Телохранитель - Ирина Лэй

— А где сейчас этот парень, они расстались? — пряча поглубже ревность, спросил Максим.

— Нет, хуже. Он погиб. Разбился на мотоцикле.

Кирилл Петрович встал и начал ходить по комнате.

— Я каждый день боюсь, что мне позвонят и сообщат печальную новость, но ничего не могу с этим поделать. Я пытался забрать его у неё, но она объявила голодовку и не ела три дня. Я сдался. Это же Лика — она упряма как стадо ослов.

Иногда мне даже кажется, что мои недоброжелатели, просто сидят и ждут, когда она убьётся сама. И не торопятся тратить деньги на киллера.

Кирилл Петрович грустно усмехнулся и закурил. Подумав достал из бара виски и налил в стакан.

— Она меня в гроб загонит, — подытожил он. — Но я сам в этом виноват.

— А в чём причина вашей ссоры? — осмелившись спросил Максим.

— Ты узнаешь, но чуть позже, — как-то печально произнёс Кирилл Петрович, давая понять, что разговор окончен.

Часть 12

Максим зашёл в гараж и увидел Лику сидящей на полу возле разбитого мотоцикла. Она даже не отреагировала на его появление. Смотрела заплаканными глазами в одну точку.

— Не нужно так убиваться из-за … этого.

— Ты хотел сказать из-за куска железа, так?

Максим молчал.

— Он для меня не кусок железа. Он для меня все. Он единственное что у меня было хорошего в этой жизни. Он меня никогда не подводил, не предавал. Он всегда был мне верен. Он был единственным кто меня любил. Сильно, по-настоящему. У нас с ним было много прекрасных моментов. А я, — Лика запнулась на полуслове. — Я потеряла его.

В этот момент Лика посмотрела в глаза Максиму, и он вдруг увидел то чего раньше не замечал. Он увидел настоящую Лику, ту которую она прячет глубоко внутри. За наигранной весёлостью и беззаботностью, скрывался одинокий ребёнок. У которого было все и при этом не было ничего. Не было ничего, что ей было так необходимо. Не было любви, заботы, понимания. Вечно занятые родители, а у неё нянечки и прислуга. Видимо тот парень по-настоящему любил её. А она его? Сейчас она говорит не только о мотоцикле, понял Максим, она говорит и о том погибшем парнем. Мотоцикл ассоциируется у неё с ним, память о парне тесно переплетена с этим байком.

— Уверен Кирилл Петрович может купить тебе новый такой же мотоцикл.

— Мне не нужен другой, мне нужен этот — мой!

— Хорошо, — подумав сказал Максим — У меня есть один знакомый, у него золотые руки. Думаю, он сможет починить твой байк.

— Правда?! Ты считаешь это возможно? — вдруг воспрянув, с надеждой в голосе спросила девушка.

— Уверен, все не так плохо, как тебе кажется. Завтра позвоню, чтоб он приехал, а теперь пошли, тебе нужно переодеться, а то простудишься и умрёшь, и не увидишь свой отремонтированный мотоцикл.

В глазах Лики появилась радостная искорка.

«Не дай ей погаснуть, Максим», — требовал он сам от себя, смотря на девушку. — «Сделай всё возможное и невозможное, чтоб её глаза светились счастьем».

Она встала и в сопровождении Максима пошла домой.

***

На следующий день осмотрев мотоцикл, мастер заверил Лику, что вернуть его к жизни не составит труда. Максим, внимательно смотревший на Лику, увидел, как вновь появилось сияние в её глазах. Это снова была та Лика с которой он познакомился несколько месяцев назад. Обворожительная улыбка, заставляющая парней терять голову. Блеск в глазах затмевающий солнце. Весёлая и жизнерадостная девчонка.

Поздно вечером Максим, услышал, как кто-то неуверенно стучит в дверь его дома. Открыв увидел на пороге Лику. В трикотажном спортивном костюме и с распущенными волосами.

— Не спишь? — смущённо спросила она.

— Нет, — мягко ответил Максим.

— Могу я войти?

— Проходи, — чуть подумав ответил он, пропуская её внутрь.

Лика первый раз была в этом домике. Только у Максима был отдельно стоящий дом, остальные сотрудники жили в блоке для персонала. Пройдя в комнату, она отметила безупречную чистоту. Вещей было немного, но все они были аккуратно расставлены.

— У тебя тут довольно уютно.

— Да, — согласился Максим.

Лика, пробежав взглядом по комнате, повернулась к Максиму. Она понимала, что он не ожидал её прихода и наверняка удивлён.

— Я пришла извиниться, — спокойно произнесла девушка. — Я сорвалась на тебя, хотя ты вообще не причём.

— Я должен знать, что происходит между тобой и отцом? Это касается Игоря?

Максим заметил, как снова в её глазах появилась печаль. Опустила взгляд в пол. Нахмурилась что-то вспоминая. Максим не выдержал и подошёл к ней вплотную, обхватил ладонями её лицо. Наклонился к ней и неторопливо, нежно коснулся губ. Она охотно прижалась к нему, отвечая на поцелуй. Вскоре нежный и успокаивающий поцелуй перерос в страстный и жаркий. Руки Максима медленно скользили по её стройному телу, изучая его. Лика обняла его одной рукой за талию, вторую запустила в волосы на затылке. Её ласковые и неуверенные прикосновения сводили Максима с ума. Он понимал, что то, что сейчас между ними происходит в корне неправильно, но не хотел это прекращать. Он запустил руку ей под кофту и коснулся груди. Лика сильнее выгнула спину. Максим слышал, как участилось её дыхание.

— Лика, ещё немного и я не смогу остановиться, — почти простонал он.

— И не нужно. Не останавливайся, — не отрываясь от его губ прошептала Лика.

Ещё минута и он все-таки с трудом отстранился от неё.

— Нет, Лика, нельзя.

— Ты боишься моего отца?

— Нет, — уверенно произнёс он. — Я боюсь не за себя. Я боюсь за тебя.

— Почему?

— Потому что не понимаю зачем ты это делаешь. И не хочу, чтоб ты потом об этом жалела.

— Просто я этого хочу.

— Это не ответ. Я догадываюсь что произошло. Игорь сделал тебе предложение и Кирилл Петрович хочет, чтоб ты его приняла.

Лика тяжело выдохнула.

— Вижу, что прав, — холодно произнёс Максим. — Зачем ты пришла на самом деле Лика?

Лика молчала, пряча от него взгляд.

— Ты согласилась?

Максим ждал ответ на свой вопрос с замиранием сердца.

— Да.

Полученные на войне ранения, даже вместе взятые, не доставляли ему столько боли, сколько он испытал от услышанных двух букв. Максим и не думал, что эта своенравная бунтарка так зацепит его. Заставит испытывать такие сильные чувства. Его тянуло к ней с каждым днём все сильнее. Все сложнее было сдерживать себя находясь рядом. И что теперь?