Вусмиор. По ту сторону барьера - Майя Олав Глакс

Генерал вернулся взглядом к шпионке, но сделал это медленно, не спеша проскользнув по оголенным лодыжкам и острым коленям, недовольно обошел больничную сорочку и остановился на хмуром лице Евы с явным вопросом в глазах.

— И чего же вы хотите от меня, генерал? — с нескрываемым отвращением спросила Рид.

Она не считала Алларда отвратным, наоборот, он привлекательно сочетал в себе мужественность и столь необходимое нынче стремление блюсти порядок, и в то же время как будто оставался вне системы. Вот чего хотела на самом деле для себя Ева, и она бросила метание между службой Орлу и верностью мятежникам не для того, чтобы пасть еще ниже и стать не только подстилкой по указке, но и личной куклой генерала.

Перед глазами Рид в тот же миг всплыло лицо Леорика Вагнера, искаженное злобой и похотью, когда он угрожающе схватил ее в саду своего поместья. И Ева хорошо помнила наслаждение, с которым наблюдала, как уходила жизнь из глаз бывшего генерала. В тот момент у нее были помощники, благодаря которым она могла разобраться со своими недругами. Теперь же она была один на один со всем миром.

— Я хочу быть уверен в тех, кто находится рядом со мной, — вкрадчивый ответ Алларда выдернул Еву из омута воспоминаний, заставив искренне удивиться. — А этого нельзя добиться, зная только внешние твои ограничители.

— Разве можно знать наверняка, на что ты способен в тех или иных обстоятельствах? — слегка растерянно протянула Ева, вспоминая все моменты, в которых ее жизнь висела на волоске, и каждый раз Рид делала что-то, чего никак от себя не ожидала, будь то поимка невидимки Эштона Грея, убийство Арчи Фэрроу или обман Лазара Фела.

— Ну, возможно, кто-то, кто каждый день перебирает бумажки в офисе или стоит за прилавком магазина, и не знает, как далеко может завести Тьма в его душе, — пожал плечами Рейн, а потом подался вперед, заглядывая в глаза Рид. — Но мы-то с тобой живем в другой реальности, Ева, и каждый из нас уже не раз проходил проверку на прочность, чтобы понять, чего мы стоим.

Шпионка в ответ лишь сглотнула слюну, не в силах отвести глаза от пристального взгляда генерала. Мысленно она пыталась понять, что могла упустить из виду, на каком следующем шаге может взорваться эфирная бомба, а где ее ждет спасение. И ждет ли вообще?

— Скажу прямо, Ева, я о себе понял одно, — почти шепотом произнес Рейн. — Все ограничители могут быть только в наших головах. И в моей их больше нет…

За окном на город, наконец, обрушился ливень, и палата погрузилась в полумрак, отбросив на лицо генерала пугающую тень. Наблюдая за азартным огнем в его глазах, Рид, казалось, позабыла, как дышать.

— Весь этот город с его условностями и предубеждениями… Другие обители Амхельна… Да весь Вусмиор живет пережитками прошлого, которые не в силах остановить меня.

— А лорд Орел…

— … на моей стороне. И своими словами ты лишь это подтвердила, — Рейн расплылся в довольной улыбке. — Чтоб построить новое, нужно разрушить старое. Вот что движет мной, и им тоже. Без каких-либо сомнений и препятствий. И мне почему-то кажется, что в этом мы с тобой похожи. Я прав? Чего ты готова добиться любой ценой, Ева?

Аллард не отрывал взгляда, и Рид была тоже не в силах разорвать этот контакт. Ей мерещилось, будто тени не только под рукой генерала, но и по всей комнате закружились в извращенном танце. Казалось, одно неверное слово или движение, и этот проступок станет смертельным.

Мысленно Ева уже нашла ответ на вопрос генерала. Да, всем известно, что она находилась под гнетом Галбрейта из-за угрозы расправы с родителями. Но Аллард прав, этого всегда было недостаточно. И случаи с Греем, Ферроу или Лазаром лишь это подтверждали. Всегда и везде, любой ценой Ева добивалась одного…

«Я готова на все, лишь бы выжить!» — четко прошелестел голос в голове Рид, очень похожий на ее собственный. Хотя кого она обманывала, это и был всегда ее голос, а не какой-то там призрачной Тьмы. Но именно его и не должен услышать Аллард.

— Ты прав, — тихо, проглотив ком в горле, ответила Ева. — Именно поэтому я все еще здесь. Рядом с тобой я вижу перемены, которых так хочу добиться…

— Ну, наконец-то… — Рейн откинулся на спинку кресла с таким выражением лица, словно открыл долгожданный ларь с сокровищами. — Ты можешь обманывать кого угодно, даже себя, но я вижу взгляд, с которым тебе порой хочется все вокруг сравнять с землей. И это не просто слова или несбыточные грезы. Ты правда этого жаждешь.

Ева не смогла совладать с эмоциями. Страх раскрытия выдал ее, когда она неосознанно отвела взгляд в сторону в инстинктивном поиске путей отступления. Хотя на том же подсознательном уровне она знала, что у нее нет никаких шансов на спасение.

— И у меня есть на то веские причины. Мир довольно долгое время был ко мне слишком жесток, — фыркнула Рид, решив пойти ва-банк. — Другой вопрос, почему я не сломалась? Видимо, все еще в чем-то глупа и наивна, раз все эти годы не теряла надежду на перемены к лучшему.

Ее собственная тень приняла неестественную форму и молниеносной змеей обвилась вокруг шпионки, заползая под одежду. Она почувствовала легкое щекотание, неожиданно приятное. Рид не заметила, как оказалась в воздухе, поднятая теневой рукой, тянувшейся от генерала. Одеяло, которое до этого служило для нее хоть какой-то защитой, тут же сползло. Скованная по ногам и рукам фигура Евы оказалась возле его кресла.

— Еванджелина Рид, ты можешь быть какой угодно, но только не глупой и наивной, — на контрасте с заботливым тоном глаза Рейна пылали опасным огоньком. — А вопрос ты задала верный — чем все это время подпитывалась твоя надежда? Чего ты ждала и что искала?

Держащие ее тени