История Консульства и Империи. Книга II. Империя. Том I - Луи Адольф Тьер

в Вюрцбурге, он прибыл в Бамберг, где откладывал свое вступление в Саксонию до получения последнего слова Пруссии, которое должно было переложить на нее вину за агрессию. Его правый фланг, состоящий из корпусов Сульта и Нея, находился перед Байройтом, готовый выступить в Хоф, в верховья Заале. Центр, образованный корпусами Бернадотта и Даву, предшествуемый кавалерийским резервом и сопровождаемый пешей гвардией, находился в Кронахе, ожидая лишь приказа, чтобы выдвинуться на Заальбург и Шлейц. Левый фланг, состоявший из корпусов Ланна и Ожеро и совершавший обманные маневры, должен был по первому сигналу передвинуться слева направо из Кобурга к Нейштадту. Этим трем колоннам предстояло пройти через узкие ущелья, окаймленные лесом и скалами, через которые Франкония сообщалась с Саксонией и которые выводили в верховья Заале. Тем не менее граница Саксонии еще не была пересечена, и войска в полной готовности оставались на франконской территории. Правда, императорская гвардия еще не подтянулась полностью: недоставало кавалерии и артиллерии, которые не могли добираться на почтовых лошадях, как пехота; недоставало также отборных рот и транспорта. Но Наполеон располагал 170 тысячами человек, и этого было более чем достаточно, чтобы одолеть прусскую армию.

Получив 7-го числа ноту Пруссии, он чрезвычайно разгневался. Рядом с ним находился генерал-майор Бертье. «Князь, – сказал ему Наполеон, – мы не опоздаем на свидание и 8-го, вместо того чтобы быть во Франции, будем в Саксонии».

На следующий день, 8 октября, Наполеон отдал армии приказ перейти границу Саксонии. Все три колонны дрогнули одновременно. Мюрат, шедший впереди во главе легкой кавалерии и 27-го легкого, двинулся первым и пустил свои эскадроны по среднему ущелью, из Кронаха в Лобенштайн. Едва очутившись по ту сторону лесистых высот, он послал направо к Хофу и налево к Заальфельд у подразделения, дабы высвободить проходы, через которые должны были вступить в Саксонию другие армейские колонны. Затем он двинулся из Лобенштайна прямо на Заальбург. Там, на Заале, он обнаружил пехоту и кавалерию, принадлежащие корпусу генерала Тауенцина. Неприятель сначала сделал вид, что обороняет Заале, которая представляет собой слабое препятствие в этой части своего течения, и послал несколько пушечных залпов во французских всадников. Ему отвечали с помощью орудий легкой кавалерии, приданных обычно кавалерийскому резерву; затем выдвинули против него несколько пехотных рот 27-го легкого. Он не стал защищать ни переход через Заале, ни Заальбург и отступил к Шлейцу, на некоторое расстояние от места первого столкновения. У Хофа, на правом фланге, кавалерия не обнаружила ничего, что могло бы помешать движению Сульта и Нея, достаточно сильных к тому же, чтобы пробиться самостоятельно. Напротив, слева у Заальфельда, она заметила в отдалении крупное скопление войск под командованием принца Людвига. Корпуса генерала Тауенцина и принца Людвига составляли часть армии князя Гогенлоэ, который, несмотря на полученный им категорический приказ перейти на левый берег Заале и опереться на герцога Брауншвейгского, откладывал исполнение приказа и оставлял свои части разбросанными по гористой местности, которую пересекает Заале у своих истоков.

Три колонны французской армии продолжили одновременное движение по ущельям, притом что левое из них уводило несколько в сторону вынуждая проделать двенадцать лье по труднопроходимым для артиллерии дорогам. Впрочем, никакие серьезные препятствия не останавливали марш французских войск. Дух армии был превосходен; солдаты выказывали величайшую веселость и, казалось, совершенно не считались с некоторыми лишениями, неизбежными в бедной и труднопроходимой местности. Победа, в которой они не сомневались, была для них компенсацией за все беды.

На следующий день, 9 октября, центр покинул Заальбург и, перейдя Заале, выдвинулся на Шлейц. Впереди шли Мюрат с двумя полками легкой кавалерии и Бернадотт с дивизией Друэ. К середине дня подошли к Шлейцу. Городок Шлейц расположен на небольшой речушке под названием Визенталь, которая впадает в Заале. У подножия высоты за Шлейцем и Визенталем виднелся готовый к сражению корпус Тауенцина. Он опирался на эту высоту, развернув пехоту, расположив на крыльях кавалерию и выставив вперед артиллерию. Корпус насчитывал приблизительно 8 тысяч человек пехоты и 2 тысяч всадников.

Наполеон, переночевавший в окрестностях Заальбурга, прибыл на место с утра и при виде неприятеля приказал тотчас атаковать его. Маршал Бернадотт направил на Шлейц несколько рот 27-го легкого. Генерал Тауенцин, уведомленный о том, что за авангардом следует основная часть французской армии, и не подумал защищать участок, который занимал. Он довольствовался тем, что укрепил подразделение, охранявшее Шлейц, дабы в результате небольшого арьергардного боя выиграть время для отступления. Генерал Мезон вступил в Шлейц и вытеснил из него пруссаков. В это самое время 94-й и 95-й линейные полки из дивизии Друэ перешли Визенталь и способствовали отходу неприятеля, который передвинулся к высотам за Шлейцем. Его стремительно преследовали и, дойдя до вершин, спустились вслед за ним с другой стороны.

Мюрат, располагавший 4-м гусарским, потеснил неприятельскую пехоту, которую сопровождали 2 тысячи всадников. Видя небольшие силы Мюрата, несколько прусских эскадронов пытались атаковать его. Мюрат их предупредил, атаковав во главе полка с саблей наперевес. Оттесненный вскоре обратно более многочисленной кавалерией, он спешно вызвал 5-й егерский и легкую пехоту генерала Мезона. В ожидании подкрепления ему пришлось претерпеть несколько атак, которые он отражал со своей обычной доблестью. К счастью, галопом примчался 5-й егерский и провел, в свою очередь, мощную атаку. Но генерал Тауенцин, желая покончить с этими двумя полками легкой кавалерии, бросил на них красных саксонских драгун и прусских гусар. В эту минуту подоспели пять рот 27-го легкого под предводительством генерала Мезона. По его команде был открыт огонь такой точности, что он опрокинул на землю две сотни красных драгун. Вся прусская кавалерия обратилась в бегство. Мюрат погнался за ней и оттеснил в леса кавалерию вперемешку с пехотой Тауенцина. Неприятель отступил со всей поспешностью, оставив на дороге множество ружей и в руках французов около четырехсот пленных и триста убитых и раненых. Однако моральное воздействие боя намного превосходило материальный результат, ибо теперь пруссаки узнали, с какими солдатами имеют дело. Если бы Мюрат, как заметил ему Наполеон, имел под рукой чуть больше кавалерии, результаты были бы более значительны.

Наполеон был в высшей степени удовлетворен этим первым боем, который доказал ему, что прусская кавалерия, хоть и отлично снаряженная и весьма искусная в управлении лошадьми, не страшна его крепким пехотинцам и отважным всадникам. Он устроил свою штаб-квартиру в Шлейце, дабы дождаться там остальной части центральной колонны, а правому и левому флангу дать время пройти через ущелья и занять на его крыльях боевую позицию. Судя по тому, что видел, и по тому, что доносили шпионы, которые обнаружили на местности несколько разрозненных колонн, Наполеон решил,