Пророчества книги Даниила: происхождение, история экзегетики, толкование. Царство святых Всевышнего и мировая история - Игорь Александрович Бессонов

11Со времени прекращения ежедневной жертвы и поставления мерзости запустения пройдет тысяча двести девяносто дней.

12Блажен, кто ожидает и достигнет тысячи трехсот тридцати пяти дней.

13А ты иди к твоему концу и упокоишься, и восстанешь для получения твоего жребия в конце дней».

Историко-филологический комментарий

Еврейская часть книги Даниила завершается пространным видением пророка, описанным в 10–12 главах. Рассказ об откровении, данном Даниилу, занимает 10 главу, а в 11–12 главах содержится обращенная к нему речь архангела Гавриила. Большая часть этого повествования фактически является изложением эллинистической истории, в той мере, в какой она была известна автору книги Даниила. Сначала вкратце повествуется о завоевании Персидской державы Александром Македонским (Дан 11, 3), затем о ее распаде и многолетних войнах между Птолемеями и Селевкидами, которые именуются «южным» и «северным» царями. Военные конфликты между этими династиями, правившими в Египте и Междуречье, разворачивались на протяжении целого столетия (274–168 годы до н.э.) на территории Сирии и Палестины, принадлежность которых и была основной причиной разногласий между этими державами. В стихе 9, 21 автор переходит к изложению истории Антиоха Епифана, а в стихе 9, 31 рассказывает об осквернении Храма. В стихе 9, 40 пересказ эллинистической истории завершается, и начинаются подлинные пророчества, сделанные автором книги Даниила. Он полагал, что война между Птолемеями и Селевкидами вскоре возобновится, Антиох вторгнется в Египет, покорит его, а затем отправится обратно, встревоженный «слухами с востока и севера» (Дан 9, 44). Гибель настигнет Антиоха «между морем и горою пре-славного святилища» (Дан 11, 45); судя по всему, она должна произойти в результате прямого божественного вмешательства. Затем автор переходит к описанию чудесных эсхатологических событий.

Он говорит о явлении Михаила, небесного защитника и покровителя народа Израиля (ср. Дан 10, 21), обещает спасение всем, «кто будет найденным записанными в книге» и предсказывает воскресение мертвых, часть из которых получит награду за свою праведность, а другая будет обречена на вечное наказание.

С литературной точки зрения текст видения Даниила можно разделить на три основных раздела. Это описание истории Сирийских войн, изображение Антиоха Епифана и его деятельности и описание трансцендентных и эсхатологических событий – защиты народа Израиля архангелом Михаилом и воскресения мертвых. Мы последовательно дадим свои комментарии к каждой из трех частей последнего видения Даниила.

Первая часть видения представляет собой изложение эллинистической истории – настолько точное и подробное, что сложно сомневаться в том, что автор располагал какими-то письменными источниками, вероятно грекоязычными, использованными им для написания своего сочинения[717]. Описание эллинистической истории было сделано автором книги Даниила в манере, близкой к распространенным в месопотамской традиции «псевдопредсказаниям» – изложению исторических событий как пророчеств того или иного древнего мудреца[718]. Мы не будем подробно комментировать эту часть 11 главы – эта работа уже была проделана большим количеством комментаторов начиная с бл. Иеронима вплоть до авторов современных фундаментальных научных комментариев книги Даниила[719].

Хотелось бы отметить лишь некоторые примечательные особенности рассматриваемого повествования. В первую очередь обращает на себя внимание то, что практически весь текст, повествующий о событиях до воцарения Антиоха Еифана, концентрируется на войнах между Селевкидами и Птолемеями. Складывается впечатление, что эти события интересовали автора даже больше, чем собственно еврейская история. Подобный характер повествования 11 главы при почти полном отсутствии ссылок на сирийско-египетский конфликт во всех остальных частях книги Даниила, однозначно указывает на характер использованного литературного источника – очевидно, что его основным предметом были политические отношения между державами Птолемеев и Селевкидов. Примечательна антиселевкидская позиция автора – так, он резко негативно характеризует еврейских сторонников Селевкидов, восставших против «южного царя» (Дан 11, 14). Многие исследователи полагают, что речь здесь идет о возникшем во время очередной серии столкновений между Птолемеями и Селевкидами еврейском мессианском движении[720], в то время как другие комментаторы предпочитают говорить о негативной оценке автором книги Даниила проселевкидской партии, приветствовавшей взятие Иерусалима армией Антиоха III[721].

Следующей частью последнего видения Даниила, занимающей в нем центральное место, является описание правления Антиоха Епифана, организованных им преследований иудеев и ожидаемой автором книги Даниила гибели нечестивого царя. Он описывает воцарение Антиоха, произошедшее с нарушением династических правил, его походы против Египта и совершенное им осквернение Храма. Автор книги Даниила приписывает Антиоху такие черты как коварство и лицемерие (Дан 11, 21; 11, 27; 11, 32), необычайно агрессивные и масштабные планы (Дан 11, 24), склонность к гневу и ярости (Дан 11, 44), крайнюю алчность и воинственность (Дан 11, 38). При рассмотрении изображения Антиоха Епифана возникает принципиальный вопрос – описывал ли автор действия или черты характера исторического Антиоха или использовал некоторый типичный портрет «нечестивого царя», все действия и мотивы которого далее изображались таким образом, чтобы соответствовать уже известному сценарию? Так, приписываемое Антиоху в книге Даниила богохульство и непочитание богов, «безбожие», было серьезным преступлением в глазах людей Древнего мира и часто использовалось в политической борьбе как достаточно распространенное обвинение. С. Вейцман указывает, что полемические обвинения тех или царей в непочитании богов были типичной чертой вавилонской литературы и предполагает, что эта традиция могла быть заимствована евреями и отразиться в описании Антиоха[722]. Приводимые им примеры, однако, выглядят недостаточно убедительными – во всех приведенных описаниях речь обычно идет о злоупотреблении храмовыми ценностями или тех или иных культовых нарушениях, но не о тотальной враждебности того или иного царя по отношению к богам и храмам.

Гораздо более близкую аналогию представляет собой египетская традиция, повествующая о завоевателе Египта, персидском царе Камбисе[723]. Она дошла до нас в изложении Геродота, который описывает Камбиса как нарушителя всех возможных религиозных законов, преступника и безумца. Он приказывает осквернить гробницы фараонов и глумится над их мумиями; в нарушение персидского религиозного запрета сжигает мумию фараона Амасиса; вопреки персидскому обычаю женится на своей сестре, а затем приказывает казнить ее; приказывает убивать египтян, празднующих появление нового священного быка Аписа, и смертельно ранит самого Аписа мечом. В наказание за эти злодеяния Камбис впадает в окончательное безумие и умирает по дороге в Персию в сирийском городе Ак-батаны, случайно поранив себя мечом в то же самое место, в которое был ранен Апис. Все это описание очень напоминает рассказ книги Даниила об Антиохе: осквернение иерусалимского Храма, хуление Всевышнего, непочитание им даже собственных «отеческих богов» (Дан 11, 37). Еще более интересны конкретные эпизоды, роднящие рассказ об Антиохе и Камбисе.