Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

Без меня, она бы не была сейчас так хороша во всех уроках. Почти не было дня, когда я тренировался один, без Касуми, всегда приглашая блондинку быть товарищем или спарринг партнером.

Закономерный ответ девушки сквозь зубы:

- С тобой.

Кивнув, я приподнял левую бровь.

- Еще есть вопросы?

Что тут еще объяснять? Рассказал бы я или нет, в конце года Касуми бы получила, что ей причитается. Вины не ощущалось, как и того, что должен оправдываться, юлить.

У блондинки появилась небольшая складка между бровей, которая разгладилась лишь через пару секунд. Касуми вздохнула, отвернула голову и еле слышно сказала:

- Нет вопросов. Прости, меня занесло.

Она уже хотела встать, думая, что разговор окончен, когда я мягко схватил ее за запястье и потянул присесть обратно.

Проводив взглядом последнего вышедшего из додзё одноклассника, расслабил позу, вытянул ногу. Почти затекла за урок. Постукивая по бедру пальцем, я постарался без давления кое-что объяснить девушке.

- Я, конечно, прощу. Но послушай меня сейчас без лишних эмоций. Наш класс полон дворян и жителей Сейретей. Не будь ты тихой, подмочила бы мою репутацию.

- Пф. Я знаю, - огрызнулась она.

- Нет, не знаешь, - к ее удивлению, я отвечаю жестким тоном. – Сейретей и Академия это очень красивые места. Но жестокие. Ты, твоя семья теперь слуги Окикиба. Прошло всего ничего, потому я все понимаю. Однако, ты знаешь, что случилось бы со слугой, который посмел бы так смотреть и требовать ответов от моего отца? Или тыкнуть его локтем, как ты любишь?

Касуми немного поникла под моим нетипично серьезным взглядом. Я редко говорил с ней таким тоном, таким голосом. Суровым, не терпящим возражений.

- Ему бы в ту же минуту вырывали глаза на заднем дворе. А локоть повернули в обратную сторону. Для начала. Наглость - это качество, за которое слуг в Сейретей убивают. Ты понимаешь?

Касуми сглотнула.

- Я просто попросила объяснить.

- Ты сама это выбрала, - твердо бью ее фактом. – Мой последователь, слуга. Мы не друзья. Мы не любовники. Я ничего не обязан объяснять слугам.

Прежде, чем гордость девушки-бойца получила еще больший урон, я качнул маятник разговора в другую сторону, взяв ее за ладонь и немного сжав.

- Трудно быстро приспособиться, понимаю. Касуми, - теплее произнес имя. – Ты не жила здесь, никто не готовил тебя к подобной роли. Ты просто девушка из додзё Ода.

- Я всему научусь… - начала было она.

- Не нужно, - взял я ее ладошку уже двумя руками, ощущая мозоли и царапины костяшек. – Вся эта мишура не касается шинигами, в Готей 13 нравы проще. Там свой, утилитарный этикет без лишнего. Можно будет расслабиться и вести себя нормально. Но пока мы формально не шинигами, а просто граждане Сейретей, ученики. Мне нравится наша свобода общения, твой характер, бойкость. Я скажу тебе только один раз.

Смотрю в ожидающие зеленые глаза.

- Ты сама проболталась в классе, теперь окружающие ожидают от нас определенного уровня общения. Репутация Окикиба должна поддерживаться. Подлежащее уважение должно быть показано. Я не потерплю больше ничего подобного на людях.

Я отпустил ее ладошку, начавшую потеть от стресса. Неприятно говорить подобные вещи, но во мне нет наивной черты или неуверенности в подобных моментах. Поставить на место человека, отчитать или наказать слугу, указать иерархию, это делается, а не пускается на самотек.

Границы должны быть очерчены, ясно показаны, тогда это убережет от множества странных и неловких проблем в будущем.

Нет большего урона репутации, чем наглый и много себе позволяющий подчиненный на глазах других.

Я видел, как над такими добрыми или слабыми почти открыто насмехаются другие дворяне на приемах. Такие господа и дамы, без сил и авторитета справиться даже с собственными слугами – изгои в высшем обществе. Презираются за бесхребетность.

Я – лицо тысяч людей под гербом Трилистника. Не могу позволить себе подобного.

Будь я простым, низшим аристократом, наплевал бы. Но бытие диктует правила. У меня свой долг. Кем родился, там пригодился и все такое. Ради одной девчонки, знакомой всего ничего, не собираюсь предавать надежд и репутации Семьи. Это и моя репутация тоже.

Если положить руку на сердце, не нужна мне Касуми Ода. Не нуждаюсь я в ней, как в слуге. Мало что ли слуг, даже сильных слуг? Или помани пальцем, сколько таких «Касуми» захочет за блага встать под крыло? Десятки, а может, сотни.

Но я познакомился с этой Касуми, привязался, решил проявить доброту. Но и только. Хватать за руку и бросать все, крича – пусть мир горит, все ради нее! Нет уж.

Если бы в прошлом плане нужно было подставить, даже убить ее… Я бы сделал это. Терзался совестью, но без соплей сделал, что нужно. И поэтому не включил ее в дело.

Если хочешь что-то сохранить – не ори, бегай и спасай, постфактум, привет Орихиме. А держи вне опасности изначально, не втягивай. Или предотвращай угрозу. Если есть возможность.

У меня есть. Потому Касуми никак в опасных делах не участвовала. И в итоге никак не пострадала, даже мизинчик о тумбочку не ушибла и какую-нибудь фобию не заработала.

Делаю прекрасный для себя вывод. Я не типичный Обычный Японский Школьник. С ОЯШизмом головного мозга. И слава Королю Душ.

Касуми задержала взгляд на повисшей в воздухе ладони, неловко опустила ее, а потом кивнула.

- Я все поняла, - твердо, серьезно объявляет девушка.

- Надеюсь. Последствия тебе не понравятся. На этом закроем эту тему. Идем отсюда.

Мы вышли на свежий воздух, где тепло греет солнце, птички перекрикиваются в зеленых деревьях, это помогло Касуми вернуть беззаботную нотку. Через пару минут прогулки в сторону главного здания она уже улыбалась, как прежде.

- Знаешь, - говорит она, по-шутовски убрав руки за спину. – Это все ты виноват.

Теперь она хотя бы оглядывается, перед тем как что-то сказать… Прогресс на лицо. Мы одни на дорожке.

- Да ну?

- За пять минут с тобой появляется ощущение, будто ты свой, понимаешь? Нет ощущения, что надо держать маску или казаться кем-то другим перед тобой. Расслабляешься. Забываешь, кто ты.

Что-то подобное говорил и Фумио, в более обвиняющих тонах. Один раз- совпадение, два…

- Ты…

«Монстр», сказал бы Фумио Рао.

- … слишком обаятельный, Судзин. Другие дворяне ходят, нос от всех воротят, думают, что незаметно.