Мерикратор - Юрий Никитин

Черноклюв медленно громыхнул:

– Спокойно, спокойно!.. Вы же понимаете, никакой демократией нельзя оправдать, когда власть на основании предпочтений простого человечка решает за умных, что и для них, то есть, нас, хорошо или плохо.

Из зала донесся полный иронии голос Аркадия, тоже одного из самых активных трансгуманистов:

– Зато демократия!

Я ответил с пролетарской ясностью:

– В жопу такую демократию. Хватит, наигрались. Дидро был не прав. Нам пора вылезать из этой простонародной задницы.

Аркадий спросил с великосветской задумчивостью:

– Почему «простой народ» хорошо, а «простонародье» плохо?

– Уже и простой народ хуже некуда, – сказал я. – Потому что уже никому не нужен. Так что выше знамя интеллигенции, гнилой прослойки между двумя основными классами рабочих и крестьян, уходящих в светло-тёмное прошлое!

Черноклюв громко на весь зал вздохнул.

– На сегодня гнилая интеллигенция оказалась единственным здоровым элементом общества. Маркс и Ленин уже в гробах зажмурились и зафейспалмились.

Он длинно и зло выругался, умело избегая обсценных слов, Аркадий горестно вздохнул и даже откинулся на спинку стула в зале, чтобы оказаться как можно дальше от простолюдина с докторской степенью.

Я сказал Аркадию с усмешкой:

– Ты думал, он интеллигент, а он оказался интеллектуалом! Это две большие и разные разницы, как говорят в Одессе и в Госдуме. Ладно, идем дальше. Я тоже не думаю, что нам дадут прорваться в лидеры, но… а вдруг?

Вообще-то у нас все дискуссии развиваются стихийно, а президиум просто дань традициям, лишь когда споры переходят в крики, председательствующий, а это обычно я, вынужденно прерывает и возвращает всех к своим баранам, чтобы вернуться к общению, как надлежит ученым, а не таксистам или спортсменам.

Часть 1 Глава 7

Глава 7

Последние десять лет словно некто намеренно проводил политику, чтобы человеческие существа разжирели как можно больше. В интернете куда не сунься, сперва нужно продраться через ворот кулинарных советов как быстро и без усилий сварганить шикарнейший завтрак, обед и ужин, а также чем перекусить между ними сытно и с наслаждением.

В магазинах всё-всё для брюха, многие предлагают уже готовые блюда, а служба доставки готова вручить тарелку с ещё горячим в течение десяти минут.

В результате по улицам Москвы ходят толпы трехсоткилограммовых бодипозитивистов, потому снаппер продолжает бушевать у нас и по планете. Медики осторожно предположили, что пандемия перейдет в рядовую эпидемию через полгода, а там за два-три месяца стихнет, вирус мутирует во что-нить безобидное.

Власти хватаются за головы, уже сейчас удар по экономике, логистике, добыче полезных ископаемых, а что дальше, если в самом деле ещё полгода? Планета и так обезлюдела почти наполовину!

Но для нас, трансгуманистов, самым большим потрясением оказались выборы. Партия вползла в тройку лидеров, получив право выставить свою кандидатуру на пост президента страны. Правда, «Воля народа» и «За Великую Россию» идут с огромным отрывом, но мы сумели перевалить барьер, никогда такого не было.

Бабурнин, он глава исполнительного комитета, спешно созвал съезд, заранее объявив тему: кого выдвинем на пост главы страны? Неделя на подумать.

Когда мы втроем возвращались от нашего офиса уже домой, время позднее, Черноклюв недовольно прогудел:

– Кого, кого… Для меня этот вопрос решен. Того, кто создал эту партию. Кто не дал ей рассыпаться и не разбежаться.

Бабурнин кивнул, я произнес с сомнением:

– Против меня говорит возраст. Шестьдесят три года, знаете ли…

Черноклюв буркнул:

– Сейчас даже девяносто не возраст для мужчины. У женщин бальзаковским стал интервал между шестидесятью и семьюдесятью годами.

– Не, – сказал Бабурнин живо, – мне таких не надо. Жену постоянно посылаю омолаживаться!

Я то и дело бросал взгляд в зеркало заднего вида, за нами упорно держится черный внедорожник, достаточно мощный, на таком привычнее ездить по лесу, да и по болоту промчится, как танк.

– Увы, – проговорил я, – это мы знаем, что в наше время восемьдесят лет для мужчины – ещё расцвет, но даже трансгуманисты подвержены человеческой инерции мышления.

Черноклюв недовольно засопел.

– Нет, это простой народ уверен, что восемьдесят – уже старость и риск деменции.

– У них так и есть, – вставил Бабурнин. – Половина уже к шестидесяти спивается, а к восьмидесяти если кто и доживает, то это развалина, что и срет под себя.

Я промолчал, Черноклюв добавил:

– У нас почти и нет академиков моложе восьмидесяти! И что? Все работают больше молодых.

Бабурнин поддержал его:

– Шеф, что-то не то говоришь. Уже налаживают массовых выпуск таблеток, что замедляют старость. Фединцев от мышей переходит к собакам… кто знает, может быть уже и на людях пробует, не дожидаясь разрешения от медлительных и крайне осторожных регуляторов?

Я пробормотал:

– У нас есть яркие лидеры, те же Фауст Тютюнников, Знак Уткин… Кто ещё?.. Можно Фединцева…

– Тот своих мышей не бросит, – уверенно сказал Бабурнин. – Что ему пост президента страны, он вот-вот получит бессмертие всему роду человеческому?.. Фауст и Знак хорошо, это задел на будущее, но сейчас ещё авторитет не наработали. Молодые ищщо.

Я посматривал в окно, внедорожник не отстает, мчится с сумасшедшей скоростью, как и все остальные. По встречной машины проскакивают в сантиметре, но аварии прекратились, как и обещал Маск, как только к автопилотам подключился ещё и Городской Автопилот, что следит за каждым авто и не дает ему воли. Если нам удастся пробиться в правительство, такое нужно и с людьми, но вслух пока об этом нельзя, свои же забодают и затопчут.

Бабурнин и Черноклюв не замечают преследования, очень уж тема разговора интересная, Бабурнин развернул планшет и бодро прочитал:

– В соответствии с Конституцией Российской Федерации выборы Президента Российской Федерации назначает Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации. Решение о назначении выборов должно быть принято не ранее чем за сто дней и не позднее чем за девяносто до голосования.

Черноклюв бухнул тяжёлым голосом:

– Укладываемся.

Бабурнин не повел бровью, продолжил тем же приподнятым голосом, словно зачитывает новобранцем Устав молодого солдата:

– Днем голосования на выборах Президента Российской Федерации является второе воскресенье месяца, в котором проводилось голосование на предыдущих общих выборах Президента.

Я сказал с сомнением:

– Социологические опросы показывают, что больше всего голосов соберет Камнеградов от партии «Воля