Избранное - Кира Алиевна Измайлова

– Желаю ей скорейшего выздоровления, – сказал я. – А как ее имя, если не секрет? Возможно, мы знакомы – мир чрезвычайно тесен!

– Тродда Викке, – ответила Альтабет, и я даже не удивился такому стечению обстоятельств. Логично ведь: если пострадавшую чародейку не смогли отправить в столицу предыдущим поездом (что и понятно, он давно ушел), то ждать следующего еще неделю возможности нет. Не на подводе же ее везти, обгоревшую! – Прекрасная женщина, я давно знаю их с братом, они всегда работали вместе.

– У нее есть брат? А почему не он сопровождает госпожу Викке?

– Очевидно, занят расследованием случившегося, – пожала она плечами. – Право, в такие подробности я не вдавалась. Для меня они не имеют никакого значения.

– Вы правы, – согласился я.

– До завтра, господин Рокседи! – попрощалась она и вышла в коридор, одарив нас с Кьяррой улыбкой.

– До завтра и спасибо вам, госпожа Суорр! – ответил я, захлопнул дверь, привалился к ней спиной и тогда только сумел перевести дыхание.

Кьярра в ответ на мой вопросительный взгляд кивнула и шепотом произнесла:

– Ушла. Не слушает.

– Хорошо… – Я упал на свое место. – Спасибо, что не оторвала ей голову, как грозилась.

– Если бы оторвала, она бы ничего не рассказала, – резонно ответила Кьярра и села у меня в ногах. – А теперь мы знаем, что Тродда здесь!

– Предлагаешь скинуть ее с поезда?

– Зачем? Она все равно не выживет, – равнодушно ответила она.

– Уверена?

– Почти, – после короткого раздумья сказала Кьярра. – Я тебе говорила: я старалась только наделать шума. Чтобы возы горели ярко, но люди остались целы. Если Тродда так сильно обгорела, значит, зачем-то полезла в огонь. Сама виновата.

– Там еще возчик погиб, – напомнил я. – Может, она пыталась его спасти.

– Не верю. Если он не успел спрыгнуть с воза, когда я освободилась, спасать было некого.

– Значит, ей просто не повезло. Может, взбесившийся вол толкнул ее в огонь, может, загоревшееся дерево сверху упало… Не важно. Главное, не попадаться ей на глаза. Выживет она или нет, еще не известно, а вот Альтабет нам пригодится…

– Ты же хотел отправить Тродду полетать, – напомнила Кьярра.

– Это слишком легкая смерть, – ответил я и протянул ей руку. – Не обижаешься на то, что здесь наговорил?

– Нет, – сказала она, не торопясь прикоснуться ко мне. – Ты говорил неправду. Но я все запомнила. Теперь буду так отвечать, если кто-то спросит. Правильно?

– Да, – кивнул я и опустил руку. – Придется немного потерпеть Альтабет. Она может рассказать еще много интересного.

– Ты ей понравился, – заявила Кьярра. – Смешно!

– Почему это? Я настолько страшный в этом гриме, что не могу понравиться женщине?

– Она думает, что ты ровесник. Может, чуть-чуть моложе. А ты ей в сыновья годишься, – удовлетворенно произнесла она и опешила. – Рок? Что смешного я сказала?

– Она правильно думает… – выговорил я сквозь смех. – Я как бы не старше… Просто выгляжу…

– А-а-а… – Кьярра выразительно хлопнула себя по лбу. Где я видел этот жест? Он точно не мой, так откуда?.. – Веговер сказал, что помнит тебя со своей юности, и ты не изменился. Я забыла!

«Ну конечно, Веговер так делает, – сообразил я. – Видимо, подсмотрела».

– Вот именно, – сказал я вслух. – Так что женское чутье Альтабет не подвело. Кстати, она еще очень даже ничего… Если понадобится добыть какие-нибудь сведения, я вполне могу задействовать свое недюжинное обаяние и затащить ее в постель… Кьярра? Что за зверский взгляд?

– Оторву голову, – мрачно пообещала она, а я на всякий случай не стал уточнять, кому именно.

Вот только ревности в ее исполнении мне и не хватало…

Глава 16

Ночь прошла под убаюкивающий перестук колес. Я не спал, ясное дело, слушал ровное дыхание Кьярры и размышлял о нежданном подарке судьбы, втройне удачном тем, что Альтабет не различила во мне провожатого. Возможно, она просто никогда не имела дела с нашей братией? Вряд ли солидная дама, доверенное лицо матери-заступницы, часто путешествует скрытыми дорогами… Может, вообще никогда на них не ступала, а то и не слышала. Таких людей больше, чем можно представить: для кого-то провожатые проходят по разряду бабкиных сказок, кто-то слышал о нас, но сам не сталкивался, а рассказчикам не слишком-то поверил… Оно и к лучшему. На всех желающих срезать путь нас попросту не хватит.

– Рок, можно, спрошу? – произнесла вдруг Кьярра.

Я даже не уловил момента, в который она перешла от сна к бодрствованию. У людей это легко заметить (есть, конечно, умельцы притворяться, но таких еще поди поищи), а Кьярра… Вот только что, готов поклясться, она видела десятый сон и тут же заговорила совершенно бодрым голосом. Впрочем, она ведь рассказывала, что драконы не засыпают крепко, чтобы не проворонить опасность. «Или продраконить? – подумал я и мысленно плюнул: – Что за чушь лезет в голову!»

– Спрашивай.

– Я правильно поняла, что эта… как ее… Бет не умеет колдовать сама?

– Если не лжет, то да. Я не ощущаю ее как чародейку, но они умеют закрываться от посторонних, чтобы не выдать себя раньше времени. Однако не думаю, что Альтабет таится от всех случайных попутчиков.

– То есть ты ей веришь?

– Я никому не верю. – Приподнявшись на локте, я увидел светящиеся в темноте глаза Кьярры. – Разве что за редким исключением, и то отчасти. Но ее история звучит правдоподобно, а проверить мы не можем.

– Она полезная?

– Альтабет? Надеюсь на это. Конечно, допуск к тайным архивам она мне предоставить не сможет, но рекомендательное письмо персоны ее уровня немало значит.

– Рок, я опять не поняла, – удрученно сказала Кьярра.

– Она напишет бумагу, – пояснил я, – и ко мне станут относиться намного любезнее, чем если бы я пришел просто с улицы. Если заручиться помощью кого-то известного и влиятельного, есть шанс получить разрешение покопаться в тех документах, которые посторонним не показывают.

– Даже за деньги?

– Да. К тому же, если посулишь слишком много, это вызовет подозрение: зачем платить за эту информацию? Уж нет ли в ней чего-то по-настоящему ценного? Если решат так, то ничего мы не найдем, вдобавок нами самими заинтересуются… Поэтому действовать нужно крайне осторожно, и это может занять много времени… что нежелательно.

– Почему?

– Потому что Альтабет непременно поинтересуется, как поживает прелестная дикарка, обратился ли я уже к чародеям, а если да, то что они решили… Хуже того, она может спросить у каких-то своих знакомых, приходил ли к ним господин Рокседи по поводу своей необычной племянницы, узнает, что никто о нем слыхом не слыхивал, расскажет о том, как ощущала твою силу… Как думаешь,