История жизни советского инженера от Сталина до Путина. Книга I - Александр Николаевич Семиколенных

Во время моих дежурств в смене я вспомнил школьные навыки и устранял возникающие сбои в работе телеграфных аппаратов без их замены. Информация об этом быстро распространилась по сменам. И меня стали даже «выдергивать» из дома во время законного отдыха после смены для ликвидации аварийных ситуаций. Я нашел решение проблемы. За телеграфными аппаратами, оказывается, никто не следил, регламентные работы не проводились, и они просто находились в запущенном состоянии.

Я стал раз в месяц по решению командира части проводить соответствующие регламентные работы, мне выделили расходные материалы, спирт для этих работ. И больше проблем с телеграфными аппаратами не было.

Проблемы были в другом — в моей военной выправке. Я все-таки был больше гражданским, чем кадровым военным. Вот типичный пример. Находится смена на дежурстве. Сидим за столами в дежурной комнате, и каждый занимается какими-то делами. Входит заместитель командира части по политической работе подполковник по фамилии Нехорошкин. Звучит команда: «Товарищи офицеры». Мы встаем по стойке смирно, потом по команде садимся. Заместитель командира части беседует с начальником смены о том, как проходит дежурство. Я продолжаю заниматься изучением документации по программному обеспечению системы. Как раз появились новые идеи его улучшения. Вдруг подполковник Нехорошкин обращается ко мне. «Товарищ лейтенант, почему у Вас отсутствующий взгляд и сидите Вы, согнувшись? Спина должна быть прямая. Вы же на боевом дежурстве и не должны расслабляться». И далее в таком же духе. Конечно, было не очень приятно при всех получать такие замечания, да еще, по моему мнению, несправедливые. Обижался сильно!

С отцом и сестрой на даче в д. Сорокино на Клязьминском водохранилище

Прошел год военной службы, и я имел право на отпуск. Был август. Мы с Лидой решили поехать опять на Черное море, но уже на другое побережье, на Кавказ. Министерству обороны принадлежало много по стране домов отдыха и санаториев. При этом дорога к месту отдыха и обратно для военнослужащих оплачивалась государством. Решили воспользоваться такой возможностью и купили путевки в военный дом отдыха «Кудепста».

Мы впервые, так сказать, проводили отпуск организованно («не дикарем»), имели отдельную комнату, нас отлично кормили, и, главное, был свой пляж у турбазы. Все было прекрасно, не только купались, но и ходили в пешие походы по горам, конечно, ездили на экскурсии. Вернулись отдохнувшие и вдохновленные на новые свершения.

В конце 1971 года стало ясно, что у нас будет прибавление в семье. Это радостное событие, конечно, вызвало и мысли, а как быть дальше. Мы жили одни в Новогиреево в однокомнатной квартире. Лида работала почти в центре в НИИ на Ново-Басманной улице. Ездить приходилось на электричке до Курского вокзала, потом на метро. Родители Лиды готовы были помогать, но они жили сравнительно далеко от нас в Измайлово и тоже работали. И, конечно, хотелось уже улучшить наши жилищные условия, иметь двухкомнатную квартиру. На семейном совете решили попытаться обменять коммунальную комнату Лидиных родителей и однокомнатную квартиру на отдельную двухкомнатную квартиру и одновременно попытаться собрать деньги на строительство через кооператив двухкомнатной отдельной квартиры. С обменом сразу не получалось, вариант все-таки был не очевидный.

И вот случилось для всех нас долгожданное событие, 18 апреля 1972 года у нас родился сын, назвали мы его Андреем. К этому моменту я вместе с родителями жены предпринимал героические усилия, чтобы купить детскую кроватку и коляску. В свободной продаже в эти годы их не было. Периодически появлялись в магазинах, но надо было заранее рано утром или даже вечером записываться в живую очередь, отмечаться каждый час, и тогда был шанс купить. Конечно, без помощи Романа Романовича и Александры Афанасьевны мне трудно было бы справиться с этой проблемой. Но ко дню выписки из родильного дома Лиды и Андрея коляска красивого синего цвета производства ГДР была куплена, а через несколько дней удалось приобрести и детскую кроватку. В наше время странно представить, что были такие проблемы (конечно, не только такие).

Вот нас и трое!

Первые месяцы жизни Андрея мы жили в квартире моих родителей на 13 Парковой улице. Здесь были рядом и детская поликлиника, и молочная кухня. Да и помощь бабушек была тоже кстати молодой маме.

Наконец-то появился и вариант с обменом. Удалось выменять в Измайлово на 11 Парковой улице отдельную двухкомнатную квартиру. Первый год Андрею мы отмечали уже в этой квартире, которая на долгие годы стала для нас с Лидой, Андреем и родителями жены родным домом. Жили дружно, у меня теперь был «крепкий тыл», а главное, Лиде было теперь очень радостно снова соединиться с родителями под одной крышей.

Александра Афанасьевна Бабурина с дочерью

Рядом, в десяти минутах ходьбы, был чудесный Измайловский парк, где Андрей совершал первые свои путешествия, пока в детской коляске. Но все-таки условия были стесненные и со временем решили строить для нас кооперативную квартиру. В Научно-исследовательском институте авиационных технологий (где долгое время работал отец жены) организовывался кооператив, тогда начал застраиваться район Ясенево. Мои родители согласились вместе с родителями Лиды внести деньги (50 на 50) на строительство для нас двухкомнатной квартиры.

В мае 1972 года со мной произошло событие, которое изменило мои планы по дальнейшей трудовой деятельности. Военная служба была мне интересна, осенью этого года должна была поступить новая техника, которую я уже изучил, материальное обеспечение было нормальное, к тому же после двух лет службы мне было обещано и очередное звание, и более высокая должность. И я практически принял решение остаться служить в вооруженных силах после истечения двух лет обязательного призыва. Но когда я в один из дней возвращаюсь домой со смены, на Курском вокзале меня останавливает военный патруль. Честь я отдал по уставу, документы у меня были в порядке, а вот моя прическа майору, командиру патруля, не понравилась. Мне было заявлено, что у меня слишком длинные волосы, я неаккуратно подстрижен, что является нарушением воинской дисциплины. У меня отобрали документы и приказали утром явиться в центральную комендатуру на Ново-Басманной улице (прямо рядом с НИИ, где работала Лида) для отбывания наказания за допущенное нарушение воинского устава.

На съемной даче у моих родителей в д. Сорокино

Дальше все было по уставу. Явился, день строевой подготовки такой интенсивности, что пришлось покупать новую обувь. Отдали документы, приказали