Жуков. Портрет великого полководца - Виктор Иванович Устинов

у маршала вызвало прочтение пятого тома, в котором при освещении Висло-Одерской и Берлинской наступательных операций фамилия Жукова ни разу не упоминалась. Авторы издания основную роль в этих операциях отводили 1‑му Украинскому и 2‑му Белорусскому фронту, которыми командовали маршалы И. Конев и К. Рокоссовский. В книге помещены даже их фото, имени и фотографии Жукова – нет. Читая эту извращенную историю о Великой Отечественной войне, полководец Жуков всей своей жизнью понял, что ему нужно вступить на путь непосильной борьбы за освещение правды о войне, такой, какой он ее знал, лично участвуя в подготовке и организации оборонительных операций в начальный период и наступательных операций на других этапах этой тяжелой войны. И он начал последнее большое сражение в своей жизни: восстановить свое законное место – первое место – в ряду победителей Гитлера и освободителя Европы от фашизма. В конце 1961 год председатель КГБ Семичастный передал Хрущеву доклад, содержащий донесение агентуры о словах Жукова, произнесенных им перед некоторыми бывшими сослуживцами: «Лакированная эта история. Я считаю, что в этом отношении описание истории, хотя тоже извращенное, но все-таки более честное, у немецких генералов, они правдивее пишут. А вот „История Великой Отечественной войны“ абсолютно неправдива. Вот сейчас говорят, что союзники нам не помогали… Но ведь нельзя отрицать, что американцы нам гнали столько материалов, без которых мы бы не могли формировать свои резервы и не могли бы продолжать войну… Получили 350 тысяч автомашин, да каких машин!.. У нас не было взрывчатки, пороха… Американцы по-настоящему выручили нас с порохом, взрывчаткой. А сколько они нам гнали листовой стали. Разве мы могли быстро наладить производство танков, если бы не американская помощь сталью?» В отчетах КГБ удивляет одно обстоятельство: из всех командующих фронтами времен Великой Отечественной войны Жуков был единственным, кто признавал допущенные им ошибки и не пытался уйти от ответственности: «Это не история, которая была, а история, которая написана. Она отвечает духу современности… Кого надо прославить, о ком надо умолчать… А самое главное умалчивается. Он (Хрущев) же был членом Военного совета Юго-Западного направления. Меня можно ругать за начальный период войны. Но 1942 год – это же не начальный период войны. Начиная от Барвенкова (разгром под Харьковом в мае 1942 года, часть вины ложится на Хрущева) – до самой Волги докатился. И никто ничего не пишет. А они с Тимошенко драпали. Привели одну группу немцев на Волгу, а другую группу на Кавказ… Я не знаю, когда это сможет получить освещение, но я пишу все как было, я никого не щажу»377. Еще будучи министром обороны, Жуков, понимая ценность опыта войны, специальным приказом от 15 июня 1957 года создал группу военных историков для написания фундаментального военно-исторического труда «Развитие военного искусства в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.». В эту группу вошли 49 генералов и 11 полковников, опытные военачальники и ученые-историки. Возглавлял этот авторский коллектив начальник Военно-исторического управления Генерального штаба генерал армии В.В. Курасов. Обратившись к написанию своих воспоминаний о прошедшей войне, Жуков имел доступ к этим материалам. Всю книгу воспоминаний Жуков написал сам, от руки. Он категорически отказался от предложенной ему литературной помощи со стороны наших известных писателей Константина Симонова и Сергея Смирнова, заявив: «Книгу я должен написать сам». Поражала его высочайшая ответственность за свой труд, его неприятие каких-либо отклонений от правды. Эта книга стала бестселлером мирового масштаба, которая, может быть, более честно, правдиво рассказала о Второй мировой войне. Надо отдать должное Георгию Константиновичу: он старался до конца отстаивать в мемуарах правду о войне – такую, какой он ее видел. Работа над книгой шла три года. Препятствия посыпались как из рога изобилия. Главным идеологом тогда был Суслов – ярый противник Жукова, выражавший общее мнение всего ЦК и генерального секретаря Л.И. Брежнева. В военном отделе ЦК КПСС рукопись сначала отвергли. Военные рецензенты требовали совсем другого: например, не писать так резко о нашей неподготовленности к войне, более положительно отзываться о Сталине… Леонид Ильич Брежнев также захотел попасть в мемуары Жукова, но беда в том, что Жуков писал только о тех людях, с которыми он встречался лично. В течение года Жукову ни словом не сообщали о судьбе его рукописи, и тогда он написал письмо генеральному секретарю ЦК КПСС Л.И. Брежневу с просьбой вернуть рукопись. Кто-то из помощников в это время подсказал генсеку оригинальный ход. Жукову предложили вставить текст примерно такого содержания: при обсуждении возможности расширения новороссийского плацдарма маршал заехал посоветоваться с начальником политотдела 18‑й армии Леонидом Ильичем Брежневым, но не застал его, поскольку тот «как раз находился на Малой земле, где шли тяжелейшие бои». Узнав об этом, Г. Жуков долго молчал, а потом сказал: «Ну ладно, умный поймет» и подписал текст. Через полгода рукопись ему вернули, но сколько и что в ней вычеркнули, переписали и добавили от себя цензоры, мы вряд ли когда узнаем. Помог вернуть рукопись и дал разрешение на издание Александр Николаевич Яковлев, в ту пору заведующий отделом агитации и пропаганды ЦК КПСС. Надо отдать должное Георгию Константиновичу: он старался до конца отстаивать в мемуарах правду о войне – такую, какой он ее видел и знал. Жуков боролся до последнего. Он оставил нам заповедь всей своей жизни: «Для меня главным было служение Родине, своему народу. И с чистой совестью могу сказать: я сделал все, чтобы выполнить этот свой долг. Дни моих самых больших радостей совпали с радостями Отечества. Тревога Родины, ее потери и огорчения всегда волновали меня больше, чем личные. Я прожил жизнь с сознанием, что приношу пользу народу, а это главное для любой жизни»378. Итогом его тяжелой борьбы с властью за правду в освещении истории Великой Отечественной войны явилась книга маршала «Воспоминания и размышления», изданная в марте 1969 года, но опала фактически продолжалась до последних дней его жизни. Великий полководец, кого хорошо знал весь мир как освободителя Европы от фашизма, в своей стране на склоне лет жил как изгнанник.

После выхода в свет мемуаров Г.К. Жуков весь полученный за них гонорар отдал народу – своим землякам – на строительство Дома культуры и благоустройство дорог. Г.К. Жуков умер в Центральной клинической больнице на улице Грановского 18 июня 1974 года. Официальные власти, и прежде всего завистливый и тщеславный Леонид Брежнев, немало постарались, чтобы похороны Г.К. Жукова не вылились в демонстрацию всеобщей скорби и печали. Перечислим лишь несколько штрихов, которые сразу бросались в глаза, свидетельствуя о том, что опала маршала