"Больная. Любовный роман" - Анастасия Котова

– Да… если не считать подготовку к экзаменам. Я только осенью пойду в девятый, а у меня уже сейчас нагружают. Надоело!..

– Мне мама говорит, все, что не делается, к лучшему.

– Да я знаю. Учеба, работа… потом семья, дети… скучно как-то. И примитивно. А я в Японию мечтаю уехать. Прям душа меня туда зовет! А мама трындит, что я дурью маюсь. “Где родился, там и пригодился”! – передразнил свою маму Ринат. – А что сейчас можно делать в России? Работать дворником?

– Не знаю.

– Тебе-то повезло, работать не надо. Сидишь себе на пенсии и в ус не дуешь. Хотя я бы на твоем месте реализовался как художник. Ты же классно рисуешь!

– Мне сейчас не до этого, Ринат. Мне бы сначала вылечиться.

– А если не вылечишься?

Я тяжело вздохнула.

– Не хочу даже думать об этом. Это моя мечта. Я добровольно ложусь в больницы, чтобы избавиться от этой заразы. Я не знаю, сколько еще буду мучиться. Вылечусь или не вылечусь… неважно. Я все равно своего добьюсь.

– Насть… у тебя что-то с голосом. Все хорошо?

– Да… все хорошо. Просто пичкают всякими лекарствами… вот и голос такой. Ты лучше ответь мне, ты сейчас в Кемерово или еще нет? Ты вроде говорил, что собираешься приехать. Или тебя родители не отпустили?

– Приехал, еще неделю назад. Как раз собирался к тебе на выходных. Соскучился ужасно! Жду не дождусь, когда мы встретимся…

Я слабо улыбнулась.

– Я тоже, милый.

– Ты звони, если что. Я всегда на связи. Пока.

– Пока. – И я положила трубку.

После этого разговора стало тяжело на душе. Мне хотелось поделиться своими мыслями по поводу происходящего, рассказать о произошедшем, но я понимала, что у меня возникнут проблемы. Сергей ли их устроит или врачи, это уже неважно. Внезапно все изменилось, и я не знала, как к этому относиться. Низ живота предательски болел, боль не отступала ни на минуту. Моя первая близость прошла не лучшим образом… и не с тем человеком.

– Анисимова, к тебе пришли!

На следующий день я проснулась рано. Больные еще спали. В отделении никого не было. Дежурная медсестра ночевала на первом этаже, в каморке вместе с другими медработниками. Боль скрутила меня, и я схватилась за больное место. Мне хотелось разрыдаться от невыносимо ужасных ощущений… или просто позвать на помощь.

Я решила: лучше перетерплю, чем расскажу все как есть.

После завтрака медсестра раздавала больным таблетки, а после занималась тем, что раскладывала лекарства по баночкам с фамилиями. Процедурный кабинет в это время стоял нараспашку, а палата, в которой я лежала, находилась напротив него. В этот день, как назло, дежурила Елена Владимировна – наша главная злыдня. Пациенты ее не любили, да и она их тоже. Елена Владимировна практически сразу показала, кто здесь хозяин, поэтому в ее смену в отделении всегда царила тишина. Телевизор выключался, дамочки расходились по комнатам, и не дай боже попасть ей на глаза… да еще в больном виде…

Я похромала по коридору в фойе, держась за стены.

– Что с тобой? – меня остановила встревоженная женщина в разноцветном платье-разлетайке. Дамочка была очень полненькая, с шишкой из светло-русых волос. Она как раз вышла из того самого злополучного туалета и очень встревожилась, увидев, как я еле двигаюсь, держась за стены. – Может, Елену Владимировну позвать?

– Нет, нет, все в порядке. Я просто… сильно ушиблась, – я выдавила улыбку, – это пройдет, ты не беспокойся.

– Да? – она не поверила моим словам, но лезть со своей помощью не стала. Лишь недоуменно посмотрела мне вслед.

Вчера вечером у меня пошла кровь. Низ живота болел еще пуще, и мне пришлось подложить прокладку.

Я вздрогнула, когда увидела Сергея на пороге, и от испуга шарахнулась в сторону, спрятавшись, пытаясь перевести дух. Мне стало действительно страшно. Перед глазами предстала та самая пресловутая близость, во время которой я лишилась невинности. Для меня это был самый настоящий стыд и позор. Хотелось провалиться сквозь землю. Этот кошмар все еще продолжается…

Я закрыла лицо руками. Представила себя маленьким ребенком, который от любой беды укрывается в невидимом домике.

Помните догонялки?

“Я в домике!”

Вот и я в домике…

Я вскрикнула, когда кто-то коснулся моего плеча.

– Ты не хочешь меня видеть? – Сергей пристально смотрел на меня.

Я со стоном убрала руки от лица и повернулась к нему.

– Ты думал, что я брошусь тебе на шею после того, как ты трахнул меня в туалете?!

Сергей поджал губы.

– Я сделал это не со зла. Я больше не мог терпеть твое равнодушие и решил показать, на что я способен… – Он снова одарил меня пристальным взглядом. – Я и не думал делать тебе больно. Прости, что напугал, но ты же сама понимаешь, что мы все равно будем вместе. Я от своего не отступлюсь. Надо – я подожду, подожду, пока ты сама не поймешь, насколько сильно я тебя люблю…

– Анисимова, вот ты где! – я вздрогнула от резкого крика Елены Владимировны. Она влетела в фойе, и вместе с ней была та самая женщина в цветастом халате. Я зло посмотрела на нее. Дамочка опустила голову. – Мне Цветаева только что сказала, что ты плохо себя чувствуешь. Она мне чуть дверь не вынесла!.. Вместе с мозгами.

Сергей внимательно на меня посмотрел. Он был обеспокоен.

– Что случилось? Говори, Анисимова! – потребовала медсестра.

– Это моя вина! – Сергей резко вскочил, встав во весь рост. Я виновато опустила глаза. – Позовите Людмилу Афанасьевну, я все расскажу!

Елена Владимировна нахмурилась.

– Прости… – сокрушенно произнесла дамочка. – Я видела, насколько сильно тебе тяжело было идти, и я решила позвать на помощь. Мало ли… ты сказала, что ушиблась… Елена Владимировна обязательно бы помогла…

Я ничего не ответила. Мне было стыдно признаться в произошедшем.

– Что тут у вас происходит?