Доктора вызывали? - Татьяна Фомина

– Привет! – Даже дышать легче стало! Честно! Хотел приподняться, но вспомнив вчерашнюю промашку, остался лежать на подушке.

Вот говорят, что есть люди, как солнышки. Стоит им появиться, так сразу становится светло и тепло. Вот такой и была Юля. И не мудрено, что мне полностью сорвало крышу, когда увидел ее впервые! Как же я благодарен судьбе, что она столкнула нас!

– Привет! А где твой друг? – спросила Юля, кивнув на пустую кровать.

– Не знаю. Даже не заметил, когда он вышел.

– Может позвать кого-нибудь?

– Не надо. Не потеряется!

– Ну, смотри. Мне не трудно. Кстати, хорошо выглядишь! – улыбнулась Юля.

– Думал, что такое говорят только девушкам!

– Получается, что не только! Яна просила передать тебе телефон, – Юля протянула его мне.

– О! Главный тюремщик сжалился? – обрадовался, вызвав улыбку на лице девушки.

– Зря ты так! Она очень сильно за тебя переживает! – Юля присела на край моей кровати. Я даже дышать перестал! Как же хотелось схватить ее за руку и притянуть к себе! Блин! А ведь Андрюха специально вышел! Он ведь не знал, что у меня табу на «распускание рук».

Мой Демон: «Надо же вспомнил! Могу напомнить, кто в этом виноват!»

Альтер Яго: «Может она простит? Сделай несчастное личико! Девушки на такое ведутся!»

Целую неделю ничего про этих не было слышно, а тут надо же активизировались!

Серый кардинал: «Я, между прочим, тоже пострадал! И мне покой нужен! Так что без резких движений!»

– Только не сильно увлекайся, – посоветовала Юля. – Напряжение зрительных нервов может повысить давление, и могут возникнуть головные боли.

Серый кардинал: «Вот! А я что говорю! Хоть кто-то обо мне думает!»

Мой Демон: «А обо мне кто думать будет?!»

– Хорошо. Обещаю в игры не играть. Ты одна?

– Нет. Яна внизу ждет. Никак не могла отговорить ее. Использую ее, как извозчика! Даже неудобно!

– Нормально! Хоть какая-то от нее польза!

– Дим! Не обижайся на сестру! – попросила Юля. Но я не слышал уже ничего, после того, как она назвала меня по имени.

Альтер Яго: «Дайте ему слюнявчик!»

Да, кажется, я поплыл.

– Юль, давай сходим вместе, когда меня выпишут! Куда скажешь!

– Вот когда выпишут, тогда и обсудим.

– Мне нужно сейчас знать, что ты согласишься!

– Это так важно?

– Очень!

– Хорошо, только если ты не будешь нарушать больничный режим! – смеясь, сказала Юля, явно намекая на отсутствие Милованова. – Не забывай, что я на стороне врачей. И, кстати, Яна просила спросить, все ли вы съели?

– Нет. В холодильник поставили. Куда столько?! Мы же не слоны! И потом, когда ничего не делаешь, есть совсем не хочется!

Не признаваться же, что аппетита нет совсем по другой причине!

– Ой! Совсем забыла! – Юля соскочила с места. – Смотри! Это тебе Алёна нарисовала!

Юля протянула листок, на котором были нарисованы какие-то каракули. И за это Янка платит деньги?!

– Спасибо. Честно говоря, не совсем понимаю, что это. – Ужасно расстроился, что Юля встала!

– Ну как же?! Смотри: вот облака, вот лужайка, вот бабочки! – Юля села обратно и потянулась, чтобы объяснить мне «творчество» юного дарования. Вот по мне, что облака, что бабочки были просто кляксами разного цвета! Но только ради того, что из-за этой Алёнкиной мазни Юля была так рядом, был готов согласиться на что угодно! – Правда, красиво?!

Я посмотрел в ее удивительные глаза и понял, что ничего красивее еще не видел.

– Очень! – и пусть она думает, что я про рисунок!..

Мы еще болтали о всякой ерунде! Юля посмотрела на часы.

– Дим, мне пора! Яна уже больше часа ждет!

Лично мне показалось, что прошла всего пара минут!

– Ты еще придешь?

– Конечно, приду! Надо же проверить, как ты соблюдаешь режим! И, пожалуйста, не сиди долго в телефоне! – Она накрыла мою руку своей. Сама! Да для одного этого стоило попасть в больницу!

Я так и лежал в полной прострации после ухода Юли. Словно опьяневший.

– Милованов! Это что еще за фокусы?! – в палату влетела дежурная медсестра. Я опять пропустил момент, когда появился Андрюха.

– Какие фокусы, Нина Альбертовна?! – Андрюха невинно хлопал глазками. Нина Альбертовна большая полная женщина, уперла руки в бока, и пыталась быть грозной.

– Вы почему не на своем месте?!

– Ну, так это, я в туалет ходил, – ответил Милованов.

– У вас туалет в палате! Или вы забыли?!

– Нет! Почему сразу забыл? Тут девушка приходила! Не могу же я при ней… пугать ее… ну, вы понимаете?!

– И поэтому вы спустились вниз? – не унималась Нина Альбертовна. – На нашем этаже тоже есть туалет!

– Так там это… плохо пахнет! Накурил кто-то! Меня от запаха табака начинает тошнить! – беззастенчиво врал друг. Тошнит его! От табака! Сказочник!

– И поэтому вы отсутствовали больше часа! – не успокаивалась строгая женщина.

– Так мне надо было подумать! – ответил Андрюха, глядя на медсестру честными глазами.

– Значит, так, мыслитель вы мой! Еще одно замечание, и я не посмотрю, что ваш родитель важное лицо в городе! Вам это понятно?!

– Бить будете? – хрюкнул Андрюха.

– Хуже! Успокоительное воткну! Чтоб неповадно бегать было! – Нина Альбертовна держала строгое лицо, всем своим видом говоря, что она не шутит.

Когда за ней закрылась дверь, Андрюха выдохнул.

– Ну, рассказывай! – выпалил Милованов. – Как все прошло?

– Андрюх, ты сейчас о чем?

– Ну, там шпили-вили, все дела…

– Ты что курил?! Какие шпили-вили?!

– Так докторша твоя к тебе приходила! Я ее сам видел!

– И что?!

– Ну, как что?! Я что зря от Нины Альбертовны бегал?! У вас столько времени было! Вы что, не могли его с пользой занять?! Вот чем вы занимались столько времени? А?

– Рисунок рассматривали!

– Твою же налево, Вершинин! Какие рисунки, едрид мадрид, можно рассматривать, когда к тебе такая докторша ходит?! – Андрюха откинулся на подушки. – Так и спермотоксикоз заработать можно!

– У тебя у самого походу спермотоксикоз в мозг ударил! Сам где был?

– Концерт смотрел.

– Какой концерт? – он, вообще,