Аристократ на отдыхе. Том 5 - Алекс Рудин

— Барон! — снова попытался остановить меня Илья.

Но я просто отмахнулся от него.

— Не сейчас. Возмущаться будешь потом, дай мне довести дело до конца.

И меня отвели в камеру. Как и все помещения тюрьмы, она была надежно изолирована от магии.

Начальник сам открыл маленькое квадратное окошко в железной двери. Стальные петли звучно лязгнули.

Я заглянул в камеру — она была одиночной. Крохотное помещение, пять на пять шагов. Кровать и привинченный к стене стол. Под потолком небольшое окно, выходящее во внутренний двор тюрьмы. Окно забрано толстой решеткой.

Профессор лежал на кровати. Он не пошевелился, даже когда я заглянул в камеру.

— Я что-то чувствую, Ник! — неожиданно сказал Убийца. — Холод!

Я тоже его почувствовал. Как будто из камеры профессора потянуло ледяным сквозняком.

— Открой, — коротко приказал я начальнику тюрьмы.

Он без споров повернул ключ в замке, и я вошел в камеру.

— Здесь кто-то был, — снова сказал Убийца. — Кто-то мертвый. Но живой.

— Как это? — нахмурился я, оглядывая каждый угол.

Пусто. И нулевой магический фон.

— Как я, — непонятно сказал Убийца.

Но я его понял.

— Ты хочешь сказать, что здесь побывала сущность демона?

— Нет, не демона. Это был человек. Мертвый, но живой. Сущность человека.

— Призрак? — догадался я.

— Да, — подтвердил демон Смерти.

Глава 5

— Призрак? — недоуменно повторил за мной Илья.

Краем глаза я заметил, как дернулся Лабуаль.

— Умник, успокой его! — велел я демону-менталисту.

Чего теперь церемониться? Вся охрана уже в курсе, что на меня их знаменитые сдерживающие артефакты не действуют.

— Призрак? — эхом откликнулся начальник тюрьмы.

В его глазах отражалась крохотная тусклая лампочка, висевшая под самым потолком камеры.

— Да, призрак, — зло подтвердил я. — Что бы это не означало. А теперь быстро выкладывайте — что вы вообще знаете о призраках?

— Ну… они есть, — неуверенно сказал Илья.

— Отлично, — кивнул я. — Еще.

В следующие десять минут я узнал много нового для себя.

Призраки существовали. Хотя большинство людей никогда не видели и не слышали их. Даже очень сильные маги стихий, даже менталисты.

Призраков могли видеть только маги очень редкой направленности Дара.

Видящие. Так они называли сами себя. Они могли видеть призраков, могли разговаривать с ними. И даже иногда подтверждали свои способности. Например, с помощью призраков находили давно забытые клады. Или потерянный еще дедушкой важный документ.

Но все это сейчас было неважно.

— Защита от призраков есть? — спросил я Илью.

— Кажется, есть какие-то артефакты, — неуверенно ответил он. — Барон, ты в самом деле думаешь, что тут замешан призрак?

Но я так не думал. Я это знал. Мне было достаточно почувствовать ледяной холод в камере Лабуаля. Чутье подсказывало мне, что моя догадка верна. А своему чутью я привык доверять, оно меня никогда не подводило.

— Неважно, что я думаю, — сказал я Илье. — Важно принять все меры безопасности. В камере профессора надо установить защитные артефакты, которые не позволят призраку проникнуть сюда.

Я бросил взгляд на профессора. Он сидел, скорчившись на кровати, поджав ноги и обхватив их худыми руками.

— Не положено так сидеть, — сказал ему очнувшийся от ступора охранник.

Лабуаль поспешно опустил ноги на каменный пол.

— Оставь старика в покое, — зло бросил я охраннику.

— Никита… — слабо заговорил профессор, впиваясь в меня умоляющим взглядом. — Как вас по батюшке, я не знаю!

Я изумленно покачал головой.

Речь шла о жизни профессора, а он не мог обратиться ко мне, не узнав моего отчества! Вот оно, воспитание.

— Васильевич, — ответил я.

— Никита Васильевич! Спасите мою внучку, прошу вас! Она ни в чем не виновата!

Он буквально умолял о помощи.

— Я сделаю все, что смогу, Николай Степанович, — кивнул я. — Где я могу ее найти?

— Не знаю, — растерялся профессор. — Дома, наверное. Маша!

Он прикусил губу и уставился в потолок, как будто увидел там свою внучку.

Я машинально поднял взгляд, но увидел только серый бетон с темными пятнами плесени.

Вот демоны!

— Я найду вашу внучку, — пообещал я. — Как только она будет в безопасности, я вам сообщу.

— Да кто тебя снова пустит сюда, Барон? — возразил Илья. — После того, что ты устроил, ворота крепости для тебя закрыты.

— Надо будет — открою, — пригрозил я.

И, поймав испуганный взгляд начальника тюрьмы, понял, что он мне верит.

— Идем, — решил я. — Времени мало. Ты с нами!

Это слова я адресовал начальнику тюрьмы, подкрепив свой приказ коротким кивком.

В коридоре я прижал его к стене и громко, так чтобы до него дошло, сказал:

— У камеры профессора всегда должна дежурить вооруженная охрана. Как минимум, два гвардейца. Маги с Печатями. Понял?

Я терпеливо дождался его кивка.

— Дальше. Прямо сейчас звони своему начальству. Рассказывай все, как есть. И требуй, чтобы в тюрьме установили артефакты, которые защищают от проникновения призраков.

Зрачки начальника тюрьмы расширились.

— Вот он, — я ткнул пальцем в Илью, — поднимет этот вопрос по своим каналам. Если его доклад дойдет до начальства быстрее, чем твой, к тебе будут вопросы. Понимаешь?

Начальник снова кивнул.

— Тогда поторопись. К профессору никого не пускать, кроме врача. Никаких допросов. Ты меня понял?

Начальник кивал, уже ничего не соображая.

— Погоди, Барон! — остановил меня Илья. — Как это никаких допросов? Профессор врет про убийство, это же видно!

— Идем!

Я схватил друга за рукав и почти силой поволок к выходу.

— Кира, идем!

Вот Кира держалась молодцом. Она ни о чем не стала спрашивать, просто поспешила за нами.

* * *

— Что ты вытворяешь, Барон? — покачал головой Илья, когда за нами захлопнулись ворота крепости. — Почему ты не захотел еще раз допросить Лабуаля?

— Да потому что он не скажет ничего нового, — жестко усмехнулся я. — А сердце у старика может не выдержать. И Дар у него слабенький. Видел, как он выглядит? Сравни хотя бы с собой.

Сказав это, я вспомнил о Кире и прикусил язык. К счастью, девушка не слышала моих слов. Или не обратила на них внимания.

— Если мы хотим еще что-то узнать, —