Церковный сад - Михаил Белокаменский

— Возлюблю!..

Мужайтесь, и да укрепится сердце ваше, все уповающие на Господа!

— Да укрепится! Укрепится! Укрепится! Укрепится! Уповаю!..

Слово двадцать пятое. День 18. Среда

Полдень

Господи!

Я не предназначена для веры, для храма. Мне это все, наверное, не нужно. Возможно, это не так. Но все же… Но все же…

Я вот пошла сегодня в церковь. Поняла, что мне туда нужно, обязательно нужно, словно тянет что-то туда. Возможно, я спокойствие там хотела найти, возможно… возможно, не знаю. Силу, может. Ай, ладно… И вот… и вот с самого утра я решила пойти и… пошла. Вот, это у нас тут рядом церквушка есть маленькая. Скромная такая… Красивая. Что примечательно — на ее территории сад есть. Церковный сад. Ты знаешь, он… великолепной красоты; я всегда ходила вокруг да около него, все… все хотела посетить его — да вот никак не получалось. Хотя, может, просто не тянуло. Такое тоже может быть.

И вот сегодня я хотела пойти в церковь, потом, может… может, заглянуть в сад. И вот… и вот я шла-шла, и что-то в итоге начало меня возвращать обратно в больницу. Притом очень стремительно. В один момент я сказала самой себе — все, возвращаюсь. Возвращаюсь!.. Нечего… нечего мне в храме делать. Потом в итоге развернулась вновь и пошла в сторону церкви. М-да… В сомнениях дошла до нее. С трудом. С огромным… И вот я смотрю на нее (она такая… белокаменная и золотистая, одним словом — необычайная) — а зайти не могу. Вот не могу — и все. И, знаешь, и вроде тянет очень туда, но при этом… при этом — страх какой-то. Большой страх. А церковный сад мне вообще показался сегодня каким-то мрачным и хмурым. Омертвелым… В нем… в нем не было того, что я видела в нем раньше. Он… он словно был каким-то мертвым. Может, осень…

И вот… и вот я стояла-стояла и пыталась зайти в храм. Но… но словно что-то мешало мне. Словно… Стояла я, короче говоря, и… вдруг из храма вышел человек в черной рясе. И, как оказалось впоследствии, это был батюшка.

И вот… и вот, я помню, он вышел. Посмотрел на меня. А я смотрела на храм.

Он видел все: как я стояла, то приближаясь, то отходя, то вновь приближаясь к храму; как в итоге развернулась и… ушла. Потому что… потому что все-таки не смогла. Помню, он окликнул меня вмиг. Мне стало тогда, по правде говоря, невероятно страшно — от неожиданности. Он подошел ко мне и, помню, спросил кротким и таким… легким и спокойным голосом:

— Почто ж вы, дорогая, в храм не зашли?.. Зря вы так, там много чудес…

И Ты знаешь… Ты знаешь, мне показалось тогда, что он как-то прочитал мое состояние. Состояние моей души. Он словно… он словно видел, что на ней что-то тяжелое лежит… что-то такое, что не дает мне даже в церковь зайти… Он представился отцом Афанасием и сказал мне очень… по-доброму как-то, что я всегда могу прийти в церковь и поговорить про все, что лежит у меня на душе, предварительно назначив встречу. Он словно… он словно понимал, что это мне жизненно необходимо…

Батюшка при этом дал мне свою визитку. И как-то очень резво испарился, я даже не заметила…

И вот, так и не зайдя в храм, я… я осознала, что… что, наверное, все-таки приду к нему рано или поздно. Точнее — совсем скоро…

Исповедь души. Слово двадцать шестое. День 18. Среда

Вечер

Доколе, Господи?.. Не забудь меня до конца!

— Надеюсь и жду! Господи!

Доколе будешь отвращать лицо Твое от меня?

— Надеюсь и жду! Ибо никогда ты от меня не отвернешься!

Доколе заключать мне помыслы в душе моей, печали в сердце моем день и ночь?

— Надеюсь и жду! Верю, уныние пройдет!

Доколе возноситься врагу моему надо мной? Воззри, услышь меня, Господи Боже мой.

— Услышь меня, грешную!

Просвети очи мои, да не усну сном смерти!

— Не усну ли? Не усну! Ибо, Господь, Ты со мной!

Да не скажет враг мой: «Превозмог я его!»

— Ведь враг мой — уныние мое! Но надеюсь я на Господа.

Гонители мои возрадуются, если я поколеблюсь. Я же на милость Твою уповаю: возрадуется сердце мое, когда спасешь Ты меня.

— Спасешь меня от греха!

Воспою Господа, сотворившего мне благо, пою имя Господа Всевышнего.

— Спаси! Спаси! Спаси! Господи! Господи! Господи! Боже!

Господь — просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюсь?

— Тебя!

Господь — Защитник жизни моей, кого устрашусь?

— Грехов моих!

Когда приближались ко мне злобствующие оскорбители мои и враги мои, желая погубить меня, изнемогли они и пали.

— Ведь враг мой — грех мой! Как ему пасть?

Если ополчится на меня полк, не убоится сердце мое; если восстанет на меня рать, на Бога я уповаю.

— Господи! Господи! Господи! Надеюсь!

Одно просил я у Господа.

— Спаси мою душу!

И к тому стремлюсь: жить мне в доме Господнем во все дни жизни моей, взирать на красоту Господню и посещать храм святой Его. Ибо сокрыл Он меня в обители Своей в день бед моих.

— Сокрыл ли? Сокрыл! Помог ли? Поможешь! Надеюсь!

Укрыл меня в тайном покое обители Своей, на скалу вознес меня; и вот ныне вознес Он главу мою над врагами моими. Обошел я вокруг жертвенника и принес в обители Его жертву хвалой своей и ликованием. Пою и воспеваю Господа.

— Пою и воспеваю!

Услышь, Господи, голос мой, взываю к Тебе: помилуй меня и услышь меня!

— Услышь, Господи, спаси же, спаси же мою душу, что плачет, Господи! Она не дает мне покоя!

Сказало Тебе сердце мое: «Господа ищу».

— Ищу ли я Тебя? Ищу! Или же мне просто… просто нужна Твоя помощь?.. Ищу!

Ищут Тебя очи мои.

— Ищут ли? Ищут!

Лица Твоего, Господи, ищу.

— Ищу ли я?.. Ищу!

Не отвращай лица Твоего от меня.

— О, не отвращай! Пожалуйста, Господи, не развернись ко мне спиной!

Не уклонись в гневе от раба Твоего; подай помощь мне,

— О, помоги мне, Господи! Только Ты — упование мое!

Не отвергни меня и не оставь меня, Боже, Спаситель мой!

— Не оставь и не отвергни, Боже!

Ибо отец мой и мать моя оставили меня, а Господь принял меня. Даруй мне закон, Господи, на пути Твоем и наставь меня на стезю правую пред лицом врагов моих.

— Даруй мне Дух Твой!

Не предай меня в руки гонителей моих, ибо восстали на меня свидетели неправедные и обманулись в неправде своей. Верю: увижу я блага Господни на земле живых!

— Верю: увижу я Дух Твой в своей душе!

Надейся на Господа, мужайся, и да укрепится