Повелитель теней. Том 1 - Лариса Куницына

Капитан Линдар, присутствовавший на разбирательстве, как непосредственный командир Кабреры, вспыхнул и бросил на своего подчинённого полный ненависти взгляд.

— По моей просьбе рыцарь выспросил у Линдара всё, что мог, и сообщил мне. Таким образом, он был в моих покоях дважды. И, кажется, я оставляла его в одиночестве, чтоб достать несколько монет, которые передала ему в качестве платы за услугу. Больше он у меня не был.

— Кто присутствовал при ваших встречах? — спросил альдор.

— Госпожа Ланфэн. Она подтвердит, что всё так и было.

— Не сомневаюсь, — презрительно усмехнулся он.

— Великий, — произнёс Деллан, — мы обыскали вещи Кабреры в казарме и нашли вот это, — он приблизился и протянул альдору шёлковый лоскут, мятый и не слишком чистый, он, тем не менее, был украшен тонкой вышивкой в виде стилизованной лилии.

— Это, кажется, ваш знак? — спросил он, показав вышивку Изабо. — Может вы встречались с этим рыцарем ещё раз? Без свидетелей.

— Нет! Я уверена, что он украл и этот платок, чтоб шантажировать меня! — крикнула она.

— Ведьма! — заорал Кабрера, бросаясь к ней. Его удержали стражники, но он продолжал кричать: — Ты сама дала мне платок и эти серьги! Ты заигрывала со мной и хотела моих услуг! Ты велела мне оболгать леди Дарью и доносить, что говорят о тебе и альдоре в казармах! Ты клялась мне в любви!

Изабо с яростью взглянула на него.

— Проклятый лгун! Ты сам без конца преследовал меня, пытаясь добиться милостей, которых не заслуживаешь! Великий, — она бросилась к помосту и, упав на колени, простёрла к альдору руки, — клянусь вам, я стала жертвой клеветы и обмана, и прошу вас о защите.

Альдор сурово взирал на неё. Она обернулась. На лице Алонсо появилась змеиная усмешка.

— Зря стараешься, Изабо, — процедил он. — Ты думаешь, что сможешь утопить меня, спасая свою жизнь? Не выйдет. Вместе, так вместе!

— Если никто не может защитить меня от этого гнусного лжеца, — проговорила она, поднимаясь на ноги, — я прошу об этом богов! Великий! Я прошу о поединке чести!

Альдор откинулся на спинку кресла и посмотрел на сына. Тот пожал плечами.

— Мы не можем отказать леди в проведении поединка чести. Слова этого рыцаря, действительно, позорят её, а иных способов защитить её честь я не вижу. Остаётся уповать на милость богов. Если кто-то вызовется защитить честь дамы и сразится с её обидчиком, и победит при этом, честь будет считаться восстановленной. А клеветник будет наказан за свою ложь, — Ликар холодно взглянул на бледного Кабреру, который нервно перебирал звенья своей цепи.

— Хорошо, — согласился альдор. — Мы не будем терять светлую половину завтрашнего дня и устроим поединок чести во внутреннем дворе дворца. Дама Полуночи остаётся в своих покоях под присмотром дам. Никому, кроме них и меня не разрешается туда входить. Никакие предметы и письма не должны передаваться ни в покои, ни оттуда. Этого мошенника, — он брезгливо взглянул на Кабреру, — отведите в сухую камеру и кормите, как следует, чтоб никто не говорил завтра, что его поражение вызвано слабостью от голода. Пусть лекарь осмотрит и обработает его раны. Завтра ему разрешается последний раз ради поединка надеть доспехи и взять в руки оружие. Однако независимо от результата поединка он изгнан со службы и лишён звания рыцаря, поскольку его поведение, в любом случае, несовместимо с этой честью.

Альдор поднялся с места, и все присутствующие поклонились ему, выражая готовность покориться его воле. Он медленно спустился с помоста и направился к выходу. За ним шли сыновья, а следом с суровыми лицами направились и остальные придворные и рыцари свиты.

Хок тоже участвовал в охоте, однако не был среди тех, кто вернулся во дворец с альдором. Элот на ходу сунул ему ярлык, служивший пропуском через все ворота города, хлопнул по плечу и пожелал хорошо развлечься на пиру, после чего последовал за своим господином. Однако у Хока не было желания пить и веселиться. Он не слышал, о чём говорили собравшиеся вокруг альдора рыцари, но увидел, как уводили перепуганного Алонсо Кабреру и как проследовала к своему коню едва не под конвоем бледная Изабо Моро. Поскольку Донцов и Кроу уехали с остальными рыцарями энфера, расспросить о случившемся было некого. Вокруг тревожно шептались о каком-то промахе Дамы Полуночи и шпионе Сен-Марко. Всё это не на шутку встревожило Хока и вскоре он, отвязав от временной коновязи своего коня, тоже вернулся в луар.

Там он сразу спустился в казармы и отыскал Адриана Адальбера и Энцо Коррадо, но и те ничего не знали. Адриан обещал что-нибудь разнюхать и после отпроситься у капитана, чтоб сообщить новости. Уже ночью оба они постучали в дверь комнаты в Башне Старого единорога. С ними вошёл молодой оруженосец с большим узлом. Развязав его на столе, он раскинул ткань как скатерть. Внутри оказались запечатанный воском глиняный кувшин с вином, несколько кружек и обычный в таких случаях набор закусок: хлеб, сыр и запечённое мясо. После, поклонившись, он ушёл. Дожидавшиеся этого момента друзья, заперли за ним дверь и уселись за стол.

Выяснить Адриану и Энцо удалось немного. Они знали, что Изабо заперли в её покоях под домашний арест, а Алонсо сразу повели к палачам. Поскольку всем присутствующим рыцарям под страхом наказания было запрещено раскрывать детали случившегося, причины этого происшествия были неизвестны. Знали только, что всем капитанам дворцовой стражи, личной охраны альдора, энфера и Дамы Полуночи запретили ложиться спать, потому что их в любой момент могли вызвать в покои альдора. И хоть пока все они могли вернуться в свои казармы, Донцова, как и других своих капитанов, Ликар держал при себе, а значит, и разузнать что-то от него пока было невозможно.

Наконец, в дверь постучали, и на пороге появились Донцов и Кроу. Оба были мрачны, но Донцов, скорее, зол, а Кроу — расстроен. Снова заперев дверь, они присоединились к друзьям за столом и, наконец, рассказали, что произошло.

— Что будем делать? — спросил Хок, поглаживая свернувшегося на его коленях Кису.

— Мы — ничего, — пожал плечами Донцов. — Пусть сами разбираются.

— Но Изабо и Кабрера — наши товарищи! — воскликнул Дэн.

— Правда? — Донцов вздёрнул золотистую бровь и холодно взглянул на него. — Как-то странно они ведут себя для товарищей. Прямо едва не на головах друг у друга прыгают, пытаясь выбраться из этого болота.

— Да и что мы можем сделать? — пожал плечами Энцо. — Участвовать в поединке против Кабреры в защиту Изабо? Во-первых, его не так просто победить…

— Во-вторых, прежде чем