Иосиф Сталин, его маршалы и генералы - Леонид Михайлович Млечин

Начальник Генштаба маршал Шапошников считал необходимым проводить масштабные учения, как это происходило в тридцать пятом — тридцать шестом годах, Тимошенко с Шапошниковым не согласился. Отработка взаимодействия различных родов войск наркому вообще казалась ненужной.

8 октября, выступая в Ленинградском военном округе, нарком Тимошенко свысока заметил:

— Очень многие почтенные и важные люди и в этом году отвлекали народного комиссара мыслью, что нам надо и теперь выходить в поле с большим количеством войск. Но мы правильно взяли упор на роту, батальон и полк.

Шапошников был освобожден от должности начальника Генштаба.

15 августа Тимошенко подписал соответствующий приказ:

«Начальник Генерального штаба Красной Армии Маршал Советского Союза Шапошников Борис Михайлович, согласно его просьбе, ввиду слабого здоровья освобождается от занимаемой должности и назначается заместителем Народного комиссара обороны Союза ССР.

Заместитель Народного комиссара обороны Союза ССР генерал армии Мерецков Кирилл Афанасьевич назначается начальником Генерального штаба Красной Армии с оставлением в должности заместителя Народного комиссара обороны Союза ССР».

Сталин не хотел обижать Шапошникова, сказал ему вполне доброжелательно:

— Всем понятно, что нарком и начальник Генштаба трудятся сообща и вместе руководят вооруженными силами. Нам приходится считаться, в частности, с международным общественным мнением. Нас не поймут, если мы при перемещениях ограничимся одним народным комиссаром. Мир должен знать, что уроки конфликта с Финляндией полностью учтены. Это важно для того, чтобы произвести на наших врагов должное впечатление...

Смена начальника Генштаба была большой ошибкой Сталина. В тот момент высокообразованный и опытный Шапошников остался единственным, кто мог занимать эту должность. Другие военачальники, способные руководить Генштабом, были уничтожены. Единственным недостатком Шапошникова была его деликатность, в силу которой он органически не мог навязывать свою точку зрения и пасовал, когда Сталин предлагал заведомо неправильные решения.

Новым начальником Генштаба стал генерал армии Кирилл Афанасьевич Мерецков, хорошо показавший себя в Финскую кампанию. Именно Мерецков на совещании в ЦК в апреле 1940 года первым начал расхваливать полководческие таланты Сталина. Он несколько раз повторил:

— Нам удался прорыв потому, что, в соответствии с указаниями товарища Сталина, атаковали одновременно весь фронт финнов... Развитие прорыва требует большого искусства, и это удалось нам потому, что мы применили указания товарища Сталина.

Мерецкову предстояло руководить работой Генштаба каких-нибудь полгода — до февраля 1941 года. Это явно недостаточный срок для того, чтобы освоиться в этой роли. Тем более, что опытные заместители начальника Генштаба комкор Левичев и комкор Меженинов были расстреляны. Расстреляли подряд пять руководителей разведывательного управления. За два года, с сорокового по сорок второй, десять раз менялись начальники важнейшего — оперативного — управления Генштаба. Некоторые из них работали всего месяц-полтора.

В военном ведомстве царила чехарда. Работники Генштаба не успевали войти в круг своих обязанностей, как их уже меняли другие офицеры, а тех — третьи. О каком управлении войсками можно было говорить в такой ситуации?

После расстрела лучших военачальников, по словам Хрущева, Наркомат обороны превратился «в дом сумасшедших, не то в собачник какой-то, если иметь в виду его руководителей»...

Полтора месяца Тимошенко сам ездил по округам и занимался разбором учений, внушал, что важнее всего — подготовка отдельных подразделений.

В Ленинградском округе Тимошенко понравилась 70-я дивизия, удостоенная Красного знамени. Дивизия участвовала в финской войне и была награждена орденом Ленина, а ее командир Михаил Петрович Кирпонос получил звание генерал-лейтенанта и сразу вступил в должность командующего войсками Ленинградского округа.

В конце августа Тимошенко и новый начальник Генштаба Мерецков находились в районе Бреста и Белостока, где проводили учения с находившимися там частями.

31 августа Тимошенко выступал перед командным составом округа:

— Правительство, Центральный комитет партии потребовали от нас по-настоящему перестроить нашу Красную армию, всю ее работу по боевой подготовке, на основе опыта последних войн. От нас потребовали, и совершенно справедливо, чтобы мы в этом году занимались не вообще, а на деле учили людей и учились сами.

Тимошенко проводил учения в 42-й стрелковой дивизии и остался доволен. Забегая вперед, заметим, что дивизия, которая так понравилась наркому, к реальным боевым действиям оказалась не готова и понесла тяжелейшие потери 22 июня 1941 года.

В начале сентября Тимошенко и Мерецков участвовали в учениях 6-й стрелковой дивизии. Выявилось неумение рассредоточиваться на марше и укрываться от авиации.

Нарком специально высказался на эту тему:

— А умолчать об этом я не могу. На финской войне мне, как командующему фронтом, человеку, что называется, с железным сердцем, приходилось переживать тяжелое состояние, когда масса бойцов и командиров зря проливали кровь и только потому, что не умели правильно действовать в боевых условиях...

В 41-й стрелковой дивизии наркому пожаловались, что весь год личный состав дивизии постоянно отвлекали от боевой учебы, отправляя на строительство оборонительных сооружений вдоль новой границы. Наркома это нисколько не огорчило.

— Эта задача также почетна. Причем некоторые места, где вы работали, я видел и убедился, что работа проведена неплохо. В дальнейшем мы эту работу должны продолжать.

Нарком и начальник Генштаба побывали в 99-й дивизии, которая дислоцировалась северо-восточнее Перемышля. Дивизией командовал Андрей Андреевич Власов, тот самый, который в годы Великой Отечественной станет печально знаменитым. А тогда комдив Власов продемонстрировал хорошую боевую выучку всей дивизии. Учения проходили с боевой стрельбой, пехота уверенно шла вслед за огневым валом.

Дивизия Власова произвела на наркома самое благоприятное впечатление. 27 сентября нарком удовлетворенно говорил:

— Я убеждаюсь, что люди уже не на словах, а по-настоящему на деле поняли, как нужно выполнять мой приказ. То, что было объявлено в печати, вами своевременно воспринято и показано на практической работе, которую мы наблюдали в течение этих последних трех дней.

Перед представителями 99-й дивизии, красноармейцами и младшими командирами, выступал и командующий Киевским особым военным округом генерал армии Жуков. Он постоянно подчеркивал заслуги нового наркома обороны:

— Проведенное учение отличается тем, что каждому из вас приходилось всем своим существом чувствовать полную реальность современного боя, всю сложность и трудность его проведения. Вам также показано всесокрушающее могущество нашей Красной Армии, ее сила в наступательном бою и особая сопротивляемость в оборонительном бою. В чем секрет ваших успехов?.. Успех в том, что вы быстрее других перестроили занятия так, как этому учит народный комиссар, энергично ликвидировали недостатки и много потрудились над тем, чтобы не на словах, а на деле, со всей большевистской настойчивостью полностью выполнить указания наркома.

99-я дивизия Власова получила переходящее Красное знамя. И еще отдельно переходящим Красным