказать, что такой необходимости нет, потому что пока мы днем ездили с ним вдвоем в машине, я и так находилась как на иголках без видимой на то причины, но сделать мне этого не дает Иван Львович.

— Ириша? — обхватив меня за локоть, полковник указывает на выход. — Ты домой? Я тебя отвезу. Побеседуем.

Никита недовольно подпирает стену.

— А ты Руднев завтра чтобы в девять был, как штык. Полина тебя ждет.

— Товарищ полковник, — с упреком летит в спину.

— Это приказ!

10. Ира

— Герда, кис-кис!

Королева царской походкой выплывает из комнаты с таким выражением морды, будто холоп потревожил её счастливое ничего не деланье. Холоп, конечно, это я. Сегодня в её миске еще есть корм, поэтому встречать меня и орать голодной сиротинушкой нет необходимости.

— Иди сюда, жопка пушистая, — присев, успеваю только пару раз погладить ее перед тем, как та, вильнув хвостом, повернется ко мне той самой жопкой и укатит обратно в комнату.

И когда она стала такой стервозиной? В детстве была милейшим созданием. Спала у меня на коленях, встречала с работы и мурлыкала, как трактор. А потом выросла и все её милейшие качества канули в лету.

Она даже Игоря терпеть не могла. Вечно кусала его за ноги и гадила в тапки. Может, в этом все и дело? Обиделась на меня, что я не посчиталась с её мнением и привела в дом мужчину, который ей оказался не по нраву?

Думать о том, что там в кошачьих мозгах я, конечно, не намерена. У меня есть