Российский колокол №1-2 2021 - Коллектив авторов

Некоторые авторы пытались передать стилистику того времени через обороты, слова и завязли в этом так, что стало скучно. Если бы они использовали только некоторые обороты того времени, но ввели бы и свои конструкции, поиграли бы инверсиями предложений… Я вот говорил на вручении премии, что у Бунина своеобразная пунктуация, с которой тоже можно «играть». Но я не видел лингвистических игр в текстах, а они сами собой напрашивались. И это можно было сделать интересно, необычно, красиво и эстетично.

Также у пяти текстов не было «пуанта» в конце истории, то есть неожиданного поворота в финале, а для таких коротких вещей он необходим.

Но что я всё только о плохом? Я преподаю литературное мастерство 11 лет и давно научился чувствовать талант автора по первому знакомству с его творчеством. Эти авторы потенциально интересные, все шесть, поэтому мы решили принять их в Интернациональный Союз писателей – кандидатами.

В ИСП три ступени приёма: кандидат ИСП, полноправный член ИСП и почётный член ИСП. Кандидатов принимают по текстам. Кандидат по текстам – это хорошая возможность вступить в профессиональный союз, получить международную пресс-карту и работать на перспективу. Я надеюсь, что никто из авторов не бросит писать, каждый из них будет развиваться с нами».

Николай Калиниченко, писатель, поэт, литературный критик:

«Мы привыкли к фанфикам на «Гарри Поттера» или «Властелина Колец», а тут такое. Фанфик на классику. Я не знаю, хорош ли для этого Бунин и что делал бы я, выполняя такую задачу. Поэтому с интересом ознакомился с произведениями участников.

Что получилось? Получилось прикоснуться к женским образам. Роковые героини у авторов-женщин в общем сложились. Временами удачно была передана бунинская интонация в описании природы и связанного с ней настроения или тона.

Что не вышло? Совершенно не получился эротизм, присущий оригиналу. Полный провал с мужскими образами. А ещё авторы очень жалели своих персонажей. У Бунина женщины являют собой парадокс: смесь прекрасного и отвратительного, пошлого и утончённого. В конкурсных рассказах не было и намёка на это. Мужчины же полны одержимости и страсти, а здесь – какие-то робкие попытки подросткового ухаживания. Не было также и ярко выраженного диалога с оригиналом, что вообще-то характерно для фанфиков. И это странно. Возникает мысль, что перед нами не полемика поклонника с кумиром, а школьная работа на заданную тему.

Чем сердце успокоится: думаю, умные авторы осознали свою неудачу, а также то, что к Бунину нельзя подходить поверхностно, а те, у кого хоть что-то получилось, смогут, если пожелают, дошлифовать конкурсные работы».

Евгений Харитонов, писатель, поэт, критик, музыкант, руководитель литературных программ Российской государственной библиотеки для молодёжи:

«По правде говоря, в этот конкурс я не верил. Давайте будем честны: как много современных молодых людей действительно знают творчество И. А. Бунина, которому конкурс и посвящён? Организаторы учли это и придумали замечательный «страховочный» ход, предложив будущим конкурсантам написать не просто рассказ, а фанфик на основе бунинских произведений. Это же и правда замечательно, ведь особенность жанра фанфика заключается в том, что его нельзя написать, не зная текстов первоисточников. Таким образом, потенциальные соискатели если вдруг не были знакомы с творчеством Ивана Алексеевича, то в любом случае открыли бы его для себя. Прекрасный ход, работающий сразу и на творческую задачу, и на идею продвижения чтения!

Приятно ошибаться. Когда получил на чтение рассказы шестёрки финалистов, я увидел, что Бунина они знают. Нет, не так. Бунин прочитан ими не в рамках конкурсного задания, Бунин им хорошо знаком, Бунин любим. Это ощущается сразу, с первых строк, с первых абзацев. Да, я не ждал от конкурсантов ничего интересного и в плане самих текстов (много за плечами подобных конкурсов), в лучшем случае – терпимое школярство. И опять же приятно ошибаться – уже дважды. Да, это тексты, над которыми ещё нужно работать, шлифовать. Но перед нами тексты определённо талантливые, перед нами ребята, которые в литературе не случайны, не на один раз. Точнее так: если они не сглупят, если не впадут в грех молодых сочинителей – раздутое самомнение (а тут ведь легко впасть: такой-то аванс на будущее – публикация сразу в известном, уважаемом журнале!), а продолжат адски трудную сизифову работу по огранке своего таланта, то в литературу прийти они имеют все основания.

Эта публикация – не награда, не обещание. Эта публикация – большая ответственность для авторов и доверие с нашей стороны. Надеюсь, мы не зря в вас поверили».

Неоднозначные мнения членов жюри объединяет главное общее наблюдение опытных литераторов, не первый год работающих с молодёжью: ими отмечена перспективность начинающих прозаиков, приславших на конкурс свои работы. Составить же собственное мнение об авторах «Грамматики любви – 2020» читатель может самостоятельно, познакомившись с представленной подборкой рассказов лауреатов и финалистов конкурса.

Анна Харитонова

Наталия Минина (г. Вена, Австрия)

Муза

Гавр Степанович, как он любил представляться, сел за письменный стол перед открытым окном. Шторы раздувал прохладный ветерок, и Гаврила вдыхал душистые нотки уходящего лета, что навевало ностальгию и лёгкую тоску.

– Вот дела, – он поднял упавшую свечу, размазал пальцем капнувший на стол горячий воск, – тяжко приходилось предкам…

Уже вторую неделю его тянуло творить. Он хватался за купленные листы, плотные, с тонкой разлиновкой. Начеркав пару строчек, он осторожно опускал в чернила кончик гусиного пера, что подобрал у соседской калитки, писал снова, комкал бумагу и бросал в сетчатую корзину в дальнем углу комнаты. Так, он думал, делали писатели.

Гаврила мечтал стать новым Буниным. Для этого он садился за стол в ночное время, когда домашние замолкали в своих комнатах, как трусливые мыши. И вместо лампы зажигал свечи.

– Так-так, – стучал он пальцем по столу, – если хочешь быть новым Буниным, нужно вести себя как Бунин! Нужно думать как он. Нужно жить!

И так он сидел ночами, измотанный и невыспавшийся, в надежде, что при мягком пламени к нему снизойдёт муза и он напишет что-то великое. Но, как и в прошлые дни, ничего не выходило.

– Чертовщина! – Он принялся ходить по комнате. – О чём писать?.. Мне нужна идея! Мне нужен знак господень, что снизольёт свет озарения…

После нескольких кругов он решил, что нужно подышать воздухом. В коридоре стояла духота. Из родительской спальни трубили ноздри отца и свистели матушки. Гавр прошёл мимо детской сестрёнки, заглянул в приоткрытую дверь.

– Ангелочек ты наш, – прошептал он, – и ты