"Агдан. Лунная роза". - Сергей Саут

Но тут Такуми отвлекся, потому что прямо на территорию, где стояли самолеты выехал представительский лимузин, который важно подъехал и остановился у стоящего недалеко Боинга 767. Дверцы лимузина открылись и оттуда выбрался какой-то мужик в костюме.

- Большая, наверное, шишка! – это прокомментировал Синдзи Окадзаки, его молодой напарник. Который тоже прекратил работу и вылез из трюма самолёта и сейчас с любопытством смотрел на «больших» людей возле лимузина. Воспользовавшись этой паузой и два других их напарника, тоже решили немного отдохнуть.

- Так этот важный японец из машины, похоже кто-то из нашего правительства. – это снова простодушный Синдзи.

- Так что мы стоим? Чего ждем? – это подошел Макото Хасебе, старший смены, «большой начальник» наконец закончил свои разговоры с водителем погрузчика и обратил свое внимание на прекративших работу подчиненных.

- Небольшой перекур господин Хасебе. – вежливо сказал Такуми. И после небольшой паузы сказал, кивнув в сторону лимузина сказал.

- Важные люди там, наверное, прямо к трапу самолета их подвезли, не часто такое бывает.

- Эх ты темнота! – важно сказал немолодой, но любящий поговорить и показать свою важность Хасебе. - Ты что флаги на машине не видишь?

- Почему не вижу. – пожал плечами Такуми. - Вижу. Один наш японский, а второй голубой с белым.

- Голубой с белым! – передразнил парня старший смены. - Чему вас только в школе учат? Чтобы ты знал, голубой с белым как ты его назвал, это флаг ООН.

- Об ООН ты хотя бы слышал? – насмешливо уточнил старший. И не дождавшись ответа продолжил.

- А вон тот мужик не японец из правительства как сказал наш очень «умный» Синдзи, а самый настоящий кореец. И непросто какой-то там кореец, а генеральный секретарь всего ООН, господин Пан ГиМун.

- Да что вы говорите. – удивился простодушный Синдзи. А Такуми же внимательно посмотрел на такого важного корейца.

- Так, все отдохнули, заканчиваем перекур, багаж сам себя не разгрузит. – Макото Хасебе любил чувствовать себя пусть небольшим, но начальником. Потом все ловко делали свою обычную работу, ну а Такуми периодически внимательно наблюдал за лайнером главного по ООН. Там наконец завершилась посадка и лайнер влекомый массивным тягачом покатился на свою взлетную полосу.

Вскоре Такуми увидел, как привлекший его внимание самолет начал разбег по взлетной полосе, и вскоре поднялся в воздух помахав напоследок вздохнувшему парню серебристым крылом. Тут как раз и разгрузка лондонского Боинга завершилась.

- Хасебе-сан, пока у нас небольшая пауза разрешите мне сходить по делам. – Такуми с грустным лицом погладил свой живот.

- Понятно. – проворчал старший смены. - Говорил же тебе зря ты притащил утром эти суши. На пробу взял у нового продавца, недорого. – передразнил он грустного Такуми. - Ладно, что с тобой делать? Иди уж, а то еще багаж гостей нашей страны хм… пометишь, вот это будет для всех нас конфуз. – попытался не совсем удачно с точки зрения парня пошутить старший. - Но, чтобы быстро мне!

- Я как молния Хасебе-сан! – воскликнул обрадовавшийся парень.

- Да беги уже … молния. – ответило начальство. - Хотя лучше не беги как молния, сам понимаешь после молнии следует гром, а после грома и осадки, а они тебе сейчас… совсем не нужны. – и господин Макото захохотал над своей как он считал очень удачной шуткой.

А парень его уже не слушал, он быстрым шагом отправился в служебные помещения, там добрался до своего шкафчика для переодевания, открыл его и порывшись достал ланч бокс и уже с из него достал маленький кнопочный телефон, после чего включил его без всяких видимых эффектов, так как телефон был в беззвучном-бесшумном режиме, на который был настроен заранее.

Согласно правилам, наличие телефонов на рабочем месте, даже в комнате переодевания, не говоря уже о самой территории, где базировались самолеты строго запрещалось, более того наказывалось не хилым таким штрафом. Поэтому телефоны надо было сдавать при входе, получая жетон с номером ячейки хранения. Что в принципе Такуми со своим телефоном и сделал, получив при этом положенный жетон.

Но вот маленький второй кнопочный телефон, который он пронес в контейнере с едой, был получен им совсем недавно и нужен был только для отправки и подтверждения одного сообщения. Телефон наконец загрузился и мигнул, показывая найденную сеть. Парень быстро набрал на нем короткое сообщение.

- О ji ichi a n ga inakunatta.

(японск. – дедушка уехал).

После небольшой паузы экран засветился вновь, сигнализируя о входящем сообщении.

- Ukeire ra re ta. – гласило оно.

(японск. – принято).

Прочитав полученное, парень зашел в меню сообщений и удалил оба сообщения из телефона, после чего выключил телефон и убрал туда откуда брал. Такуми вдруг почему-то вдруг вспомнился «шутящий» недавно начальник, господин Макото Хасебе и парень неожиданно даже для себя вслух вдруг произнес.

- Да сам ты старый … Гром!

Что-же, операция «Шок и трепет» приближалась к своей основной фазе все ближе и ближе!

Седжон. Здание министерство занятости и труда. Замаскированная ниша, она же в настоящее время лежка оператора-диверсанта Каи.

Прошло уже немного более суток, как Эйдзи Кавасима была заброшена при помощи корейских друзей сюда, в эту хитрую нишу на фасаде здания. В целом главный враг для нее был сейчас даже не немногочисленная полиция внизу на улице, или