Собрание сочинений. Том 1. Второе распятие Христа. Антихрист. Пьесы и рассказы (1901-1917) - Валентин Павлович Свенцицкий

Зося повернулась и пошла назад к своей избе. Понемногу она успокоилась. И опять равнодушно-усталым взглядом стала смотреть на шумную, лязгающую, плачущую живую массу, двигающуюся вдоль села.

Зося смотрела и думала: «Хоть бы и немцы… Что им взять у меня? Дети маленькие… В дому пусто… Посмотрят и уйдут… Как-нибудь перебьюсь пока… А там, может быть, опять наши вернутся».

И, совсем успокоенная, она пошла в избу.

* * *

Немецкие войска заняли село на рассвете. Голодные, усталые солдаты входили в пустые избы, где не осталось ничего, кроме голых стен и лавок, и злобно говорили:

– Пусть лейтенант сам теперь поищет хлеба и мяса… Обещать-то легко было…

Другие подсмеивались:

– Ну, ну, благодарите Бога, что они, по крайней мере, не подожгли свои конуры…

– Хорошее утешение, – ворчали солдаты, – стоило делать два перехода без отдыха, чтобы попасть в эти чортовы гнёзда.

Озябшие, измученные, озлобленные, они вымещали свою досаду на всём, что попадалось под руку: почти во всех избах пылали печи, растопленные стульями, деревянной посудой и брошенной крестьянской рухлядью.

Зося плохо спала эту ночь. Она слышала, как придвигался глухой, тяжёлый гул. Охватывал село. Всё ближе и ближе… Она смотрела на мутные стёкла, в которые едва брезжил ранний рассвет, и ждала. Но мимо окон не проходил никто.

«А может быть, и не придут ко мне, – думала Зося, – мало ли хороших изб?.. Что им за нужда тащиться на самый край села?..»

За рекой у моста остановилось двое солдат, посланных лейтенантом осмотреть избы.

Один сказал:

– И смотреть нечего было. Дураки они, что ли, оставлять лейтенанту угощенье…

– А вон за рекой изба, – сказал другой, – надо дойти до конца.

– Довольно будет. Чего ноги ломать?

Но второй настаивал:

– Наше дело исполнить приказ, а там как хотят.

Зося слышала тяжёлые шаги по мосту. Они так ясно и чётко выделялись из общего гула за рекой.

«Может быть, так это… идёт за чем-нибудь по мосту человек… по своему делу, – успокаивала себя Зося. Но сама не сводила глаз с белеющего окна. – А хоть бы и ко мне… Пускай… Взять у меня нечего…»

Шаги, на время стихшие, раздались под самым окном. А через минуту две громадные расплывшиеся тени заслонили мутный свет стекла, и в избе стало темно. Кто-то дёрнул за ручку калитки.

– Ага! Заперто! Значит, кто-нибудь есть, – сказал один голос.

Другой ответил:

– Ну, что же, не прав я был? Что бы мы завтра сказали лейтенанту?

Начали стучать в калитку, точно хотели сорвать с петель дверь. Осторожно, чтобы не разбудить детей, встала Зося и пошла отпирать.

* * *

Солдаты ни слова не понимали по-польски.

Они осмотрели избу и двор. И когда увидали в хлеву коров, о чём-то долго совещались. Потом один из них ушёл, другой остался на дворе.

Зося всё время ходила с ними. С тревогой следила за каждым движением. Но они ничего не трогали. Всё осторожно ставили на прежнее место. Зося ждала, что и другой солдат уйдёт. Но он нашёл какую-то доску, сел и закурил.

– Больше у меня ничего нет – вот эти коровы, и всё… – сказала Зося, забывая, что её не понимают.

Солдат ответил что-то по-немецки. Но Зося поняла только одно слово: «лейтенант».

Она догадалась: «Пошли за лейтенантом…»

И сразу вспомнилось: «Съедят твоих коров немцы…»

Слова эти теперь так и остались у неё в мозгу.

Она даже не пыталась прогнать их. Молча стояла около солдата и ждала…

Лейтенант приехал в сопровождении нескольких офицеров. Они не обращали никакого внимания на Зосю, как будто бы её не было. Вывели коров на двор.

Лейтенант подошёл и похлопал одну из них по шее. Лейтенант был добродушный, смешливый толстяк. Он и тут успел сказать что-то весёлое, потому что офицеры и солдаты, улыбаясь, посмотрели на коров. И вдруг лейтенант повернулся к Зосе и на чистом польском языке сказал:

– Мы должны взять у вас этих коров.

Зося от неожиданности не нашлась, что ответить.

– Славные коровы, – продолжал лейтенант. – Вы за них получите хорошие деньги…

Наконец Зося заговорила:

– Нет, нет!.. я не отдам, господин лейтенант. Мне коровы нужны… Я без них никак не могу, чем же я буду жить?

Лейтенант удивлённо посмотрел на неё:

– Но вы же получите за них деньги!

Зося не соглашалась:

– Нет, денег мне не надо… Что же я буду делать с деньгами? Ни хлеба, ни молока… Мне без коров нельзя.

Лейтенанту показалось забавным, как говорит с ним Зося.

– Она думает, что мы покупатели, – смеясь, сказал он офицерам.

И, обращаясь к Зосе с добродушной улыбкой, повторил ей снова:

– Ваши коровы нужны войску. Они будут у вас отобраны. Что же касается денег – то вы получите, что вам следует по закону.

Зося посмотрела на коров, на лейтенанта, на офицеров и солдат и, видно, поняла, что коров возьмут. Тогда неожиданно она схватила лейтенанта за руку и быстро-быстро заговорила:

– У меня дети, господин лейтенант… Маленькие дети… Мальчику пять лет. Девочке всего два года… Если не будет коров, они умрут с голоду. Пожалейте их, господин лейтенант. Возьмите что-нибудь другое… У меня есть распятие… серебряное… И шёлковое платье… мне подарил покойный муж…

– Нет-нет, милая, я тут ничего не могу сделать… – И, что-то соображая, машинально прибавил: – А где же ваши дети?..

Зося бросилась в избу и привела сонных Яна и Марусю. Лейтенант потрепал Марусю по белым волосам и сказал:

– Славная девочка… Ну, а теперь пойдёмте в избу. Я должен дать вам расписку, по которой вам выдадут за коров деньги.

Зося, едва выговаривая слова от дрожи, бессильно повторила:

– Мои дети… умрут с голоду… господин лейтенант…

Лейтенант приостановился на минуту:

– Это можно исправить: я велю их расстрелять – тогда коровы вам будут не нужны…

И он залился добрым, колышащимся смехом.

Шутка так ему понравилась, что он повторил её по-немецки, обращаясь к ближайшему офицеру:

– Расстрелять этих малышей – тогда она за ненадобностью продаст нам коров.

И потом снова обратился к Зосе:

– А теперь пойдёмте. Я напишу квитанцию. Нам некогда.

Он прошёл в избу первый. За ним Зося, растерянная и вздрагивающая всем телом не то от холода, не то от слёз. Он велел зажечь лампу. Сел к столу. Достал походную чернильницу, какую-то длинную книжку и стал писать.

Зося стояла около, опустив руки и как будто бы не понимая, что кругом неё происходит.

В это время за избой, по направлению к полю, раздалось два коротких, один за другим, выстрела.

Лейтенант вскочил. Перо выпало из