Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым - Евгений Васильевич Шишкин

Инструкция, например, требует, чтобы трудящимся, не совершившим известных преступлений, поименованных в ней, паспорта выдавались; устная же установка исходит из того, что данный трудящийся сын генерала, или потомственный дворянин, или сын попа, и поэтому паспорта таким гражданам не выдаются. Или инструкция допускает выдачу паспортов даже лишенцам, не совершившим указанным в инструкции проступков, старожилам – уроженцам Москвы. Устная же установка, говоря «вообще» о классовых врагах, относит и восстановленных в избирательных правах к тем категориям, которым паспорт не выдаётся. Инструкция требует, чтобы паспорт не выдавался лишь отбывшим наказание за ряд указанных в ней преступлений. Практика, на основании устных установок, отказывает в выдаче паспорта за арест в ГПУ – 2–3 суток по валютным делам.

Поэтому первое, что требуется сделать в целях избежания перегибов – это установить, является ли обязательной инструкция СНК Союза ССР и подлежат ли точному применению все её пункты 26.

Такое требование не является требованием формального подхода к делу, так как пункт «д» ст. 1 инструкции представляет право не давать паспортов «иным антиобщественным элементам, связанным с преступными лицами». Следовательно, не только лица, совершившие преступления, но и лица, связанные с преступным миром, подлежат выселению. Но для этого нужны данные, устанавливающие их связь с совершившими те преступления, которые указаны в специальном перечне, приложенном к инструкции. Для практики же наличием такой связи считается происхождение, переписка родственников с кем-либо из лишенцев или осуждённых. Наличием связи считается не связь с преступными действиями, не связь с лицами на почве их преступных действий, а родство до нескольких поколений…»

Редактор-консультант Игнатьев.

АПРФ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 175. Л. 9.

Приложение 4

ДОНЕСЕНИЕ ЧЛЕНА ВОЕННОГО СОВЕТА 30-й АРМИИ БРИГАДНОГО КОМИССАРА Н.В. АБРАМОВА О БОЯХ ЗА ГОРОД КАЛИНИН

17 октября 1941 г.

Совершенно секретно

Члену Военного Совета Западного фронта тов. БУЛГАНИНУ

Доношу обстановку боев за г. КАЛИНИН за время с 13.10.41 г. по 16.10.41 г.

Оперативная группа управления 30 армии во главе с командармом в г. КАЛИНИН прибыла в 10.0013.10.41 г. Приказ Военного Совета фронта о перебазировании управления армии был получен в районе СЕНЦОВО 13.10.41 г. в 4.00.

Когда оперативная] группа подъезжала к г. КАЛИНИНУ, то из КАЛИНИНА все в большой панике бежали в направлении КЛИН – МОСКВА.

Ночью 12.10 и утром 13.10 противник сильно бомбил город и наземные <…> части были на подступах у западной окраины самого города. До 12.10 город никто не оборонял. От РЖЕВА до КАЛИНИНА были подготовлены довольно серьёзные оборонительные сооружения, которые делали сотни тысяч рабочих в течение нескольких месяцев, но в них ни одного бойца не было, и противник, прорвавшийся у СЫЧЕВКИ, беспрепятственно шёл до самого КАЛИНИНА.

Прибывшая 5 с[трелковая] д[ивизия] прямо с ходу вступила в бой. Причём дивизия прибыла только с двумя полками и одним артдивизионом, без тылов и боеприпасов. Сдержать противника на подступах к КАЛИНИНУ она не смогла, и противник к вечеру 13.10 уже занял западную окраину г. КАЛИНИНА.

Местная власть проявила исключительные беспечность и безответственность. Вместо подготовки всего населения к обороне города все растерялись и по существу никаких конкретных мер по организации обороны города не приняли. Правда, 12.10 и 13.10 были наспех сформированы 4 истребительных отряда и ополчение, всего численностью 1000–1100 человек, но эти отряды в своём большинстве не были сколочены и совершенно не подготовлены не только для уличных боёв, но не умели даже обращаться с винтовкой. Эти отряды после первого выстрела противника в панике бежали. За несколько километров от КАЛИНИНА.

13.10.41 г. в 10.30 Военный Совет армии пригласил к себе секретаря обкома тов. БОЙЦОВА, председателя облисполкома и начальника [областного управления] НКВД и потребовал от них принятия самых решительных мер по прекращению паники, мобилизации населения для обороны, эвакуации ценностей, наведения порядка на предприятиях и в городе и т. д. Но, как оказалось, местные власти что-либо предпринять уже не могли, было уже поздно – всё население в панике убежало, эвакуированным оказался и весь транспорт. 13.10 из города сбежала вся милиция, все работники НКВД и пожарная команда. Милиции имелось в городе до 900 человек и несколько сот человек работников НКВД. Как потом расследование, произведённое прокурором армии, показало: милиция и НКВД сбежали из города по распоряжению заместителя] начальника [областного управления] НКВД ШИФРИНА и начальника милиции ЗАЙЦЕВА. Мне думается, это произошло при молчаливом согласии самого начальника [областного управления] НКВД майора Госбезопасности тов. ТОКАРЕВА. Настроение у всех руководителей было не защищать город, а бежать из него.

Военный Совет 13.10 потребовал от начальника [областного управления] НКВД возвращения всех на свои места, но начальник [областного управления] НКВД только развел руками и заявил, что он теперь бессилен что-либо сделать. Из всех сбежавших ему удалось возвратить 14.10 в КАЛИНИН только 60 оперработников своего аппарата. Никакой эвакуации материальных ценностей из КАЛИНИНА не производилось. В г. КАЛИНИНЕ, начиная с ночи 12.10, начались пожары не только от бомб, но и от поджогов диверсантов и самих руководителей предприятий. Пожары никем не тушились.

В ночь с 13.10 на 14.10 прибыла 265 с[трелковая] д[ивизия] и третий полк 5 сд, которые прибыли также без тылов и боеприпасов и также [были] сразу введены в бой.

Военным Советом армии были немедленно приняты меры по обеспечению частей боеприпасами, особенно не доставало артснарядов. 13.10 боеприпасов получить не удалось, и они были получены только во второй половине дня 14.10.

Для предотвращения панического бегства утром 13.10, т. е. немедленно по приезду Военного Совета в КАЛИНИН, были организованы из политработников, особистов и работников НКВД заградительные] отряды, которыми было задержано не менее 1500 человек вооружённых красноармейцев и командиров различных армий и соединений, бежавших в направлении на МОСКВУ, из которых несколько человек было расстреляно тут же на месте. Все задержанные были сформированы в подразделения и брошены на фронт. Поток же гражданского населения был повёрнут [от] МОСКВЫ на север и северо-восток.

Вот в такой обстановке происходили бои 13 и 14.10.41 г. в г. КАЛИНИНЕ. 5 сд в итоге 2-х дневных боев к 15.10 оставила южную часть города, понеся потери убитыми и ранеными до 400 человек, отошла за М[алые] ПЕРЕМЕРКИ, будучи теснима превосходящими силами противника.

Части 256 сд перед своим фронтов имели более малочисленного противника и города не оставили, ведя в нём уличные бои, особенно ожесточённые 15.10 у моста через р. ТВЕРЦА, и где отбили