Июнь 41-го. Окончательный диагноз - Марк Семёнович Солонин

Работая над своей первой книгой («Бочка и обручи»), я попытался было найти эти самые Лебежаны, Новая Мышь, но сколько ни разглядывал доступные мне карты района Сокулка, Кузница, Индура, а обнаружить эти или созвучные им названия населенных пунктов не смог. Прошло время, и до меня дошел быстрый Интернет и поисковая система Google-map. Новая Мышь[140] обнаружилась мгновенно — 4 км северо-западнее Барановичи, на другой стороне магистральной автострады. В довоенной Польше это был административный центр гмины (волости по-русски); было в той гмине и местечко Лебежаны, но на современных картах его уже нет.

Как это понимать? От Старое Дубовое, Индура, Кузница (именно там вроде бы сражалась 24–25 июня 4-я танковая дивизия) до Барановичи 170 км по кратчайшему дорожному направлению (проселком до Крынки и затем через Б. Берестовицу на магистральное шоссе). По ходу движения неизбежно предстоит пересечь четыре (!) реки: Свислочь, Россь, Зельвянка, Щара. Да, не самые большие реки, не Амур с Енисеем, но и для переправы через них танкам нужен мост. И не деревенский бревенчатый мостик, а серьезное сооружение, способное выдержать 30-тонный Т-34 и 50-тонный КВ. Таких мостов в тех местах немного, навести паромную переправу требуемой грузоподъемности — совсем непросто, особенно принимая во внимание безостановочные бомбовые удары вражеской авиации (оперативное значение шоссе Белосток, Барановичи немцы прекрасно понимали).

Так и это еще не все! К утру 24 июня 47-й танковый корпус вермахта вышел к Слониму, и весь день 24 июня (как и два следующих дня) в полосе Слоним, Барановичи шел ожесточенный бой, причем с переменным успехом. В такой обстановке «проскочить мышью» через Слоним к Барановичам (40 км по современной дороге) было бы совсем непросто; скорее всего, пришлось обходить Слоним с севера, по лесам и болотам, а это дополнительные потери времени.

Резюме: для того, чтобы вечером 24 июня оказаться в районе Лебежаны, Новая Мышь, танковая дивизия должна была начать движение от Грудека (исходная точка сосредоточения танковых дивизий 6 МК) никак не позднее утра 23 июня. 170 км пути и четыре переправы за два дня — это предел реальных маршевых возможностей танковых частей Красной Армии того времени. Другими словами, на поле боя у Кузницы дивизия даже не заезжала.

Можно ли делать столь далеко идущие выводы на основании одной даты в одном-единственном документе? Конечно, нет. Составители (или публикаторы, что также возможно) оперсводки № 8 могли элементарно ошибиться с указанием даты, девочка-машинистка не на ту клавишу нажала, и 27 июня превратилось в 24; правду сказать, «девочка ошиблась» дважды — там ведь рядом есть еще и упоминание о мотоциклетном полку 6-го мехкорпуса, каковой полк «к 23.00 24.6.41 г. сосредоточился в районе Столбцы», т. е. пронесся еще 60 км от Барановичи на северо-восток… В любом случае, я не стал ничего менять/дополнять при последующих переизданиях книги — до того момента, когда в архивном фонде Оперативного управления штаба Западного фронта, в деле со скучным названием «Разная переписка» удалось обнаружить еще один документ.

Скорее всего, именно это донесение и послужило основой для составления Оперсводки № 8. На пожелтевшем от времени листе бумаги простым карандашом написано:

«Данными, собранными делегатами штаба фронта, установлено:

1. 25.6 Барановичи были в наших руках. 17-й мехкорпус организованной обороной вывел из строя артогнем до 40 танков противника и продолжает удерживать свои позиции.

2. 4-я танковая дивизия 24.6 в 17–18 часов была в районе Лебежаны, Новая Мышь (дивизию делегат видел лично); потери до 20–25 %, главным образом легкие танки, КВ не берут даже прямые попадания бомб.

3. 7-я танковая дивизия была на марше между Волковыск и Барановичи, ведя бой арьергардом западнее Волковыск.

4. 13-й мехкорпус 24.6 остатками собирался в районе Столбцы, Барановичи <неразборчиво> отдельные люди и машины.

5. 24.6 в 23.00 в районе Столбцы <находятся> остатки мотоциклетного полка 6-го мехкорпуса (понес большие потери в бою с авиадесантом <противника> силою до 300 чел., поддержанным мощным налетом авиации).

Делегаты: военинженер 3-го ранга С… <неразборчиво> и интендант 3-го ранга Сидоров доложили: 4-я танковая дивизия 24.6 в 14.00 выступила из Слонима на Барановичи…»{606}

Итак, никакая «девочка» дату 27-е на 24-е не меняла. Две группы командиров, независимо друг от друга, сообщают о том, что 4-я танковая дивизия во второй половине дня 24 июня находилась между Слоним и Барановичи (факт этот, похоже, ошеломил и самого составителя донесения, который счел нужным специально уточнить: «дивизию делегат видел лично»). Вторая танковая дивизия 6-го мехкорпуса (7-я тд) также оказалась совершенно «не на своем месте» — вместо того, чтобы наступать на Гродно, она, оказывается, маршировала от Волковыск на Барановичи. Мотоциклетный полк 6 МК к исходу дня 24 июня оказался на таком огромном расстоянии от поля боя у Кузницы, что для объяснения причин превращения полка в «остатки» пришлось выдумывать «авиадесант противника силою до 300 человек».

Что это было? Точного ответа мы уже не найдем никогда. Наиболее вероятной, объясняющей большую часть выявленных фактов, представляется мне следующая версия: 22 июня 1941 г. началась война. Через пару дней 4-я танковая дивизия, как и весь 6-й мехкорпус в целом, превратилась в «добровольческое соединение». Каждый по своей воле делал то, что хотел; всякое централизованное управление было потеряно — несмотря на полсотни радиостанций и прочих проводов. Корпус распался на несколько не связанных друг с другом групп.

Первую составило командование и штаб, укрывшиеся в глухом лесу и отключившие радиосвязь. Другая группа без долгих колебаний ломанулась на восток и уже вечером 24 июня успешно добежала до Новой Мыши. Но были и те, кто с отчаянным упорством, без должной координации действий, без связи и взаимодействия с собственной артиллерией и пехотой, атаковал немцев у Кузницы — не случайно же в немецких документах появляются записи о 12 танковых атаках противника и двух сотнях подбитых танков. Кого было сколько? Судя по тому, сколько танков заметили на поле боя немцы, сколько своих солдат они потеряли, сколько времени заняло у них «перемалывание» огромного мехкорпуса, в бой пошел каждый четвертый, если не каждый пятый-шестой.

Да, нехорошая получается версия. Совсем неправильная. Не вписывается она в картину «беспримерного в истории массового героизма». А протокол допроса в немецком плену командира 4-й тд вписывается?

«После того, как он оставил свои войска, он пытался <попасть> через Слоним, Барановичи в Смоленск, а из Смоленска в Москву. Он